Гвендолин Кэссиди - Захочу – полюблю!

Хуана вновь рассмеялась.

— С подругой? Ну конечно, чушь! Ох, Элеонор, ну ты и стерва, да простит меня Господь! Теперь-то я догадываюсь, в чем дело!

Не понимая причины столь эмоциональных восклицаний подруги, Мишель сердито потребовала:

— Может, мне наконец кто-нибудь объяснит, что это все значит?

— Не пройдет и пяти минут, как ты убедишься в том, насколько безосновательны все твои страхи, — пообещала Хуана. — Подумать только, какой фокус выкинула твоя родная сестричка!

Мишель нетерпеливо повела плечами.

— Похоже, мне придется ждать не пять, а пятьдесят пять минут.

— Нет-нет, я уже рассказываю, — уверила Хуана. — Так вот, Дэмьен действительно предлагал Элеонор выйти за него замуж. Но твоя сестра…

Не докончив фразы, Хуана вдруг побледнела, охнула и, выронив нож и вилку, схватилась обеими руками за живот. Столовые приборы со звяканьем упали на пол.

— Что случилось? — встревожено спросила Мишель, отодвигая свою тарелку и с беспокойством вглядываясь в изменившееся лицо подруги.

Попытавшись улыбнуться, Хуана ответила:

— Ничего страшного… Кажется, мой малыш решил… что ему пора появляться на свет.

— Но ведь еще рано! О, Хуана, неужели это все из-за меня? Мне не следовало разговаривать о подобных вещах, зная, что ты в положении!

— Нет, Мишель, дорогая, ты тут ни при чем. Я еще с утра почувствовала слабые схватки, однако не обратила на них внимания.

— Надо немедленно вызвать «скорую помощь»! — Мишель вскочила. — Потерпи, пожалуйста, я мигом.

Не теряя ни секунды драгоценного времени, молодая женщина позвонила в больницу. «Скорая» подъехала буквально через десять минут, и Мишель вызвалась сопровождать подругу. Она чувствовала, что просто не может оставить Хуану, пока не убедится, что с ней все в порядке.

— Позвони Мигелю, пожалуйста, — попросила Хуана, когда ее увозили в родильную палату. Протянув сумочку Мишель, она сказала: — Отыщи там записную книжку. На первой странице — рабочий телефон мужа. И спасибо тебе за все!

— Не волнуйся, Хуана, я сделаю все так, как ты просила, — произнесла Мишель. — Все будет хорошо!

Отыскав ближайший телефонный аппарат, она позвонила Мигелю и сообщила радостную весть. К несчастью, сеньор Перес должен был присутствовать на очень важном совещании. Но он сказал, что примчится в больницу сразу же, как только освободится, и попросил Мишель позаботиться о его жене.

Роды продолжались несколько часов. Все это время Мишель провела в комнате ожидания. Она нашла там несколько старых журналов, но так и не смогла сосредоточиться ни на одном из них, переживая за Хуану и ее ребенка.

Через полчаса после звонка Мишель примчался Мигель. Он так волновался за жену, что на свой страх и риск перенес совещание на другое время. Интересно, невольно подумала Мишель, а пошел бы Дэмьен на такую жертву, если на месте Хуаны оказалась я?

Наконец вышел врач. Улыбаясь, он поздравил Мигеля с рождением дочери. Хотя девочка оказалось недоношенной, и она, и мать чувствовали себя прекрасно.

Было уже довольно поздно, когда Мишель наконец попала домой.

— Где ты пропадала? — обрушился на жену Дэмьен, едва та переступила порог.

— В больнице, — ответила Мишель, которой не терпелось поделиться новостью с мужем. — Мы с Хуаной Перес были в кафе, когда у нее вдруг начались схватки. Роды прошли благополучно, хотя и оказались преждевременными. И мать, и дитя чувствуют себя превосходно.

— Надо будет не забыть поздравить Мигеля, — пробормотал Дэмьен. — А кто родился?

— Девочка. Правда, я ее еще не видела, но врачи уверяют, что прехорошенькая. — Мишель мечтательно вздохнула. Как было бы хорошо, если бы у них с Дэмьеном тоже был ребенок! — Завтра после работы я заеду навестить Хуану с дочкой. Передать им от тебя привет?

— Как угодно, — сухо произнес Дэмьен. — Похоже, вы с Хуаной отлично спелись.

— Подружились, — мягко поправила Мишель. — Да, у нас оказалось много общего.

Дэмьен холодно заметил:

— Больше, чем с собственным мужем. Иногда мне кажется, что ты охотнее проводишь время с ней, чем со мной.

— Неправда! — горячо возразила Мишель. — Но ты целыми днями пропадаешь на работе, а мне нужно хоть с кем-то поговорить.

— И о чем же можно болтать целыми днями?

Мишель задумалась.

— Да так, о разном. О работе, о знакомых, о мужьях… Да мало ли о чем разговаривают женщины!

Дэмьен нахмурился.

— Так, значит, ты уже сплетничаешь обо мне с кем попало? Отлично!

Какая муха его сегодня укусила, удивилась Мишель. Ее собственное хорошее настроение, вызванное благополучными родами Хуаны, никак не вязалось с угрюмой озлобленностью Дэмьена.

— Во-первых, я не сплетничаю, а разговариваю, — попыталась втолковать мужу Мишель. — А во-вторых, не с кем попало, а с моей лучшей подругой. Кстати, она очень хорошего о тебе мнения.

— Ну и что?

Мишель начала постепенно раздражаться.

— А то, что ты этого вовсе не заслуживаешь, бессердечный, грубый тип!

— Пусть так. Однако тебя тоже не назовешь образцом добродетели.

— По крайней мере, я всегда забочусь о близких и друзьях, — отрезала Мишель.

Дэмьен саркастически приподнял бровь.

— Да? А кто сегодня вернулся домой в десять вечера, даже не удосужившись позвонить и предупредить о том, что задерживается? Неужели тебе ни на минуту не пришло в голову, что я буду волноваться?

Мишель смутилась. Она вдруг почувствовала себя бесконечно виноватой.

— Прости, я не хотела. Мне так жаль… — Мишель робко дотронулась до руки мужа. — Ты в самом деле беспокоился за меня?

Дэмьен резко отдернул руку.

— Теперь это не имеет никакого значения. Я уже давно заметил, что любая дворняжка волнует тебя больше, чем собственный муж.

От столь несправедливого обвинения на глазах Мишель выступили слезы.

— Неправда! Ты для меня дороже всех на свете, потому что. — Теперь или никогда, подстегнула себя молодая женщина. — Потому что я тебя люблю!

Выпалив это признание, Мишель со страхом и надеждой смотрела на мужа. Как она надеялась, что он сейчас широко улыбнется, шагнет вперед, протянет к ней руки и воскликнет: «Я тоже люблю тебя, глупышка!»

Однако ничего подобного не случилось. Напротив, Дэмьен отступил назад и, скрестив руки на груди, язвительно произнес:

— Неужели? Это что, еще одна твоя маленькая невинная ложь?

— Нет! Я действительно люблю тебя, Дэмьен. Я еще ни разу не лгала тебе!

— «Я еще ни разу не лгала тебе», — насмешливо передразнил он. — Не вешай мне лапшу на уши, дорогая! Или тебе напомнить, как ты более двух месяцев водила меня за нос, ни словом не заикнувшись о том, что нашла работу?