Генриетта Рейд - Опасная соперница

Я поежилась, вспомнив ужас, пережитый в тот день, когда спасала Мелинду. Я понимала, что в тот ветреный день было невозможно спасти пьяного, не умеющего плавать мужчину.

— Беда в том, что Гарт ничего не стал объяснять, — продолжал Пол. — Иногда мне кажется, это было ложное благородство с его стороны. Он хотел, чтобы Гайлза помнили таким, каким он был до отъезда Дианы, — галантным и добрым. Если бы Юнис знала всю историю, то вряд ли стала бы клеветать на Гарта. Но я не посмел ей ничего рассказать. Если бы я это сделал, Гарт бы меня живьем съел.

Рассказ Пола рассеял все мои сомнения. Теперь я могла любить Гарта, даже если эта любовь была лишена надежды на взаимность. Хмельная от радости, я открыла дверь своей комнаты и ахнула. На постели лежало самое красивое платье, какое я когда-либо видела, из сиреневого и серебристого шелка. Рядом с ним лежал высокий белый парик, украшенный круглым венком из настоящих бриллиантов, которые венчало высокое перо. Это была настоящая копия платья Марии-Антуанетты. Она появилась в нем на открытии Генеральных Штатов, когда Людовик XVI созвал представителей всех сословий Франции для обсуждения судьбы страны.

Дрожащими пальцами я приложила платье к себе. Похоже, оно идеально мне подходит. Но кто мог сделать мне такой подарок? В голове мелькнула безумная мысль об Эмиле и Мелинде, которые хотели отдать мне содержимое своих копилок. Потом я подумала об Арманелл. Возможно, она решила сделать мне этот королевский подарок, чтобы поразить Гарта своей щедростью? Гарт? Стоило мне вспомнить о нем, как я увидела приколотую к рукаву крошечную карточку. «Если платье вам подходит, наденьте его на бал. Прошу прощения за то, что не сообщил раньше об изменении планов и вам пришлось потратиться зря. Гарт Ситон».

Мои щеки загорелись от гнева. Как он посмел? Неужели он думает, что я приму его дар и брошусь к нему в объятия, как и другие гувернантки Треджиллиса?

Я кинулась вниз по лестнице. Небрежно постучав, я распахнула дверь и ворвалась в кабинет. Гарт сидел за столом, перед ним лежала большая бухгалтерская книга.

Он отложил ручку и посмотрел на меня с любопытством. Я стояла с разгоревшимися щеками, тяжело дыша от волнения.

— Что вы имели в виду, подарив мне этот дорогой костюм? — наконец выпалила я. — Он же стоит целое состояние!

— Цена костюма не имеет значения, — холодно ответил Гарт. — Имеет значение только то, что я настоял на вашем появлении на балу и вам пришлось купить дорогое платье, которое вы теперь не будете носить. Ясно, что при вашей работе вряд ли найдется много случаев надеть платье, в котором я вас видел на днях. Оно было довольно изысканным.

— Как вы смеете! Что вы знаете о моей жизни?

— Верно, но я полагаюсь на разум. Вы гувернантка и довольно ограничены в средствах, как бы ни была достойна ваша зарплата.

Он намекнул, что платит мне больше, чем положено, и меня охватила злость.

— Я не приму это платье, — заявила я.

— Почему? Я сожалею, что приказал вам появиться на балу. По моей вине вам пришлось истратить все сбережения на бесполезное платье. Исходя из здравого смысла, вы должны принять этот костюм.

— Вы признаете, что не должны были настаивать, — повторила я, наслаждаясь этой маленькой победой. — И теперь хотите достойно выйти из неприятной ситуации, компенсировав мне растрату новым нарядом!

— Я поступил неправильно и пытаюсь все изменить, — ответил довольно неуверенно Гарт.

Так, значит, он просто хотел успокоить свою уязвленную гордость, в гневе подумала я. Он пожалел, что служанка пустилась в расходы, которые были ей не по карману. Этот костюм заглаживал обиду и позволял ему снять все дальнейшие обязательства по отношению ко мне. Но у меня тоже есть гордость.

— Я не могу принять такой подарок от незнакомого человека, — холодно заметила я.

— Незнакомого? Но мне кажется, что за те недели, что вы были тут, мы успели познакомиться. Правда, мы с вами постоянно ссоримся, но это уже не моя вина.

— Не смейте утверждать, что я провоцирую ссоры, — огрызнулась я.

— Но так и есть. Мы постоянно на ножах, потому что вы не желаете мириться с моими слабостями.

— Хотите сказать, я не льщу вам, как… — Я чуть не сказала, как Арманелл, но вместо этого закончила: — Как некоторые?

— Мне кажется, что в этом доме мне никто не льстит. Никто не желает считаться с моим мнением. Если бы вы приняли платье и выручили меня из неловкого положения, это было бы очень мило с вашей стороны.

Я беспомощно смотрела на него, у меня не оставалось сил дальше с ним спорить.

— Если вы слишком горды, чтобы принять этот костюм в качестве замены, то примите его в знак благодарности за все, что вы сделали. Мелинда очень изменилась. Не знаю, как вам это удалось, но я преклоняюсь перед вашим волшебным подходом к ребенку. Хорошая гувернантка стоит намного дороже, чем ее зарплата. Я вам очень признателен, Джудит, можете мне верить.

Я ощутила теплоту внутри. Поддавшись неведомому порыву, я решила раскрыть свои карты и, переведя дух, выпалила:

— Я не гувернантка. Я приехала сюда под ложным предлогом.

Гарт подался вперед и посмотрел на меня взглядом, не сулившим ничего хорошего.

— Я достаточно обеспечена и могла бы позволить себе любой костюм для бала, и…

— Значит, вы меня обманули, — грубо прервал он. — Все ваши квалификации были ложью.

— Нет, все в том письме было верно. Я действительно изучала языки.

Выражение его лица несколько смягчилось.

— Тогда не понимаю, в чем обман. Не мое дело копаться в вашей личной жизни и в том, можете ли вы позволить себе бальное платье или нет. Прошу извинить меня за то, что обращался с вами так, словно у вас нет денег, но, как уже говорил, я полагался на очевидное. Конечно, непонятно, почему надо браться за столь неблагодарную работу, но, я думаю, и это не мое дело.

Он помолчал, а потом ледяным тоном добавил:

— Если только у вас не было особого мотива. Похоже, рассказать ему правду будет намного труднее, чем я ожидала.

— Возможно, вы все поймете, если я скажу, что Диана Ситон была моей подругой и оставила мне наследство.

В маленьком кабинете воцарилось молчание.

— Да, в вас было что-то необычное, — наконец сказал Гарт. — Вы не были похожи на других. Но каков ваш мотив? Я все еще не понимаю.

— Мы с Дианой были очень близки, — замялась я. — Она очень переживала из-за смерти отца и…

— Не стоит продолжать, — тихо произнес Гарт. — Значит, поэтому я обнаружил вас той ночью в библиотеке, бесстыдно читающей мои личные письма, — с презрением продолжал он, — и рыскающей по дому.