Временная жена для мажора - Тина Дорофеева

что жестковато получилось, хотя старался помягче говорить. И сейчас приперся сюда с чувством, что необходимо извиниться хотя бы.

Это не в моем характере. Я редко извиняюсь.

Но сейчас не хочу, чтобы именно Лера как-то обижалась или считала меня тираном, который диктует ей, как жить.

Да вообще, не хочу, чтобы между нами происходили вот такие стычки. Мне больше нравится, когда Лера нежная и спокойная.

Так, стоп! Мне нравится? У нас две недели осталось! Какой, нафиг, нравится, мужик?!

Настроение скатывается, но я стараюсь не показывать этого Золушке. Ей незачем видеть, что мои мысли сейчас находятся в диком хаосе. И я сам не могу разобраться, чего же хочу от этого брака, мать его.

Вот не понимаю, что у меня сейчас внутри. Комфортно, да. Хорошо, когда Лера рядом. Ну а дальше что?

– Извини, что вчера у нас произошло недопонимание, – все же решаю отключиться от своих думок.

Не время, да и желания нет ковыряться в себе. Хочу жить здесь и сейчас, а решим потом все по ходу.

Две недели. Не так уж и мало!

Лера пожимает плечами, и снова белая пыль поднимается вокруг нас. Недовольно ворчу.

– Ты можешь лишний раз не шевелиться, жена? Видишь, я стараюсь тут не зачихать тебя, а мне это дается очень сложно, между прочим.

Лера закусывает губу, на которой я сразу залипаю. Внутри просыпается ненормальное желание заменить ее зубы своими.

– Прости, я не специально, – отводит глаза, сжимая губы и стараясь не заржать в очередной раз.

Представляю, как мы со стороны выглядим.

– А может, ну ее, мою днюху у родителей? Устроим маскарад, – киваю на себя, – у нас вон и костюмы готовы.

Лера смеется.

– Макс, хватит меня смешить.

Поворачиваю ее лицо за подбородок и всматриваюсь в искрящиеся глазки.

Красивая, черт. Очень красивая. И такая искренняя.

– Почему? – понижаю голос, приближаюсь к ней так, что теперь мы дышим одни воздухом. – Мне нравится, когда ты в хорошем настроении.

Ее щеки краснеют. Это видно даже сквозь плотный слой муки на ее личике. И это меня заводит. Эта невинность и наивность сводят с ума.

Я давно таких чувствительных девчонок не встречал. Моя жена – находка для парня.

Можно кайфовать, просто наблюдая за ее эмоциями. И пить их как нектар.

– Макс…

Мое имя, произнесенное хрипловатым шепотом, рвет всю сдержанность на куски.

Интересно, а она такая же искренняя, когда ее целуют? Не наигранно, как на той свадьбе с родственниками. А просто целуют… потому что хотят поцеловать.

Желание проверить вгрызается в меня. Не отпускает.

– Блин, кажется, дата рождения и дата смерти у меня может стать одинаковой.

Лера хмурится.

– Тебе нехорошо? – На лице вспыхивает волнение. – Макс.

– Мне отлично, – делаю рывок к ней и заполучаю ее губы.

Да! Еще мягче, чем я предполагал. И горячее.

Лера сначала возмущенно взвизгивает. Ударяет мне в грудь. Но я теперь не отпущу. Быстро понимает, что сопротивляться мне бесполезно, и неуверенно отвечает, впиваясь ногтями в мою обнаженную грудь. Разгоняет своим ответом кровь в венах.

Разум отрубается, и в игру вступают инстинкты. Прижать, углубить поцелуй, пробежаться языком по губам.

Обхватываю ее за бедра и усаживаю на стол. Лера обхватывает меня за талию стройными ножками и зарывается в волосы.

А я готов мурчать, как кот, которого погладили. И просить не останавливаться. Еще и еще.

Мало! Мне мало.

Впиваюсь пальцами в нежную кожу на бедрах. В башке начинается карусель из мыслей.

