Джоанна Брендон - Огненные тени

На улице было свежо, но ясно; лишь несколько тучек виднелись на холодной лазури зимнего неба.

Вернувшись домой, Логан по-спартански просто поужинал и, решив, что никто больше его не потревожит, остаток вечера работал над музыкальной шкатулкой — подарком для одной из своих племянниц.

На следующее утро он позволил себе понежиться в постели после семи, и только чувство голода заставило его в конце концов подняться с кровати. Вздрогнув от холода, он пробежал на кухню и быстро сделал себе кофе.

После этого он принял душ, побрился, переоделся в джинсы и черный свитер, еще более подчеркивающий его темные волосы и темные, ироничные глаза.

Надев на ноги теплые шерстяные носки и мокасины на меху, сшитые для него Элидой, Логан вернулся на кухню и выпил еще чашку кофе.

Он попытался читать утреннюю газету, но мысли никак не желали собраться вместе, и газета полетела в сторону.

— Господи, какая чушь! — пробормотал он, откидывая голову и воскрешая в памяти вчерашнюю встречу с Мак-Адамом, разговор с матерью…

Логан попытался представить реакцию Элиды на предложение встретиться со своим преследователем.

— Она оторвет мне голову, — предположил он вслух и ухмыльнулся, представив себе эту картину. — А потом успокоится и… И может быть, мне удастся ее уговорить.

Резкий запах неприятно ударил в ноздри. Логан вскочил на ноги и уже на ходу сообразил, что это горит ветчина, которую он забыл вынуть из микроволновой печи. «Просто чудо, что я до сих пор не сжег весь этот чертов дом», — подумал Логан, выключая печь и отыскивая ухватку.

Мясо шипело и брызгало жиром, и к тому моменту, когда Логан управился со сгоревшим продуктом и отчистил печь, сам он весь был в жиру и саже.

Стоя в душе, он за шумом воды не расслышал быстрых шагов в коридоре, и когда хрипловатый, взволнованный голос с порога ванной провозгласил: «Логан!», он чуть не поскользнулся.

Сияющие глаза Элиды жадно пробегали по его стройному, гладкому, мускулистому телу, сверкавшему в неоновом освещении, по его волосам, прилипшим к большому, красивой формы лбу, по островкам волос на груди и ногах. Все тот же — только лицо чуть осунулось.

— Ты вернулась домой, — пробормотал он.

— Только на один день, — виновато сказала она, не спуская с него взгляда.

— Я рад, что ты здесь.

— Я тоже.

— Мне тебя так не хватало.

Логан выбрался из ванной, подошел к Элиде и прижал к себе.

Веки Элиды затрепетали, а на щеках лукаво заиграли ямочки.

— А уж как я по тебе соскучилась, — сказала она и со вздохом прижалась лицом к его груди. — Но ждать осталось уже недолго. Скоро мы снова будем вместе.

— Как-то не очень уверенно ты это говоришь, — сказал Логан, ласково приподнимая ее подбородок пальцами. — Могут и отказать, так?

Элида оторвала голову от его груди и подняла глаза, в которых мешались воедино боль и раздражение.

— Пожалуйста, не надо об этом! — с отчаянием сказала она, боясь даже думать о том, что будет делать при таком исходе.

Логан ободряюще улыбнулся.

— Будем думать о хорошем, — один за другим целуя ее пальчики, сказал он.

Элида, дрожа всем телом, приложила ладонь к его щеке.

— Мне тебя так не хватало, Логан, — пробормотала она, первым попавшимся под руку полотенцем утирая ему лицо.

Она поцеловала его в губы и прильнула поближе.

— Черт! — пробормотал Логан, отпрянув и протирая глаза. — Мыло попало в глаза. Знаешь что? Я сварил кофе. Выпей, согрейся, пока я закончу мыться.

Бурча что-то себе под нос, Логан залез обратно под водяные струи, а Элида, широко открыв глаза, смотрела ему вслед. Было в этом будничном молчании что-то прочное и теплое — истинно семейное.

Все еще улыбаясь, Элида вышла на кухню. Слово «кофе» магически подействовало на нее. Рассеянно листая газету, она с наслаждением выпила две чашки, когда в дверях появился Логан.

— Я уж начала беспокоиться, не заснул ли ты в ванной, — шутливо сказала Элида.

— Зря надеялась, — парировал Логан.

Он подошел к ней и поцеловал так, как она могла только мечтать — страстно, порывисто, властно.

— У меня к тебе поручение от матери, — сказал он, заново наливая две чашки. Потом поставил кофейник на плиту и сел, подвинув стул к ней. — Она хотела бы видеть тебя в своем доме на Рождество. Там соберется все наше семейство.

Словно тень пробежала по липу Элиды… А впрочем, возможно, это ему только показалось.

Элида помолчала, потом широко улыбнулась.

— Если тебе это приятно, я обязательно приду, — сказала она в ответ.

Отвернувшись к окну, она украдкой смахнула со щеки слезу. Она все еще не могла привыкнуть к тому, что жизнь для нее начинается сначала.

— Вот и прекрасно! — воскликнул Логан и вскочил на ноги так быстро, что опрокинул стул.

Не обращая на это внимания, он подхватил Элиду на руки и закружил по кухне. У него словно камень свалился с плеч. Во-первых, он сможет сообщить матери, что Элида приняла ее приглашение, а во-вторых…

У Элиды забурчало в животе. Она чуть смутилась, зато Логан развеселился еще больше.

— Какой же я дубина, однако, — сказал он вдруг, хлопнув себя по лбу, опустил ее на пол и виновато пояснил: — Ты чуть свет на ногах, а я кормлю тебя баснями. Садись, — сказал он властно и провел ее к стулу. — Хочу доказать тебе, что на кухне я так же хорош, как и в постели.

— Какой ты добрый, Логан Теннер, — покачала головой Элида, глядя, как он достает из посудного шкафа чугунную кастрюльку с длинной ручкой. — Не мужчина, а клад!

— Просто я люблю тебя, — резонно заметил Логан, посмотрел на нее и встал перед Элидой на одно колено, прижав ее руку к своей груди. — Ты слышишь, как бьется мое сердце? Ради тебя оно готово снести все, и даже больше того!

— Я доставляю тебе много хлопот? — с мягким сочувствием спросила Элида.

— Ты лишила меня спокойствия в этой жизни! — патетически воскликнул Логан.

Элида мысленно вспомнила все месяцы, прошедшие со времени их первой встречи, и подумала, что жизнь Логана из-за нее и в самом деле пошла вверх тормашками.

— Я с первой нашей встречи только и делала, что мешала тебе спокойно жить! — сказала она с изумлением ребенка, обнаружившего, что солнце каждый день всходит и заходит.

— Именно, — важно кивнул Логан. — Я потерял покой в ту минуту, когда впервые увидел напротив себя эти прекрасные карие глаза. И ты, воспользовавшись моим замешательством, заставила меня принять тебя на работу.

— Маленькая поправочка, — подняла указательный палец Элида. — Ты тогда не желал иметь дело с женским полом вообще, а не со мной конкретно.