Камилла Хенкинс - Свободный мужчина

— Возможно, вам с Бобби было бы лучше до поры до времени держаться в сторонке. Хотя бы пока я не выясню, что все это значит.

— А как же Бобби? Он очень хочет ее видеть.

— Телма приехала вовсе не для того, чтобы повидаться с сыном, — с ранящей прямотой сказал Джейкоб. — Черт возьми, неужели вы думаете, я не хочу, чтобы у моего ребенка была любящая мать? К моему глубочайшему сожалению, это не так.

Каким-то образом им удалось вернуться в дом, никого не повстречав. Джейкоб строго-настрого велел Джине с Бобби сидеть наверху.

Девушка повиновалась. Но до чего же ей хотелось остаться и увидеть, что произойдет. Она догадывалась: в глубине души Джейкоб взволнован не меньше ее. Чего же хочет от него эта женщина?

Возможно ли, что он все еще питает к ней какие-то чувства? Незваная мысль больно ранила Джину. Она остро сознавала, сколько преимуществ имеет над ней эта светская, ухоженная и великолепно следящая за собой красавица. Пусть Телма Стенли и несет угрозу всему, что встречается ей на пути, но какая она стильная, какая сексуальная, какая неотразимая! И все же ей до сих пор не удалось изгнать из сердца бывшего мужа. Может ли оказаться, что оба все еще страдают от чувств, которые тщетно пытаются подавить в себе?

Крепко держа за руку нервничающего Бобби и моля Бога, чтобы мальчик не начал капризничать, Джина поднялась на второй этаж. Около двери детской маячила Маюми. Индианка поманила их рукой.

— Смотри, твоя бабушка хочет нас видеть, Бобби, — сказала Джина, направляясь к Маюми.

— Бабушка не любит маму, — хриплым, каким-то недетским голосом произнес мальчик.

— Не волнуйся, милый, все будет в порядке, — попыталась ободрить его Джина. — Твои мама и папа уже взрослые люди и могут обо всем договориться.

— Вы просто не слышали, как они ссорятся, — мрачно отозвался Бобби, крепче вцепляясь в руку гувернантки. — Мама начинает визжать как кошка, а папа рычать как собака… А вдруг мама хочет остаться тут и снова жить с нами?

— Ты бы этого хотел? — осторожно спросила Джина.

— Я бы хотел, наверное. Но только чтобы они больше не ссорились… А бабушка говорит, что мама совершенно не умеет себя вести, — произнес он таким тоном, точно это не подлежит сомнению.

— Бабушка сказала тебе такое?

— Нет, она говорила с папой.

— Знаешь, Бобби, пора тебе прекращать подслушивать разговоры взрослых, — предупредила Джина. — Считай это маленьким грехом, от которого надо избавляться.

— Не-а, — протянул Бобби. — Никакой это не грех. Это мой способ узнавать, что происходит. И очень даже эффективный способ.

Маюми провела их в спальню Бетани Стенли. За этот месяц Джина очень часто бывала тут. Они с пожилой леди успели подружиться. Несколько раз она приводила с собой Бобби, причем мальчик всегда вел себя примерно. Сегодня Бетани казалась еще хрупче, еще уязвимей, чем обычно.

— Телма приехала, — объявила она, едва девушка показалась на пороге. Голос ее звучал слабым шелестом.

— Мисс Стенли, я уверена, что все будет хорошо. — Джина подошла к больной и ласково взяла ее за руку. — Вы напрасно волнуетесь.

Бетани безрадостно рассмеялась.

— Как тут не взволноваться.

— Я о тебе позабочусь, ба. — Бобби подбежал к кровати вслед за Джиной. Он говорил поразительно успокаивающе и ободряюще для столь маленького ребенка. — Может, мама решила помириться с папой?

На глазах Бетани выступили слезы.

— Ты славный мальчик, Бобби, добрый и хороший. Пойди посиди минутку с Маюми, а я поговорю с Джиной, хорошо?

— Конечно, ба. — Мальчуган поцеловал морщинистую щеку. — А что нам делать, если она захочет меня забрать?

— Ты бы хотел жить с ней, Бобби? — осторожно спросила Бетани.

— Да!.. Нет!.. Не знаю… — Бедняжка совсем запутался. — Я очень-очень хочу ее видеть. Но жить все время… Может, лучше просто иногда ездить к ней в гости? Только не на Рождество, мне нравится проводить Рождество здесь… И я не хочу никуда ехать без Джины. — Он заметно разволновался.

— Пойдем, малыш. — Маюми ласково взяла его за руку. — Там, в кладовке, кошка устроила себе укрытие и родила котят. Хочешь посмотреть?

Кто бы смог устоять перед таким искушением? Забыв все печали, Бобби вприпрыжку выбежал из комнаты.

Чуть подождав, чтобы дать им отойти, Бетани обратилась к девушке:

— Джина, вы у нас совсем недавно, но мне кажется, я знаю вас всю жизнь. Я вам доверяю. Я знаю, вы заботитесь о Бобби, о его благе. Вам я могу признаться. Внезапный визит Телмы очень, очень беспокоит и даже пугает меня. Она не просто так явилась. Мне бы хотелось верить, что ее привело желание увидеться с сыном, но, увы, мы все знаем, что это не так. Больше всего я боюсь, что Телма попытается каким-то образом использовать Бобби.

— Но как? — Джина не понимала.

— От нее всякого можно ожидать, — вздохнула Бетани. — Я хочу, чтобы вы держались поближе к мальчику. Защитили его, если сможете. Защитили от всего, что он может услышать.

Джина набралась храбрости и спросила напрямик:

— Есть что-то такое, чего я не знаю, мисс Стенли? Что-то, что может мне помочь?

Бетани слабо пожала плечами.

— Могу только предостеречь. У Джейкоба ужасный темперамент. Он очень легко взрывается. А Телма, как никто другой, умеет выводить его из себя. И этим пользуется. Она не хочет уйти, но она никогда больше не войдет в нашу семью.

— А как же Бобби? — встревоженно спросила девушка. — Неужели мать его нисколько не любит?

Пожилая дама нервно кусала губу.

— Ужасная правда состоит в том, что Телма невзлюбила ребенка с момента его появления на свет, а может, и раньше. Она никогда не любила его и не заботилась о нем. Джейкобу пришлось нанять няньку. Считалось, что у Телмы послеродовая депрессия, но ее врач очень сомневался в этом. Думаю, Бобби стал плодом нежеланной беременности. Малышу пришлось расплачиваться за ошибки родителей.

Джина в изумлении глядела на свою собеседницу.

— Не понимаю. Женщина, безумно влюбленная в своего мужа, носящая под сердцем его ребенка… Уму непостижимо!

— Только не для Телмы. Для нее беременность и ребенок означали лишь то, что ей придется на время позабыть об удовольствиях и привычной жизни. Кроме того, она очень гордится своей фигурой, а во время беременности сильно располнела и ужасно переживала по этому поводу. Нет, это все не для нее. Тем более что Бобби ужасно похож на нее, но вовсе не красив. В нем, как в кривом зеркале, черты Телмы исказились и стали едва не уродливыми.

— Зато он очень умный, — встала на защиту своего любимца Джина.

— Иногда даже чересчур, — печально отозвалась Бетани. — Бобби — мыслящий ребенок. И он на редкость ранимый. Будьте рядом с ним, Джина, только этого я от вас и прошу.