Лаура Дэниелз - Пленительная явь

Лора накрыла сотейник крышкой.

— Неужели у тебя не нашлось времени для ланча?

Кристофер развел руками.

— Увы! Зато я заключил чертовски выгодную сделку.

Лора посмотрела в его улыбающееся лицо. Глаза Кристофера сияли, в волосах поблескивали дождевые капли, и казалось, что он источает запах свежести и озона.

Какой он красивый! — пронеслось в мозгу Лоры.

Должно быть, эта мысль отразилась в ее глазах, потому что взгляд Кристофера тоже несколько переменился. Лоре почудилось, что именно сейчас он скажет что-то важное, однако он лишь едва заметно улыбнулся. Но эта улыбка была наполнена такой чувственностью, что Лору бросило в жар.

— Я… э-э… накрою на стол через пять минут. Где ты будешь есть, здесь или в столовой?

— B столовой, — произнес Кристофер, в свою очередь скользя искрящимся взглядом по ее лицу.

Лора мимоходом отметила появление в его голосе волнующих бархатистых ноток. Ох этот голос! Он всегда действует на нее завораживающе.

— Хорошо, — сдержанно ответила она, опустив ресницы. — Значит, там и накрою.

— И мы вместе поужинаем, — добавил Кристофер. — При свечах.

Лора вскинула взгляд. Кристофер смотрел на нее пристально, но спокойно. В его глазах застыла решимость.

Когда Лора поняла значение этого взгляда — а для этого ей потребовалась всего доля секунды, — ее тут же объял чувственный трепет. Тем не менее глаз она не отвела.

— Не рановато ли для свечей? — Лоре почудилось, что это произнес кто-то другой — настолько незнакомым показался ей собственный голос. Разумеется, ее и прежде не раз охватывало пламя страсти, но никогда оно не было таким обжигающим и… внезапным.

Кристофер медленно покачал головой.

— Смотри как пасмурно — будто глубокий вечер. И сыро. Пожалуй, я зажгу камин.

— Тогда… — Едва начав говорить, Лора запнулась. У нее вылетела из головы фраза, которую она собиралась произнести, потому что выражение глаз Кристофера изменилось еще больше. Вероятно, от его внимания не укрылось, что голос Лоры внезапно окрасился волнующей хрипотцой, и это вызвало в нем ответную реакцию. Глаза Кристофера будто полыхнули пламенем, которое казалось темным из-за расширившихся зрачков.

В следующую минуту его говорящий взгляд переместился на губы Лоры, и только тогда она осознала, что машинально проводит по ним языком.

Ох, что я делаю! — мелькнуло в ее голове. Нельзя же так откровенно…

Кристофер шагнул вперед.

— Тогда я… — попыталась Лора продолжить начатую фразу. Собственный лепет удивил ее. Никогда она не испытывала рядом с мужчиной подобной беспомощности. Это ощущение было странным, но одновременно приятным, потому что заставляло остро чувствовать себя женщиной. — Я…

Кристофер сделал еще один шаг и взял лицо Лоры в ладони. Их взгляды схлестнулись — ее, слегка растерянный из-за осознания того, что она больше не контролирует игру, и его, уверенный, сияющий.

Затем он медленно наклонился и почти невесомо коснулся своими губами губ Лоры.

Ее глаза закрылись сами собой. Словно окутанная маревом изысканных ощущений, она на миг замерла, не осознавая ничего, кроме этого волшебного прикосновения…

К сожалению, оно оказалось очень коротким. Кристофер лишь раздразнил Лору и тут же отстранился — будто удостоверился, что она готова включиться в некий процесс, начатый в день первого появления ее в этом доме.

— Что ты хотела сказать? — спросил он подчеркнуто деловито. Но в глазах его плясали чертики.

Лора встрепенулась, разгоняя чувственный туман.

— Э-э… я накрою стол белой скатертью. В честь удачной сделки.

Кристофер кивнул.

— Замечательная мысль. Отпразднуем этот день. Откупорим бутылку вина… Красного или белого? Какое блюдо ты приготовила на этот раз?

Вопрос окончательно вернул Лору к реальности.

— Бараньи отбивные с рябиновым желе.

В глазах Кристофера промелькнуло удивление.

— О, наверное, что-то особенное!

Лора улыбнулась.

— Надеюсь, тебе понравится. Так я иду в столовую?

— Да, — кивнул Кристофер.

Однако, когда Лора шагнула вперед, он не двинулся с места, и она, не ожидая подобного подвоха, по инерции налетела на него. Кристофер немедленно заключил ее в объятия.

— Что ты дела… — воскликнула Лора, однако была прервана на полуслове новым поцелуем.

На этот раз он был совершенно иным — властным, нетерпеливым. В некотором смысле неожиданно для себя Лора обнаружила, что с жадностью отвечает на него. Ее грудь упруго прижималась к мускулистому — это ощущалось даже через пиджак — торсу Кристофера. К тому же оба соприкасались бедрами. А языки их будто вступили в схватку — дикую, безудержную, первобытную…

Наконец, собрав остатки здравого смысла и сделав над собой усилие, Лора отстранилась. Тяжело дыша, она несколько мгновений смотрела на Кристофера, потом сдавленно произнесла:

— Ты мешаешь мне выполнять мои обязанности.

Кристофер тоже никак не мог отдышаться.

— Да? Что ж, прошу прощения! С другой стороны, на правах твоего работодателя я могу изменить условия договора.

— Только в рамках действующего законодательства, — усмехнулась Лора.

Он окинул ее лукавым взглядом.

— Ты настаиваешь на этом?

В ответ Лора вновь усмехнулась, на сей раз загадочно. Затем молча обогнула Кристофера, вышла в коридор и направилась в столовую.

Они действительно ужинали при свечах. Кроме того, как и собирался, Кристофер зажег большой, едва ли не в человеческий рост камин.

Белая льняная скатерть и возвышающиеся по обоим концам стола бронзовые подсвечники, а также посуда тонкого фарфора и серебряные столовые приборы создавали ощущение праздника. В немалой степени этому способствовали витающие над столом вкусные запахи.

Кроме того, совершенно особую атмосферу создавала бушующая за стенами дома буря. Объявленное с утра по радио штормовое предупреждение полностью оправдалось. За то время, пока Лора накрывала на стол, дождь последовательно превратился в ливень, а затем в шквал. Пришлось закрыть форточки, чтобы ветром не забивало дождевую воду между стекол. Позже идея зажечь свечи оказалась своего рода предвидением, потому что, пару раз мигнув, свет погас. Вероятно, где-то были повреждены линии электропередачи.

— Как вовремя я приехал домой! — заметил Кристофер, глядя в окно. Его лицо озарялось слабо колышущимся пламенем свечей, язычки которого особенно отчетливо отражались в глазах.

Лора сидела напротив, на другой стороне стола, и по ее лицу тоже скользили тени.

Любому, кто очутился бы здесь сейчас, окружающая обстановка наверняка показалась бы если не странной, то во всяком случае необычной. И дело было не только в свечах, зажженном камине и разыгравшейся за окнами стихии. Сама столовая была оформлена таким образом, что у неподготовленного человека поневоле возникало удивление.