Стина Прайс - Возвращение из прошлого

— Я могу попытаться.

— Ты такая же, как она, — процедила сквозь зубы тетка. — Молодая. Привлекательная. Талантливая. Откуда тебе знать, что значит быть серой мышкой, вторым сортом? Я была обречена жить в ее тени. С этим можно было мириться до тех пор, пока… — Безжалостная улыбка скользнула по ее губам. — Сильвия могла заполучить любого мужчину. Я — нет. Так почему она положила глаз именно на Алана Бейкера?

Глаза Миранды расширились от изумления.

— Так вы были влюблены в моего отца?

Ванесса взяла себя в руки.

— Но, конечно же, он смотрел только на нее.

— Вы хотите сказать, что ввели в заблуждение Стивена из…

Гнев Миранды сменился брезгливым состраданием. Перед ней стояла бесконечно одинокая пожилая женщина с ожесточившимся сердцем. Ее надежды потерпели крушение тридцать лет назад, и теперь она мстила, втягивая в водоворот холодного отчаяния судьбы людей, еще не родившихся в ту далекую пору.

— Вам стало легче от этого? — напрямик спросила Миранда.

Глаза Ванессы сверкнули злобой.

— Мне негде искать утешения, — прошипела она. — Стивен был насмешкой над моей бездетностью. А ты — вылитая мать. Все мужчины были у ее ног. Дуглас тоже мечтал отвести ее под венец, — добавила она, глядя куда-то сквозь племянницу. — Но ей было этого мало. Она увела у меня Алана.

— Тетя Ванесса… — Миранда не договорила. Эмоциональная пустота, в которой всю жизнь существовала эта женщина, открылась перед ней с беспощадной ясностью. Неужели и она сейчас уподобится Ванессе, с хладнокровной жестокостью верша свой суд? Ее передернуло, как от озноба. — Я пришла к Стивену, — решительно заявила Миранда. — Где он?

— Ты опоздала. Он улетел в Штаты.

У нее противно засосало под ложечкой.

— Он не мог уехать так рано, — взволнованно сказала она, взглянув на часы. — Самолет только через…

— Он решил улететь утренним рейсом.

— Я не верю вам!

Миранда уже ворвалась в дом, на бегу выкрикивая имя Стивена. Дверь в его спальню была плотно закрыта.

— Опомнись! Как ты смеешь? — раздался за ее спиной голос Ванессы. — Я же сказала, что его здесь нет!

Миранда колебалась не больше секунды. Распахнув дверь, она увидела багаж Стивена.

— Тетя, где он?!

— Не имею понятия. — С этими словами ее родственница удалилась.

Девушка беспомощно прислонилась к двери. Где Стивен? Будь он в саду, шум наверняка привлек бы его внимание. Может, он в конторе? Внезапно ее осенило. Миранда сбежала вниз и устремилась к ручью сквозь заросли акаций.

У моста не было ни души. Неужели она ошиблась? Сделав по инерции несколько шагов, она медленно повернулась, чтобы тронуться в обратный путь.

— Анди!

Стивен стоял в тени развесистой акации, под которой они так любили встречаться.

— Я должна тебе сказать… — сбивчиво начала она, когда он спустился к ручью. — Какое счастье, что ты… — Боже, как он красив в лучах солнца! — Я была права!

И она рассказала ему всю историю, не упустив ни слова из разговора с отцом и откровений Ванессы.

— Ты понимаешь, что это значит?!

Стивен надолго замолчал.

— Ванесса сама призналась мне во лжи. Чего тебе еще нужно? Или ты пойдешь к врачу отца за подтверждением?

Целая гамма чувств сменилась на его лице, прежде чем оно наконец прояснилось. Стивен медленно выдохнул.

— Ванесса говорила так убедительно, а, главное, ее слова многое объясняли. Прохладные отношения между нею и отцом. Наэлектризованную атмосферу в доме, когда у нас бывали твои родители. Ее слова упали на подготовленную почву. — Он сжал кулаки. — Как она могла? Что мы ей сделали? — с горечью и недоумением воскликнул он. — Потерянные годы. Наш неродившийся малыш. Господи, да есть ли ты?

— Стивен, ее положение куда ужаснее. Душа Ванессы пуста. Все, что ждет ее впереди, — холодная бездна. Это не жизнь, а настоящий ад.

Стивен дрожащей рукой с благоговением провел по ее плечу.

— Как ты можешь защищать эту женщину?

— Стивен, ты любишь меня? — прошептала она, трепеща от его прикосновения.

— До безумия, — задыхаясь, ответил он. — Мое сердце всегда принадлежало только тебе.

— Тогда я могу позволить себе роскошь быть человечной с Ванессой.

— Не думаю, что найду в себе столько благородства. Наш с ней разговор еще впереди. — Он притянул Миранду к себе и поцеловал с невыразимой нежностью, как будто каждый из этих поцелуев мог стать последним. — О, Анди. Моя ненаглядная, моя чудесная. Здравствуй.

Они соединились в жарких объятиях, целуя и лаская друг друга и лихорадочно шепча какие-то слова.

— Я уже не смел надеяться, — хрипло сказал Стивен. — Быть все эти недели рядом, зная, что не имею права прикасаться к тебе; эти напрасные попытки сдерживаться… Я чувствовал, что теряю рассудок.

Взяв Миранду за руку, он помог ей подняться на высокий берег ручья, где ажурные листья акаций дарили прозрачную тень.

— Здесь всегда были такие колючки? — насмешливо спросил он, когда они устроились под живым шатром.

— Что нам теперь колючка-другая!

— Третья, четвертая… — Улыбка исчезла с его лица, и Стивен накрыл ее щеку ладонью. — Четыре года, Анди. Четыре года отчаяния и тоски, когда я изнемогал от неудовлетворенного желания, не понимая, за какие грехи обречен жаждать инцеста с единокровной сестрой!

— Стивен, не надо. — Миранда закрыла глаза, и крупные слезинки выкатились из-под ее ресниц.

— Я знаю, что сделал тебе очень больно, моя хорошая. Но от рассказа Ванессы я просто обезумел. Я поцеловал ее от злости, наказывая себя… А когда в комнату влетела ты, у меня не оставалось времени все объяснить.

— Я глазам своим не поверила, когда застала тебя в ее объятиях.

— Мне это не делает чести, — сказал он с досадой. — Все началось, когда я вернулся из колледжа и стал проводить с тобой все свободное время. Взгляды искоса, прикосновения невзначай. Чего я только ни делал — пытался не замечать Ванессу, избегал ее… Но в эту женщину словно дьявол вселился. И в тот вечер я не выдержал.

— Она была влюблена в моего отца. И не смогла простить ему его выбора.

— Не думаю, что Ванессе вообще дано знать, что такое любовь. — Он вздохнул. — А для меня единственным выходом оставалось бегство. Ты бы мне не поверила, и я предпочел твою ненависть убийственной правде. — Он смахнул слезинку с ее щеки.

— Сначала была жуткая пустота, а когда я лишилась ребенка, то просто впала в прострацию. Потом решила, что лучше всего убедить себя, будто тебя вообще никогда не было. Но ты вернулся, и самообман кончился. Тогда я вновь попыталась разбудить в себе ненависть. Но, — она накрыла его руку ладошкой, — я ввязалась в заведомо проигрышный бой. Ведь ты — моя вторая половинка, Стивен, а ненавидеть самое себя — глупо. Все это время я разрывалась между любовью и ненавистью к тебе, искала и боялась встречи.