Бетти Нилс - Замужество Беатрис

     — Как тебе не стыдно!

     Беатрис продолжала шептать, хотя на самом деле ей хотелось заорать и запустить в него чем-нибудь тяжелым. Взгляд ее невольно остановился на безобразной, но бесценной вазе севрского фарфора, стоявшей на боковом столике. Гиз проследил за ее взглядом.

     — Нет-нет, Беатрис! Она ужасна, я согласен, но давай не будем громить дом.

     Улыбнувшись, он пошел к ней, и только теперь она увидела, какое у него осунувшееся, уставшее лицо.

     — Тебе лучше пойти в постель и провести там остаток ночи. — Она начала подниматься вверх по лестнице, но, дойдя до половины, все-таки спросила: — Хочешь выпить чего-нибудь горячего? Билдер оставил кофе в термосе.

     — Нет. Единственное, чего я хочу, так это встряхнуть тебя хорошенько.

     Гиз развернулся и пошел к себе в кабинет, а она отправилась в спальню и легла в холодную постель. Да он просто ненавидит меня, расплакалась она. Тогда я его тоже ненавижу! Эту фразу, для большей убедительности, она повторила дважды.

     Когда, через несколько часов Беатрис вместе с Алицией спустилась к завтраку, Гиз уже уехал. Она старалась не замечать укоризненного взгляда Билдера. Есть ей не хотелось, и, пока Алиция завтракала, она нервно крошила тосты, а потом отвезла девочку в школу. Возвращаясь, домой, она заметила Мизи, стоявшую на тротуаре и махавшую ей рукой. Беатрис остановилась.

     — Боже, дорогая, что за ночь! — воскликнула Мизи, заглянув в окно. — Бедный Гиз, наверное, совсем без сил! Я надеюсь, ты уговорила его лечь и хорошенько выспаться?

     — Нет. Он, как обычно, уехал в больницу, — ответила Беатрис. — Уехал еще до того, как мы с Алицией спустились к завтраку.

     — Он сумасшедший! — Мизи открыла дверцу и уселась рядом. — Видимо, он не рассказал тебе всего. — Она взглянула на Беатрис.

     — Он позвонил...

     — Нашел на это время? Это просто судьба, что он проезжал мимо ресторана Доэлена, когда оттуда выскочила официантка и стала звать на помощь. Гиз пошел посмотреть, что случилось, и увидел там двух раненых с сильно поврежденными артериями и чем-то там еще. Там была какая-то вечеринка, все перепились, ну, ты представляешь себе. В общем, он поехал с ранеными в больницу и остался на операцию.

     — Но ведь Гиз — гематолог, — удивилась Беатрис.

     Мизи вопросительно взглянула на нее.

     — Он первоклассный хирург. Разве ты не знала об этом?

     Беатрис покачала головой.

     — Нет. Ох, Мизи! Я думала, что Гиз на какой-то вечеринке, и, когда он вернулся домой, жутко разозлилась.

     Мизи хотела что-то сказать, но передумала. — Так объясни ему все, когда он вечером вернется домой. А теперь прости, мне пора бежать — мы встречаемся здесь с друзьями.

     Беатрис вернулась в Аайледик и остаток дня обдумывала предстоящую встречу с Гизом. Она сама забрала Алицию из школы и после чая пошла в свою комнату, чтобы снова надеть голубое платье. Сегодня она не будет вязать, потому, что купила вышивку.

     Около шести Беатрис услышала, как подъехала машина. А когда Алиция, подбежав к окну, сказала, что это папа и еще кто-то, сердце ее тревожно забилось. Девочка выскочила из комнаты, Фред за ней, и Беатрис волей-неволей пришлось последовать за ними, хотя встретить мужа она хотела, сидя за вышиванием.

     Из холла раздавались громкие голоса. Когда Беатрис вошла, Алиция крепко обнимала отца, а Фред радостно крутился у всех под ногами. С Гизом приехали, директор больницы профессор тер Восс, с ним она уже была знакома, и пожилая женщина — вероятно, его жена.

     Беатрис подошла к ним, улыбнулась Гизу, обменялась рукопожатием с профессором, поздоровалась с его женой и предложила всем пройти в гостиную.

     Билдер забрал пальто и шарфы, перекинулся с профессором несколькими фразами и ушел. Беатрис, беседуя с гостями, бросила взгляд на Гиза. Он разговаривал спокойно, и только глаза оставались холодными.

     — Мы на минутку, — объяснил директор. — Едем на обед к друзьям в Воэрден. Но мы не могли отказать себе в удовольствии еще раз увидеть вас, Беатрис.

     Они посидели с полчаса, выпили кофе, который принес Билдер, и наконец собрались уходить.

     — Как обидно, что Гизу уже нужно уезжать, — заметил, профессор тер Восс, одеваясь. Он улыбнулся Беатрис. — Но ведь вы, как жена врача, готовы к этому. Да и из-за малышки вы не можете поехать вместе с ним. — И он потрепал Алицию по голове.

     — Нет, конечно, нет, — согласилась Беатрис.

     Фру тер Восс, похлопала ее по руке.

     — Ничего, дорогая, зато, когда Гиз станет директором, он наконец-то будет принадлежать вам, как сейчас Бернард — мне.

     Они пожали друг другу руки и расцеловались.

     — Я так рад, что вы уговорили нас заехать, Гиз! В ближайшее время вы должны у нас пообедать, — сказал на прощанье профессор.

     Значит, Гиз пригласил их намеренно, подумала Беатрис. И что это за разговоры об отъезде? Но спросить сейчас не было возможности, потому, что Алиция по-прежнему крутилась рядом, засыпая отца вопросами и рассказывая ему о школе. Позже, когда Нэнни ее увела, и они наконец, остались одни, Беатрис решилась:

     — Ты собираешься уезжать?

     Гиз в это время просматривал почту, лежавшую на столике рядом с ним.

     — В Северную Ирландию.

     — Но это... — Она чуть не сказала «ужасно», но сдержалась. — Когда ты должен ехать?

     — Сегодня вечером. — Он достал из кармана часы. — Где-то, через полчаса.

     — Но ты не можешь... — начала Беатрис и запнулась, заметив его удивление.

     — Не могу? — переспросил он холодно и отложил письма. Затем потрепал Фреда по голове и встал.

     — Ты мог бы сказать мне заранее. Я хотела поговорить, объяснить...

     — Лучше отложим этот разговор, ладно, Беатрис?

     Она тоже поднялась.

     — Гиз, извини. Я не знала...

     — Дело не в этом, дорогая. Ты мне не доверяешь. Мы женаты совсем недолго, а ты уже готова поверить всякой ерунде, которая лезет тебе в голову.

     Он не был зол, а если и был, то тщательно скрывал это.

     — Это совсем не то, что ты думаешь, — сказала она.

     — Лучше пойдем и пожелаем Алиции спокойной ночи.

     Они поднялись наверх.

     — Ты будешь мне звонить? — спросила Беатрис.

     — Если появится возможность.

     Она слушала, как он объяснял девочке, что его не будет несколько дней, возможно, неделю.

     — Но с тобой останется Беатрис, любовь моя, поэтому тебе не будет одиноко. Вы будете присматривать друг за другом и за Фредом.

     Он ушел к себе в комнату, а Беатрис возвратилась в гостиную и сидела там, пока не вернулся Гиз. Она поднялась ему навстречу.