Анна Мэллори - Семь секретов обольщения

— Вам нравится?

Мужчины в ярких красочных костюмах гипнотизировали своими трюками и отвлекали от посторонних мыслей.

— Они молодцы. Ничего не боятся.

Виконт помахал рукой, приветствуя актеров, и дал знак слуге, стоявшему в тени, дополнительно заплатить за выступление.

— Эта труппа — из Парижа. В Англии их ждет большой успех, мне кажется.

Миранда улыбнулась:

— Когда-нибудь я увижу их в большой программе.

— А почему не завтра? Они будут в столице еще несколько недель.

— В газетах пишут, что билеты проданы на все представления.

— Ну это не проблема.

— Завтра я должна составить каталог вашей библиотеки.

— Это можно отложить. Вы, наверное, сильно устаете от возни с книгами? Но ведь ночью у вас есть возможность отдохнуть. По крайней мере пока.

Девушка заправила локон за ухо и покраснела:

— Вы слишком фривольны.

— А вы слишком скромны, дорогая.

Девушка отвела взгляд и посмотрела на сцену. Музыканты отбивали ритм, а цирковые артисты жонглировали, выполняли сальто-мортале и рискованные стойки на плечах друг друга.

Миранда потянулась вперед. Все ее тело восторженно трепетало.

— Вам нравится музыка? — спросил он.

— Да. И само представление. Такая свобода движений…

— Вы сами не ощущаете этой свободы?

— Почему же? Как раз ее-то у меня в избытке. Могу, например, читать любую книгу, переписываться с кем захочу. — Она рассеянно указала на импровизированную сцену: — Прекрасно выступают. Сколько грации, пластики…

Девушка хотела продолжить, но внезапный шум голосов привлек ее внимание.

— Дорогой! Мне сказали, что ты здесь появился! Приятный сюрприз.

— Мама!

— А кто это с тобой?

Маркиза бросила на Миранду любопытный взгляд.

Он промолчал и обратился к матери:

— Слушаю тебя. — Виконт коротко поклонился спутнику матери: — Диллингем.

Его голос становился теплее, когда он говорил с матерью, и холоднее, когда он приветствовал ее поклонника.

Маркиза деланно вздохнула:

— Мистер Истон оказал нам честь, Явившись в нашу ложу. Выпил, правда, лишнего. Помоги нам уладить это, Макс, дорогой.

Она потянулась и потрепала сына по щеке. При этом теплое чувство появилось в глазах маркизы, что удивило Миранду.

Виконт поднес руку матери к своей щеке и опустил ее вниз, его лицо смягчилось, и на нем снова появилось какое-то непонятное выражение. Казалось, он испытывает отвращение к самому себе. Это длилось всего мгновение, не больше. Он слегка похлопал мать по руке.

— Почему бы тебе не вернуться домой?

Та вздохнула.

— Так не хочется, но придется, — покачала головой маркиза. — Пойдемте, Дилли. Вы победили в этом раунде.

— И намерен продолжать в том же духе, моя дорогая.

— Вам пора ехать, Диллингем.

Голос виконта звучал угрожающе.

Граф покачнулся. Его улыбка исчезла.

— Пожалуй, вы правы. Доброго вечера, Даунинг.

Маркиза вышла из ложи, граф последовал за ней.

И снова возникла тишина.

— Ваша матушка такая… — Она искала подходящее слово.

— Фривольная? — послышался в ответ его голос.

— Я хотела выразиться помягче.

— Это очень любезно с вашей стороны.

— У нее печальные глаза.

Он, прищурившись, посмотрел на нее:

— Почему вы так решили?

— Я наблюдала за ней, — сказала Миранда, неуверенно пожимая плечами.

— В свете находят, что она стала неуправляемая.

Девушка промолчала. Да и что можно было сказать?

«Ваша матушка вынуждена носить маску. Вы, очевидно, знаете это, судя по вашей реакции и выражению лица. Ее имя часто фигурирует на скандальных страницах газет, но это скорее крик о помощи».

— Вы не правы. — Он грустно усмехнулся. — Она раздражительная, скандальная, развязная, какая хотите… Но не печальная.

— Что ж, извините, если я ошиблась.

Он на секунду отвернулся. И она готова была поклясться, что в его взгляде было явное недовольство собой.

— Вам не за что извиняться.

Она думала, как ответить на его странное откровение, но он снова посмотрел на нее — лицо ясное, как будто ничего не произошло.

— Что еще вы хотели бы увидеть, но пока не успели?

Миранда удивилась резкой смене темы и пожала плечами:

— Вы сказали, будто бы у меня не хватает мужества, чтобы чего-то добиваться в жизни?

— Не в этом дело. Чтобы заявить о себе и получить то, что вы хотите, не обязательно обладать необычайной смелостью. Нужна инициатива и еще побудительный мотив. — Он загадочно улыбнулся. — Я не люблю стандартных ходов. Что, если я сделаю нечто неожиданное, чтобы обольстить вас?

— Готова замереть в томительном ожидании.

Он подошел и прикоснулся к локону, который высунулся из-под ее маски.

— Я просто хочу, чтобы вы использовали свой шанс в жизни. Опираясь при этом на меня.

Ее сердце ускорило свой бег.

— Но почему?

— Потому что вы интересуете меня. — Он поднял голову. — И потому что я хочу этого.

Виконт отвернулся и пару секунд смотрел вдаль, затем отодвинул свой стул и поднялся:

— Надо идти. Хочется хоть на время скрыться от этих любопытных взглядов.

Миранда взяла протянутую руку, ее пальцы в тонкой шелковой перчатке удобно устроились в его руке, затянутой в кожу. Как хорошо они сочетаются.

Они вышли на главную аллею сада, гуляющие расступились. Девушка не обращала внимания на шепот и взгляды, сопровождавшие их, всецело захваченная близостью мужчины, который шел рядом с ней.

Темная дорожка вела их вперед, приглашая в неизведанное.

Виконт пристально посмотрел на нее.

— Пойдемте со мной, Миранда, — уговаривал он.

Его голос при этом обволакивал ее, лишая воли. Он повернулся и шагнул в темноту. Девушка послушно последовала за ним.

Глава 11

Рецепт 1. Соблазняя вашу жертву, вы должны быть абсолютно уверены, что вы единственное, о чем она думает утром, днем и ночью.

«Восемь рецептов очарования» (книга находится в работе)

Виконт улыбнулся ей, уверенно шагая вперед, не думая о том, куда должен поставить ногу, словно хорошо знал этот путь. Это не могло не родить тревожную мысль, что он бывал здесь прежде, прекрасно знал это место и запомнил его. Миранда находилась под впечатлением его очарования и позволяла ему вести себя в темноту сада. Живая изгородь и заснувшие цветы окружали их.

Скудный свет нескольких фонарей в начале тропинки лишь увеличивал тени, делая обстановку еще более таинственной и интимной. Неяркий свет луны способствовал этому ощущению.