Люси Гордон - Приговор любви

– Ступай на кухню. Бабушка покормит тебя.

Томми напоследок крепко пожал руку Меган, потом, поднявшись на цыпочки и не обращая внимания на сердитый взгляд отца, поцеловал ее и тенью скользнул в дом. Меган вызывающе посмотрела в лицо мужу.

– Учти, этот устроенный твоим дружком-полицейским дурацкий фарс только сыграет мне на руку, – холодно предупредил ее Брайан. – «Мальчик захотел навестить свою мать»! Какая чушь! Будь на то твоя воля, ты бы, не раздумывая, увезла его, но, к счастью, тебе помешал Келлер.

– Я добровольно привезла Томми обратно, – сказала Меган, не желая поддаваться на провокацию. – За это я рассчитываю получить от тебя разрешение видеться с сыном.

– И не мечтай! В следующий раз поблизости может не оказаться Келлера с его советами, здравым смыслом и инстинктом самосохранения.

Несмотря на всю решимость Меган, эта фраза вывела ее из себя.

– На что ты намекаешь?..

– Брось, Меган! Протри глаза. С какой стати, ты думаешь, он заставил тебя привезти Томми? Разве Келлер не лелеет надежду восстановить свою карьеру? Он же больше всего на свете хочет вернуться в полицию, только черта с два его приняли бы обратно, помоги он тебе обойти закон.

Меган с трудом проговорила:

– Узнаю твою мерзкую привычку видеть в людях только дурное.

– В случае с твоим дружком мне не пришлось особенно напрягаться. В отличие от тебя я насквозь вижу таких людишек, как Келлер, и с первой же нашей встречи догадался, что ему от тебя нужно. Пока мы жили вместе, я вдоволь насмотрелся на мужиков, которые из кожи вон лезли, лишь бы подластиться к тебе.

– Ты сам их поощрял, а потом использовал! – огрызнулась Меган.

А Брайан молча согласился, небрежно пожав плечами.

– Что ж, преследуя свою выгоду, ты тоже использовала Келлера. Я не виню тебя – твои действия были оправданы здравым смыслом, но изволь выслушать один маленький запоздалый совет: тебе следовало поломаться немного дольше, ведь твой дружок уже получил обещанную награду? Потому-то он и не стал лезть ради тебя в петлю. Уверен, Келлер убеждал тебя так: сейчас необходимо вернуть Томми, чтобы соединиться с ним навсегда потом, когда тебя оправдают. И насколько же он продвинулся в этом своем усердии?.. Готов поспорить, ни на шаг. Тебе не следовало спускать его с крючка, пока не будут выполнены все условия сделки, но ты упустила свой шанс. Прощай и больше не звони.

И не успела Меган опомниться, как Брайан захлопнул перед ее носом дверь. Меган застыла неподвижной статуей, уставившись в пространство. Все это гнусная ложь! Дэниэл не может быть таким циничным и расчетливым, каким его изобразил Брайан. Просто Брайан привык по себе судить о людях. И все же его стрела достигла цели – стоило Меган вспомнить о доводах Дэниэла, как ее глаза застлала пелена гнева.

Она медленно вернулась в машину и села рядом с Дэниэлом на переднее сиденье.

– Может, заедем куда-нибудь выпить? – предложил Дэниэл.

– Нет. Отвези меня в пансион, – тихо ответила она.

Сбитый с толку ее тоном, Дэниэл бросил на Меган быстрый взгляд, но промолчал.

На протяжении всего пути Меган сидела в мрачном молчании, вновь и вновь вспоминая слова Брайана. Какой же она была дурой… Она вновь обрела Томми, а потом как последняя идиотка отдала его! Ее пронзила внезапная боль потери – боль в тысячу раз сильнее прежней. Меган до крови закусила губу, чтобы не закричать на Дэниэла.

Когда они подъехали к пансиону, Меган коротко попрощалась и вышла из машины, всем своим видом показывая, что не желает что-либо обсуждать сегодня.

Однако Дэниэл последовал за ней.

– Нам нужно поговорить, – твердо сказал он и, не обращая внимания на ее недовольный вид, поднялся вслед за Меган в ее комнату.

Едва закрылась дверь, Меган круто повернулась и посмотрела прямо ему в глаза. Ее лицо было спокойным и белым как мел.

– Прошу, Дэниэл, пойми, не надо ничего обсуждать. Я все прекрасно понимаю… с точки зрения закона… ты был прав. И давай оставим эту тему.

– Ты сама-то веришь в то, что говоришь? Я же вижу, в душе ты все еще осуждаешь меня.

– Ладно! – вспылила Меган. – С точки зрения закона ты, может, и правильно поступил – мудро и продуманно. Только человек, имеющий хоть каплю сострадания, никогда бы не пошел на такую жестокость!

– Человек, имеющий хоть каплю сострадания, прежде всего не разрешил бы тебе пуститься с Томми в бега и попасть в переделку, после которой ты больше никогда не увидела бы своего сына! – попытался урезонить ее Дэниэл.

– Но Томми мое родное дитя! – горячо воскликнула Меган. – Когда я увидела его, мне показалось, будто… будто он воскрес из мертвых! Я обнимала его, мою плоть и кровь! Я обнимала моего сына – не какую-то тень или привидение моего сына!.. А ты безжалостно отнял его… – От горя Меган уже не владела собой, и ее взволнованная речь становилась бессвязной.

Как всегда, боль Меган тотчас отозвалась в Дэниэле. Он подошел к ней и обнял ее за плечи.

– Я верну тебе сына, только не так, – проговорил он, пытаясь ее успокоить.

– Только не так, не противозаконно, ты хочешь сказать?! – съязвила Меган. – Ты ведь у нас действуешь строго в рамках закона, да? Ты… ты полицейский!

Дэниэл пропустил оскорбление мимо ушей и привлек Меган к себе, пытаясь поцеловать ее, стереть губами ее слезы, но Меган вывернулась из его объятий и отпихнула его с такой силой, что Дэниэл пошатнулся, потерял равновесие и едва не упал.

– Не трогай меня! – хрипло предупредила она. – Мы все выяснили – ты был прав, я ошибалась! Теперь, когда я это признала, для тебя опять все стало на свои места? Ты помешал мне преступить закон и таким образом не позволил впутать себя в это дело! Поздравляю, полиция обязательно зачтет тебе твой благородный поступок, когда милостиво разрешит вернуться в свои ряды! Эти жестокие слова вырвались у Меган непроизвольно. Она вовсе так не считала, а когда увидела, как исказилось и посерело лицо Дэниэла, в страхе застыла.

– Значит, так ты обо мне думаешь? – спокойно спросил он.

– Я запуталась, Дэниэл, не знаю, что и думать, помоги мне.

Он покачал головой.

– Здесь я ничем не могу тебе помочь.

И, не проронив больше ни слова, вышел.

Глава одиннадцатая

Меган вслушивалась в удаляющиеся шаги Дэниэла. Совесть побуждала ее догнать его и извиниться, но обратившееся в камень тело не желало подчиняться этому приказу. У нее подкосились ноги, и, обессилев, Меган опустилась на кровать. Терзая себя упреками, она спрятала лицо в ладони. Как у нее хватило жестокости причинить Дэниэлу такую боль?.. Как она могла бросить ему в лицо подсказанные Брайаном злобные обвинения? Разве ее бывший муж достоин того, чтобы прислушиваться к нему? Она обвинила Дэниэла в бессердечности, а сама забыла о смерти его сына… Дэниэл был единственным человеком, способным понять и разделить ее чувства, а она…