Одри Хэсли - Но я люблю...

Настойчивость, прозвучавшая в голосе Патрика, вселила в сердце Луси надежду.

— Да, — сказала она. — Я люблю тебя.

— Господи, почему же ты не сказала об этом ночью?

— Я? А почему я должна была говорить о своих чувствах, в то время как ты молчал?

Этот вопрос застал Патрика врасплох.

— Да, молчал, так как думал, что ты покинешь меня и вернешься в Америку, подарив мне одну-единственную ночь.

— Но я была уверена, что ты не любишь меня. Мне казалось, что тебя интересует только секс...

— Все понятно! — вздохнул Патрик, после чего на его лице появилась такая широкая и обаятельная улыбка, какой Луси ни разу не довелось увидеть с момента их знакомства. — Подожди меня здесь, дорогая. Я постараюсь не задерживаться слишком долго.

Луси смотрела ему вслед, все еще не в силах поверить тому, что только что произошло.

Дорогая... Он назвал ее дорогой!

Значит, Патрик любит ее! Любит больше, чем когда-либо любил Мейду.

Когда Луси осознала это, у нее словно камень с души свалился. Теперь она уже была уверена, что отныне они с Патриком всегда будут вместе и никакая сила не разлучит их. Никогда!

13

Луси стояла у окна, гладя на парк, когда ее окликнул появившийся на пороге Рей.

— Милорд просит вас присоединиться к нему и леди Мейде в гостиной. Это третья дверь налево от...

— Спасибо, Рей, я знаю, где находится гостиная, — прервала Луси его объяснения.

Она подождала, пока дворецкий уйдет, а потом прерывисто вздохнула, стараясь успокоиться. Ее внезапно охватило волнение. Почему Патрик не пришел за ней сам, а прислал Рея? Что, если Мейда поспешила вернуться домой сразу после свадьбы кузины, потому что начала жалеть о телефонной беседе с Патриком? Может быть, как раз сейчас она просит у него прощения, заверяя, что по-прежнему любит его и хочет выйти за него замуж. А Патрику оказалось достаточно только взглянуть на нее, чтобы он опомнился и раздумал отказываться от хорошо спланированной спокойной жизни, которую чуть было не променял на сомнительный союз с какой-то американкой!

Луси понимала, что поддалась чрезмерной мнительности, но все же ей пришлось сделать усилие над собой, чтобы выйти в коридор и направиться в гостиную.

Вчера, во время ознакомительного путешествия по комнатам Уэндейл-холла, главная гостиная показалась Луси одной из самых красивых комнат. Светло-бежевые обои пестрели здесь золотыми цветами, толстый кофейного оттенка ковер заглушал звуки шагов, а старинная мебель создавала особый уют. И повсюду стояли в вазах пышные букеты цветов, срезанных в саду.

Но сейчас Луси не чувствовала себя здесь уютно. В гостиной ее ожидало не слишком приятное зрелище: посреди комнаты стояли Патрик и Мейда. Он нежно обнимал ее за плечи, а она прижималась щекой к его груди, по-детски всхлипывая. От радости она плачет или от горя?

— Не плачь, Мейди, — уговаривал ее Патрик. — Сейчас уже нет причин плакать. Ты не сделала ничего такого, чего можно было бы стыдиться, ты ни в чем не виновата, и я по-прежнему люблю тебя. Не нужно так расстраиваться, это еще не конец света.

Увидев Луси, Патрик улыбнулся.

— Извини, что пришлось послать за тобой Рея, но ты сама видишь, как расстроена Мейди. Только не из-за того, о чем ты, возможно, подумала. Я еще не успел объяснить, что произошло у нас с тобой. Мейди только что рассказала мне о человеке, которого встретила в Греции. И в которого влюбилась...

Услыхав эту новость, Луси изумленно распахнула глаза, а ее сердце подпрыгнуло в груди от радости.

Леди Мейда, которая сегодня была особенно красива в платье нежно-голубого цвета, которое ей удивительно шло, отстранилась от Патрика и не без удивления посмотрела на Луси. Потом она вновь перевела взгляд на Патрика.

— У нас?

— Да, Мейди, у нас, — решительно подтвердил тот. — У нас с Лу. Иди сюда, дорогая, — протянул он руку к Луси. Та подошла, и Патрик нежно прижал ее к себе. — За прошедшую неделю мы успели полюбить друг друга. Это было так же неожиданно, как и твоя встреча с греком, которого полюбила ты. Сначала мы пытались противиться нашим чувствам, но в конце концов они взяли верх и мы... в общем, наши отношения уже перестали быть платоническими.

На лице Мейды по-прежнему оставалось удивленное выражение, но она не казалась обескураженной.

— Я хочу только добавить, — вмешалась в разговор Луси, — что, когда вы звонили из Греции, Падди все еще продолжал вести себя как истинный джентльмен и жених!

— О, в этом я даже не сомневаюсь! — улыбнулась Мейда. — Боже, какую прекрасную новость вы мне сообщили! У меня словно тяжесть с груди свалилась. Признаться, я очень переживала, что ты, — она повернулась к Патрику, — изменишь мнение обо мне и твое сердце будет разбито. Но сейчас я вижу, что сердечные дела у тебя в полном порядке и твоя судьба в надежных руках. Лучше Лу тебе невесты не найти! — С этими словами она потянулась к Луси и поцеловала ее в щеку. — А вам не найти человека лучше Патрика. Он с детства вызывает у меня восхищение!

— Брось, Мейди! Ты смущаешь меня, — обронил Патрик.

— А что тут особенного? Сколько себя помню, я всегда любила тебя. И буду любить! Но только недавно я поняла, что это не та любовь, которую жена должна испытывать к мужу. Да ты и сам любишь меня скорее как сестру, чем как невесту.

— Мейди, я...

— Нет, Падди, позволь мне закончить. Мне кажется, Лу тоже должна послушать.

Луси вся превратилась в слух. Никогда еще она с таким живым интересом не прислушивалась ни к какому разговору.

— Мне известно, что ты дал обещание моему брату позаботиться обо мне. Потому-то ты и предложил мне стать твоей женой, верно? Ты считал, что должен быть рядом со мной, дабы иметь возможность защитить от превратностей окружающего мира. И я понимаю почему. Потому что до недавних пор я была еще совсем ребенком. Во всем. Но сейчас, по-моему, я начала взрослеть. Мой возлюбленный за два часа научил меня тому, чему мои старомодные родители с безнадежно устаревшими взглядами на жизнь не могли научить за двадцать лет. К примеру, что такое настоящая любовь. Или желание. Или страсть!

— Мейди! — изумленно воскликнул Патрик. — Неужели ты?.. Нет, не может быть! Чтобы через два часа после знакомства ты решилась...

— Конечно нет, — потупилась Мейда. — Все же я не могу так быстро отказаться от привычек, вырабатывавшихся годами. Но мне очень хотелось того, что ты имеешь в виду, Падди. Очень хотелось! Думаю, вы с Луси поймете меня, потому что сами влюблены.

Однако Маккинли слова Мейды явно не убедили. Судя по всему, ему не так-то просто было отречься от обещания, данного некогда ее брату.