Одри Хэсли - Но я люблю...

— Все это очень хорошо, но кто он, этот твой возлюбленный? Что он за человек? Где вы познакомились и отвечает ли он тебе взаимностью?

Лицо Мейды озарилось лучезарной улыбкой.

— Он сказал, что любит меня, и повторил это тысячу раз. Ах, Падди, он такой восхитительный! И красивый! И такой... такой...

— Сексуальный? — подсказала Луси, озорно блеснув глазами.

Мейда мгновенно зарделась, словно по мановению волшебной палочки превратившись из просто красивой девушки в необычайно чувственное создание. При одном взгляде на нее сразу становилось понятно, что хотя грек и не посягнул пока на ее девственность, но, несомненно, лишил изрядной доли невинности.

— Да, очень сексуальный! — подтвердила Мейда и покраснела еще сильнее.

— Меня больше интересует другое, — нахмурился Патрик. — Надежный ли он человек? Чем зарабатывает на жизнь и из какой он семьи? Ведь сама ты происходишь из знатного рода.

Такой чисто мужской подход Патрика к сердечным делам не мог не вызвать у Луси улыбку. Но вместе с тем ее радовало то обстоятельство, что Патрик как будто не обратил внимания на перемены, произошедшие с его бывшей невестой. Это свидетельствовало о том, что по-настоящему он любит ее, Луси, иначе новоявленная сексуальность Мейды больно задела бы его.

— Падди, не мучай девушку! — протестующе воскликнула Луси. — Когда ты вновь увидишься со своим греком, Мейди? — поинтересовалась она, отбрасывая официальную форму обращения и переходя на «ты».

— Через несколько дней он приедет в Глазго, — блеснула глазами та. — Кстати, Падди, ты можешь не волноваться по поводу того, что мой Деметриос охотится за богатыми наследницами. Его семья уже много лет занимается производством оливкового масла. Возможно, вы слыхали — Илиадисы? В их владениях находятся обширные оливковые рощи, а масло продается по всему миру. Так что финансовому положению Деметриоса можно только позавидовать. Кроме того, моя семья сейчас уже не так богата, как наши предки, Лорейны, поэтому я уверена, что Деметриос женится на мне не из-за денег.

— Он уже сделал тебе предложение? — быстро спросил Патрик.

— Пока нет, но обязательно сделает, — заявила Мейда со всей уверенностью неопытной юности.

Луси пристально взглянула на нее, но не стала объяснять ей, что мужчины не всегда женятся на девушках, которым признаются в любви. Они занимаются с ними любовью, но это совершенно другое дело!

Последняя мысль заставила Луси задуматься о собственном положении. Ведь Патрик как будто тоже признался ей в любви, но это признание не сопровождалось предложением брака. Разумеется, для всего этого пока не было удобного случая, но, возможно, Патрик и не воспользуется таковым, даже если он представится. Может, простой любви недостаточно для того, чтобы вступить в брак с таким человеком, как граф Уэндейлский?

Внезапно в желудке Луси как будто образовался тяжелый ком, а в висках застучала тревожная мысль: что, если все это слишком хорошо, чтобы быть правдой?..

Мейда пробыла в Уэндейл-холле еще некоторое время, не переставая сообщать все новые подробности о своем великолепном греке. Она познакомилась с ним на свадьбе кузины, жених которой тоже родом из Греции.

— Мне приходилось слышать фамилию Илиадис, — задумчиво произнес Патрик, — но об этой семье я ничего не знаю. Кроме того, я не уверен, Мейди, что твои родители будут рады тому, что ты завела роман с каким-то греком.

— Им придется смириться с моим выбором. Через месяц мне исполнится двадцать один год и я буду вправе сама принимать решения.

Луси усмехнулась про себя, подумав, что на самом деле это не такой уж значительный возраст. Сама она в двадцать один год еще была далека от самостоятельности, а в некоторых практических делах являлась полным несмышленышем.

Ты и сейчас осталась несмышленышем, если думаешь, что граф Уэндейлский возьмет тебя в жены! — проскрипел в ее мозгу противный голосок.

— Ну, мне пора! — произнесла наконец Мейда. — Но, прежде чем уйти, хочу сказать, как я рада за вас обоих. Мне кажется, Лу, что ты больше подходишь Падди, чем я. Ты такая красивая и, главное, высокая! А я рядом с Падди всегда казалась себе лилипуткой.

— С греком у тебя нет такого ощущения? — поинтересовался Маккинли.

Мейда весело рассмеялась.

— Есть! Но это ощущение иного рода... даже не знаю, как объяснить.

— И все же будь поосторожнее с этим парнем, — предупредил Патрик. — Постарайся не совершать поспешных поступков. Ты должна знать, что некоторые из состоятельных мужчин не слишком утруждают себя обязательствами по отношению к женщинам, предпочитая обходиться одними обещаниями.

— Нет, Деметриос не такой! — горячо возразила Мейда. — Конечно, он очень страстный человек, но вместе с тем очень искренний. Он говорит, что, если потребуется, готов ждать меня, сколько я пожелаю. Но я не думаю, что ему придется ждать слишком долго! — Она лукаво подмигнула Патрику и Луси.

Заметив, как нахмурился Маккинли, Мейда от души расхохоталась.

— Не волнуйся, Падди. Обещаю, что не буду делать ничего такого, чего сам ты не делал бы с Лу! А сейчас мне действительно пора. Вы проводите меня до автомобиля?

Патрик и Луси спустились с Мейдой во двор, где долго махали вслед удаляющейся машине, пока та не скрылась из виду. После этого Луси повернулась к Патрику и высказала все то, что волновало ее в данный момент.

— Интересное замечание ты сделал по поводу состоятельных мужчин, которые не слишком спешат брать на себя какие-либо обязательства по отношению к женщинам, — произнесла она как бы между прочим. — А сам ты собираешься как-то доказать, что не принадлежишь к числу подобных представителей сильного пола, которые считают, что вправе делать с женщиной что угодно, ничего не обещая взамен? Твое признание в любви всего лишь слова или ты имеешь намерение сделать мне конкретное предложение?

— Ах, что за поспешность, дорогая! — усмехнулся Патрик.

— Можешь смеяться! — кивнула Луси. — Но тебе все же придется ответить на мой вопрос. Итак, дорогой, собираешься ты предложить мне выйти за тебя замуж или нет? Потому что если нет, то не жди повторения прошлой ночи. И вообще... Несмотря на все свои недостатки, Фред хотя бы подарил мне обручальное кольцо со всеми вытекающими отсюда последствиями, а не просто позабавился со мной в постели и отвернулся!

Патрик несколько секунд молча смотрел на нее, после чего взял за руку и повел по аллее, спускавшейся меж холмов к озеру.

— Что такое?! Куда ты меня тащишь? Убери-ка руки и немедленно отвечай на мой вопрос! — запротестовала Луси.

— Отвечу, отвечу! Но только тогда, когда буду готов. А ты говори потише, пожалуйста, ладно? Видишь, вон там Сид моет «мерседес». Он слышит наш разговор, а я не хочу, чтобы кто-либо был в курсе моих личных дел.