Рената Тревор - Раненая гордость

— Ты уверена? — спросил он тоном, в котором безошибочно угадывался смех. Джессика глянула на него и тут же отвела взгляд. Третья лошадь, лошадь-незнакомка, услышав их голоса, обернулась и рысью поскакала к ограде. Следом устремились Сэнди с Адмиралом. Душу Джесс затопила волна радости.

— Нетти! — крикнула Джессика и опрометью бросилась навстречу. Ох, Шарль, думала она, так вот что любимый хотел показать ей! Встретив Нетти у ограды паддока, Джессика принялась обнимать и целовать кобылу. Правда, пришлось заодно приласкать и Сэнди с Адмиралом, только после этого она изумленно спросила Нетти: — Как ты сюда попала? — Не получив ответа от кобылы, Джессика обернулась к Шарлю. И именно Каран ответил на ее вопрос.

— Ты помнишь дело, которое мне нужно было закончить вчера вечером? — Обнимая лошадь одной рукой, счастливая Джесс смотрела в серые глаза. Каран продолжил: — А помнишь тот телефонный звонок, которого я ждал? Мне сообщили, что фургон с лошадью уже в Лионе, — заявил он и ликующим тоном добавил: — Прежде чем я смог прийти к тебе, мне пришлось дождаться фургона, затем перевести лошадь в конюшню и побыть с Нетти, чтобы дать ей привыкнуть к новому месту.

— Ох, Шарль, — нежно сказала Джессика, не в силах поверить, что Нетти здесь. Ее рука соскользнула с шеи кобылы, и, когда Шарль угостил каждую лошадь куском сахара, Джессика спросила: — Почему?

— Почему? — повторил Каран. Внезапно его лицо стало очень серьезным. Шарль направился к деревянной скамье, где любила сидеть Джесс, наблюдая за лошадьми. — Давай сядем… Я уже говорил, нам надо обсудить важные дела.

Джессика послушно села. Судя по суровому выражению его лица, эти «дела» были действительно очень важными. О небо, опять она превратилась в клубок нервов! Неужели Шарль хочет ее отъезда? Однако мысль о том, что здесь Нетти, воскресила в Джессике надежду.

— Ты привез Нетти, потому что… — не выдержав напряжения, начала она, но обнаружила, что ее не слушается язык.

— Я знал, ты скучаешь по ней, — к великому ее облегчению, закончил Шарль и признался: — Я не хотел, чтобы у тебя был предлог вернуться в Англию. Потому что, несмотря на все мои усилия не отпустить тебя, ты могла уехать… и никогда не вернуться.

Джессика уставилась на любимого как зачарованная.

— Усилия?

— Усилия, — кивнул Шарль, а затем схватил ее за руку и с жаром признался: — Боюсь, я не всегда говорил тебе правду.

— Ты лгал мне? — Джессика не знала, что и подумать.

— Поверь мне, малышка, я слишком уважаю тебя, чтобы обманывать без крайней нужды.

Джессика не могла понять, к чему он клонит, и хотела вырвать руку из его ладоней, но вовремя спохватилась.

— Думаешь, тебе это удалось? — с наигранной сухостью спросила она и обрадовалась, когда на лице Шарля появилась лукавая улыбка.

— Ты сильно изменилась за это время, — откликнулся Каран.

— После приезда сюда я стала более уверенной в себе, — призналась она. А поскольку это целиком было заслугой Шарля, добавила: — Спасибо. Благодаря тебе я открыла, что у меня есть характер. Что я могу сердиться…

— Это я заметил! — Настал черед Шарля говорить с деланной сухостью.

— Еще бы, — быстро продолжила Джесс, только сейчас поняв, что это любовь возбуждала в ней сильные чувства, в том числе и гнев, из-за которого она чуть не вернулась в Англию. — Гмм… — Она пока не хотела, чтобы Шарль догадался о ее любви. — Так почему ты был вынужден лгать мне?

— Потому что я хотел, чтобы ты приехала сюда, — без промедления ответил Каран.

— Но ты ведь попросил меня приехать в конце сентября прошлого года поухаживать за лошадьми… Ты сказал, что живешь в очень уединенном… — Джессика не закончила фразу, заметив, что Шарль хочет прервать ее. — Что? — спросила она.

— Я больше не буду лгать тебе: мы и так слишком далеко зашли! — не теряя времени, ответил француз. — Я хочу сознаться тебе в одной… неправде. В тот момент, когда я просил тебя приехать и поухаживать за моими лошадьми — подчеркивая уединенность этого места, которое должно было привлечь тебя, — у меня не было… собственных лошадей.

Джессика с изумлением уставилась на Карана.

— Как, ни одной? — задохнулась Джесс. — Но… Может, объяснишь, что ты имеешь в виду? — спросила она и быстро добавила, не доверяя своей способности мыслить здраво: — С самого начала.

Шарль долго смотрел на нее, а потом тихо сказал:

— С удовольствием. — Взял ее руку, поднес к губам и поцеловал. Джессика постаралась сохранить спокойствие, но ей это явно не удалось. — Маленькая моя, это началось, когда я приехал в аэропорт Гавра, чтобы встретить Жана и его невесту.

— Еще тогда? — переспросила Джесс. Признание Шарля заставило затрепетать ее сердце. Тогда она видела деверя только по пути из аэропорта до дома родителей Жана, их новая встреча состоялась лишь через четыре месяца.

— Милая Джесс, стоило мне увидеть тебя, и меня словно током ударило… — тихо сказал Каран, не сводя с нее глаз.

Что он говорит? Сердце заколотилось как сумасшедшее.

— П-правда? — хрипло спросила Джессика.

— Правда, — заверил Шарль. — Ты была так застенчива, так прекрасна и не догадывалась о собственной красоте. Короче, я влюбился в тебя с первого взгляда.

— Ты… — Джесс лишилась дара речи.

— Я сам себе не поверил, — мягко улыбнулся Шарль.

— Может, это просто… увлечение? — спросила Джесс, когда к ней вернулся голос.

— Нет. Уже тогда я знал, что солгу самому себе, отрицая, что это любовь.

Шарль любил ее! Неужели это правда? Отчаянно хотелось спросить, любит ли он и сейчас, но духу не хватало. Однако стоило Джессике вспомнить нежность и терпение, проявленные им прошлой ночью, как на губах начала расцветать улыбка.

— И ты хотел бороться со своей любовью? — осипшим голосом спросила Джессика.

— У меня не было другого выхода! Ты была женой кузена, на вашем брачном контракте еще не высохли чернила. А я не тот человек, который мог бы любить издалека или завести интрижку с женой человека, которого я любил как брата. У меня было такое чувство, словно все, над чем я работал и чему радовался долгие эти годы, обратилось в прах.

— Ох, Шарль… — нежно прошептала Джессика, представляя его чувства в тот момент.

Казалось, Карану нравилось слышать, как она произносит его имя, он крепко обнял Джессику за плечи и только потом продолжил свой рассказ.

— Я был так потрясен, что, доставив вас к родителям Жана, быстро уехал домой, а на следующий день отправился в отпуск и оказался на крошечном острове в Средиземном море. Мне нужно было побыть в одиночестве и как следует подумать. Я надеялся убедить себя, что произошла ошибка.