Держусь из последних сил, чтобы не закинуть ее на плечо и не утащить к себе в пещеру. Напугаю. Потом разгребать мне же и придется.

Провожу губами по ее шее, и весь момент портит долбаная мука, которая прилипает к губам.

– Твою мать, – сплевываю в сторону, – поцелуй со вкусом муки у меня впервые.

Лера подрагивает в моих руках, которые я все никак не могу отлепить от нее.

Первая мысль, что она рыдает. И меня накрывает какая-то неведомая паника…

Глава 20

Лера

Терплю, чтобы не рассмеяться, после комментария Макса про вкус поцелуя. Он поднимает на меня испуганный взгляд, пока я изо всех сил сжимаю губы.

Мне кажется, стоит мне сейчас рассмеяться, я все испорчу и оскорблю Макса.

– Ты ржешь, что ли? – прищуривается и стискивает пальцами мою талию.

– Прости, – прикрываю руками лицо, – извини, я не хотела.

А у самой из глаз брызгают слезы. Давно не было так смешно и неловко из-за случившегося.

Макс притискивает меня к себе. Хотя, казалось бы, ближе уже некуда. Я стараюсь отстраниться, но стенка мешает.

– Что не хотела? – Голос Макса звучит немного устрашающе.

Отдирает мои руки от лица, и я сталкиваюсь с его подозрительным взглядом.

– Я не хотела смеяться над твоей репликой, Макс. Но, черт, это смешно.

Он вопросительно выгибает бровь.

– Поцелуй со вкусом муки? – уточняет, а я только киваю в ответ. – Ну если так и получилось.

– Очень романтично, ага, – кривлюсь.

Макс продолжает стоять между моими бедрами, а до меня постепенно доходит, что мы только что сделали.

Мы целовались. По-настоящему. Не напоказ, а потому что кто-то из нас захотел этого и сделал первый шаг.

Щеки тут же вспыхивают.

– Эй, чего это ты краснеешь, Золушка? – Макс подцепляет меня за подбородок.

Заставляет смотреть себе в глаза.

– Не отводи взгляд, Лер. Чего ты краснеешь?

Если бы я знала ответ. Я не ожидала, что мы придем к такому в это утро.

– Не знаю. Просто, не ожидала, что утро вот так пройдет.

Макс облизывает губы и кривится.

– Тебе противно? Мне извиниться?

Округляю глаза.

– За что?

Макс пожимает плечами.

– За то, что сорвал поцелуй и не спросил у тебя. Хотя, – он хитро ухмыляется, – я ни о чем не жалею.

Переходит на шепот, и это снова на меня действует. Внутри все обдает жаром, а я невольно ерзаю по столешнице.

– Я до сих пор жив. Я узнал, каково это – целовать свою жену. И у меня день рождения, в конце концов. Считай это подарком.

Он не торопится отходить от меня. Наоборот, кажется, что делает шажок ко мне и прижимается еще крепче. Моя футболка слегка задирается и оголяет участок живота. Наши тела соприкасаются, и его кожа задевает мою.

От этого контакта мысли слегка ведет не в ту сторону.

– Значит, я могу оставить твой настоящий подарок себе?

В глазах Макса, как у маленького мальчика, вспыхивает интерес.

– А что ты мне подаришь?

– Ну нет уж, – отталкиваю его и сползаю со стола, – ты уже свой подарок получил. Сам сказал. Значит, оставлю все же себе.

Собираюсь пройти мимо, но Макс сгребает меня в охапку и прижимается ко мне со спины, зарываясь в волосы.

– Куда собралась?

– Отмываться, – отряхиваю майку, – или ты предпочитаешь, чтобы я оставалась в таком виде?

Макс фыркает. Подталкивает меня к выходу.

– Ну мы же дома, не вижу ничего криминального, чтобы ходить, как вздумается.

Закатываю глаза.

– А теперь представь, если эта вся мука прилипнет к телу и при соприкосновении с водой все это превратится в подобие теста.

Муженек передергивается.

– Что-то такое себе.

– Вот именно, так что ты как хочешь, а