Карен Хокинс - Ничего не обещай

Мама, кажется, была членом всех комитетов, какие только существовали в Глори. Неудивительно, что у нее случился сердечный приступ. Скоро и он, вероятно, сляжет от бесконечной беготни и ношения тяжестей.

Дверь открылась, и на крыльцо вышла Рокси.

Марк окинул ее придирчивым взглядом:

— Отчего-то мне кажется, что в церковь ты ехать не собираешься.

На ней был ярко-желтый короткий топ, который заканчивался как раз под грудью, короткая джинсовая юбка выразительно открывала стройные загорелые ноги. Блестящие босоножки, судя по высоте шпильки, не предназначались для ходьбы, а стоять на них было вообще опасно.

— Если я войду в этом в церковь, то, наверное, крыша рухнет. И если крыша на меня не упадет, то меня пристукнет кто-нибудь из прихожан. Эти мужчины из Клуба одиноких сердец настоящие террористы.

Марк засмеялся:

— Я это слышал. Но есть и хорошие новости. Скоро должен приехать новый пастор, а дамы из Женского клуба говорят, что он душка.

— Они и о тебе так говорят.

Марк улыбнулся еще шире:

— Я знаю.

— Миссис Нейборс назвала тебя самым очаровательным существом из всех, что доводилось видеть ей и ее дочерям.

Марк опустил кисть на газету и вытер футболкой лоб.

— Я красив, обаятелен и могу нести много коробок. Как меня не любить после этого?

Рокси улыбнулась в ответ и, покачиваясь на шпильках, стала спускаться к машине.

— Так куда ты едешь?

— В город. — Она ухмыльнулась, взглянув на него через плечо, и, вытащив очки из громадной голубой сумки, нацепила их на нос. — Я уже выполнила обязательную программу. Клуб загадочных убийств занимается составлением списка лиц, за которыми следует установить слежку.

— Слежку?

— Да. Они собираются расследовать настоящее убийство. — Рокси нахмурилась. — Ну, может, это и не убийство, но смерть действительно загадочная. Смерть Дойла Клойда.

— Куда ты направляешься?

— В город. Танди попросила меня купить в «Микки и Моди» ореховый пирог на ужин.

Марк кивнул:

— Ладно, только… — Он увидел вспышку раздражения в глазах Рокси и сменил заготовленное «будь осторожна», на «привези мне из «Микки и Моди» кофе латте».

— Кофе латте в «Микки и Моди»? Ты не шутишь?

— Дочка Микки, Конни, существенно разнообразила меню. Она работала поваром в Нью-Йорке и вчера дала мне попробовать свой латте, Ммм… пальчики оближешь!

— До скорой встречи. — Машина уже катилась под горку вниз.

Вздохнув, Марк вернулся на крыльцо и стал убирать за собой. Он отодрал приклеенную скотчем газету, которая защищала ступеньки от брызг краски. Затем собрал инструменты и направился в гараж. Хорошо, что он попросил сестру привезти кофе, — теперь она не могла задержаться надолго, иначе кофе остынет.

Марк усмехнулся, убирал банку с краской на полку и пошел ополоснуть кисть в раковине. Сегодня с Рокси ничего плохого не случится. А о том, как дальше быть, он подумает завтра.

Рокси заехала на заправку. Две древние колонки стояли перед входом в лавку, и на большом пластиковом контейнере между ними красовалась выцветшая реклама, призывавшая покупать вяленую говядину, — «Лучшее мясо для настоящих мужчин». Над слоганом красовался столь же выцветший портрет улыбающегося красавца. Какой-то местный шутник залепил ему глаз комом жвачки.

— Добро пожаловать в Глори, — пробурчала себе под нос Рокси, сняла колпачок с горловины бензобака и повернулась к насосу. В этот момент ветер зашелестел листом бумаги, скотчем наклеенным кем-то на колонку.

«Сперва платить — потом заливать», — гласило объявление, и ниже руководство. Кто-то, возможно, тот же самый шутник, замарал подпись и вместо нее написал большими буквами «САТАНА».

Рокси захихикала, повесила заправочный пистолет на место и направилась в лавку. Там, внутри, ее обдало благословенным потоком прохладного воздуха.

Рокси ошеломил ассортимент — она помнила эту полупустую лавку своего детства. Ее и тогда удивляло, как мистер Рикерс умудряется сводить концы с концами и кормить себя и свою семью.

Она медленно покружилась на месте, ища иные изменения, и взгляд ее упал на стенд с мороженым. Она взяла две пинты ванильного мороженого, потом увидела итальянские кремовые пирожные. Можно и их захватить. Она уже собрала покупки в охапку, когда за спиной вдруг раздался знакомый голос:

— Рокси! А я все думала, когда же мы с тобой пересечемся!

Рокси обернулась и увидела перед собой высокую рыжеволосую женщину с бледной кожей, голубыми глазами и невероятно высокими скулами, которая держала две коробки шоколадного печенья.

— Сьюзен! — Рокси переложила мороженое и пирожные так, чтобы их удобнее было нести. — Не видела тебя с тех пор, как… Словом, целую вечность!

— Мы в последний раз виделись в школе. На самом деле тогда мы не разговаривали друг с другом из-за Брайана.

— Ну, — сказала Рокси, — этот приз оказался ловушкой. Тебе повезло: ты не застала своего мужа в постели с другим, да еще в розовом неглиже.

На мгновение на лице Сьюзен появилось удивленное выражение. Но, встретив ухмылку Рокси, она засмеялась:

— Ты изменилась.

— Надеюсь, — с жаром сказала Рокси. — Смею сказать, мы все изменились.

Сьюзен хохотнула:

— Нам остается лишь надеяться. — Она окинула Рокси пристальным взглядом и честно резюмировала: — Теперь я понимаю, чем так восхищается Ник.

— Ник? — Кажется, в ней вновь проснулась ревность. Сьюзен, похоже, умела читать мысли.

— Я работаю окружным диспетчером. Могу сказать, что Ника трудно чем-то прошибить. Я-то знаю своего босса.

Тон у Сьюзен был вполне непринужденным, и Рокси расслабилась.

— Так вы вместе работаете.

— Ага. — У Сьюзен в глазах появился озорной блеск. — С тех пор как ты вернулась в город, он места себе не находит. Никогда не видела его таким.

Сьюзен склонила голову набок.

— Никогда не представляла тебя блондинкой. А ведь неплохо получилось.

— Это я вошла в образ.

Сьюзен засмеялась:

— Рокси, я рада, что мы встретились.

— И я тоже. Хотя я многих в этом городе знаю, все равно чувствую себя уже немного чужой — долго меня не было.

— Везет тебе. — Сьюзен окинула Рокси долгим взглядом и, поставив коробку с печеньем на ближайшую полку, сказала вдруг: — Рокси, давай начнем все с чистого листа. Я была порядочной стервой в школе, а ты задирала нос…

— Неправда!

Сьюзен приподняла бровь:

— Неправда?

То выражение, с каким Сьюзен произнесла это слово, показалось Рокси смутно знакомым. Она не выдержала и рассмеялась: