Джилл Гарриетт - Любовная неразбериха

— Ну, может, вы сегодня что-нибудь расскажете? — с усмешкой спросил он. — Вчера вы были невменяемы.

— Попробовал бы сам, — чуть не поперхнулась от возмущения Алисия. — Мы так искренне выполняли твое задание, что говорить к вечеру не могли.

— Поэтому я и спрашиваю сегодня, — невозмутимо ответил Рауль. — Где были, что видели?

— Были везде, — гордо заявила Хилари. — И видели все достопримечательности. Во всяком случае, те, о которых пишут в путеводителях… — не смогла она не припомнить оценки ее работ. — Очень похоже.

— Что вы говорите? — поднял брови Рауль и оставил ее замечание без дальнейших комментариев.

— Метро здесь ужасное, — скривилась Алисия. — Очень глупо устроено.

— Думаю, парижане говорят о нашем метро то же самое, — пожал плечами Рауль.

— Очень много красивых людей, — продолжала делиться впечатлениями Алисия. — Особенно женщин. Только самые красивые не европейки.

— Да? — спросил Рауль, хотя и сам прекрасно это знал. — И кто же?

— Китаянки, японки, африканки, — задумчиво перечисляла Алисия. — А настоящие парижанки, они какие?

— Настоящие? — переспросил Рауль. — А ты как думаешь?

— Не поняла еще, — подняла свои чистые, почти прозрачные голубые глаза девочка. — Я потом скажу, ладно?

— Ладно, — улыбнулся Рауль, — мне интересно, как ты их определишь. Ты обладаешь чутьем.

Алисия от удовольствия покраснела и виновато посмотрела на сестру. Хилари, казалось, не слышала их. Она была в своих вчерашних ощущениях и вспоминала свой сон, который смешал реальность и фантазию. Хорошо бы поехать в какой-нибудь парк, поваляться на траве, посмотреть в небо…

— А сколько у вас осталось денег? — вдруг прервал ее мечты Рауль.

— Не знаю, — ответила Хилари и полезла в сумочку за кошельком.

Она выложила все бумажки и мелочь на стол и сосчитала их. Потом недоуменно посмотрела на Рауля.

— Не понимаю, куда они могли деться…

— Так сколько? — повторил он вопрос.

— Триста сорок три франка, — ответила она как ученица у доски.

— Так много? — усмехнулся он, и ей опять захотелось его задушить.

— Ты что, считаешь, что я их разбросала по улице?! — взвилась она. — Во-первых, я отдала деньги за гостиницу, потом мы купили проездные билеты в автобус, метро, мороженое, колу и гамбургеры… Что еще? Не помню, что еще, но все исключительно по делу. Я что, не могу себе это позволить?!

— Хилари, ты можешь все, — невозмутимо ответил он, не обращая внимания на ее страстный монолог, — если у тебя есть деньги.

— Но у меня есть деньги…

— Правда? Как ты думаешь, надолго тебе этого хватит?

Хилари закусила губу, она думала: он поймет, что в чужом городе невозможно экономить. Они не нищенки, можно снять деньги с кредитки…

— Не хмурься, Хилари, я придумываю, как быть, вот и все.

— Ну и как же, по-твоему, быть? — усмехнулась она. — У тебя есть предложение?

— А ты представь, что предпринимают люди, у которых кончились деньги. — Он говорил с ней так, будто ей лет десять.

— Думаю, что они их зарабатывают, — презрительно ответила она.

— Умница! — умилился он. — Следовательно…

— Ты что, предлагаешь нам работать? — не поверила своим ушам Хилари.

— Но ты же сама сказала, что это единственный способ, — удивился он. — Хотя я знаю еще много других способов добычи денег: грабеж, убийство, вымогательство, попрошайничество…

— Очень умно!

— Я тоже думаю, что самый достойный путь — это зарабатывать деньги, — притворно вздохнув, согласился Рауль.

— Не сходи с ума, — не выдержала Хилари. — Ты предлагаешь мне искать работу?

— А чем ты завтра будешь кормить сестру? — вдруг жестко и совершенно серьезно спросил он. — У тебя же нет денег!

Хилари открыла рот, чтобы возразить, но, подумав, закрыла его. Он опять взялся за испытания. Ладно. Она пообещала себе, что сумеет все выдержать.

— Что ты предлагаешь на самом деле? — теперь уже мирно спросила она.

— Думай, что ты можешь предложить этому городу, — сказал он и протянул руку за газетой.

Хилари посмотрела на сестру, но Алисия была поглощена созерцанием кошки, которая считала себя хозяйкой кафе и обходила в этот момент свои владения. Никто не хочет мне помочь, обиделась Хилари и принялась думать.

А что, собственно, она может предложить? Даже посудомойкой ее вряд ли возьмут. Кто поверит, что ухоженная дама с интеллигентным лицом и изысканными манерами согласится стоять над раковиной? Никто… Она ничего толком не умеет, кроме того, чем занималась всю сознательную жизнь, а именно работать в издательстве. Интересно, а что бы она делала, если бы ей действительно пришлось зарабатывать на кусок хлеба? Об этом Хилари никогда не задумывалась: в ее жизни все было предопределено с пеленок. Но ведь от сумы и тюрьмы…

Хилари впервые стало по-настоящему страшно. Это игра, она отдавала себе в этом отчет. В любой момент можно наплевать на условия и убежать. А если такое произойдет в самом деле? Она так же будет жалеть себя и уповать на чудо? Нет, надо что-то срочно придумать. Она умеет только одно — рисовать. Значит, надо продать это свое умение. Только как это сделать? В любую редакцию так быстро не возьмут, а деньги нужны сегодня, в крайнем случае завтра…

Хилари знала, что многие художники работают на улице: рисуют портреты, пейзажи, делают моментальные шаржи. Но сама мысль о том, что она может стать одной из них, приводила ее в трепет. Однако это был единственный реальный вариант.

Она повернулась к Раулю и долгим взглядом заставила его повернуться в ее сторону. Он отложил газету и вопросительно посмотрел на нее.

— Я придумала только одно, — нерешительно сказала она. — Попробую продать свои рисунки, которые ты забраковал.

— Ты знаешь, как это делается? — серьезно спросил он.

— Нет, — испугалась Хилари. — Это очень сложно?

— Как минимум, надо договориться с теми, кто продает места на улице, — спокойно пояснил он. — Неужели ты думаешь, что кому-то нужна конкуренция?

— А кто это?

— Пообщайся с художниками, выясни. Только чужих они не любят. Это потруднее, чем снять номер.

— Догадываюсь, — совсем упала духом Хилари, потом добавила обреченно, но твердо: — Но я попытаюсь. Пошли, Алисия.

Это был самый трудный, самый долгий, но самый счастливый день в жизни Хилари. Она смогла перешагнуть через такие свои комплексы, о которых даже не подозревала. Гордыня, застенчивость, амбиции, страх, жалость к себе… Это был далеко не полный перечень того, с чем она так отважно боролась. Но победила же! И поняла, что этот город пожирает слабых, выдавливает их из себя, делает их неспособными, смеется над ними. Здесь ценят только силу, настоящую целеустремленность и талант.