Кира Морриган - Запах весны

Кстати, о беспокойстве…

Куда она задевала свой мобильный телефон?

Почему-то Вирджинию вдруг кольнуло чувство тревоги. Ей надо было куда-то позвонить? Вроде нет… вроде сегодня выходной… Видимо, она ещё не до конца проснулась. Вот всякая чепуха и начинает лезть в голову. Но мобильный проверить не помешает. Где он может быть? Явно не в спальне… где она оставила сумку? Накануне забыла в гостиной?

Вирджиния выбралась из смятых простыней, босиком пробежала в холл, стараясь, чтобы Ник не услышал ее из кухни. Так и есть – сумка обнаружилась на вешалке. Вирджиния вернулась в спальню со своей добычей, извлекла телефон из сумки, сумку бросила на пол.

Телефон был отключен. Разумеется, у нее ведь не было возможности вечером поставить его на зарядку. В последнее время это становится тенденцией. То деньги закончатся, то заряд батареи…

– А вот и завтрак для принцессы!

Вирджиния незаметно спрятала телефон под подушку. И улыбнулась Нику, который ставил поднос на постель.

– Ты такой заботливый…

– А ты была права. У нас ведь ничего нет, кроме вчерашних апельсинов и остатков пирожных. Но я сделал еще горячие бутерброды с ветчиной. Пойдет?

– Это будет замечательно… – Вирджиния говорила это абсолютно искренне. С недавних пор самый лучший обед, поглощаемый в одиночестве, нравился ей куда меньше, чем сандвичи рядом с мужчиной, к которому ее так тянуло.

Поздний завтрак завершился кофе, а потом плавно перетек в новую серию пододеяльных забав. Парочка опомнилась только тогда, когда за окном зажглись фонари. Довольно быстро темнело.

– Мне пора, – со вздохом сообщила Вирджиния. Она приподнялась в постели, села и принялась приглаживать волосы.

– Куда тебе пора? – не понял Ник.

– Домой.

– Но зачем тебе уезжать? – поразился он. – Ведь сейчас только вечер субботы. Даже начала шестого нет.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Вирджиния, ты можешь остаться у меня. Завтра мы сходим в кино, если хочешь, выберемся на прогулку верхом… Можешь даже до понедельника задержаться. Я отвезу тебя на работу…

– Мне очень приятно твое предложение, но как я могу его принять?

– О чем ты?

– У меня даже зубной щетки с собой нет, – вздохнула Вирджиния. – И мне не привести себя в порядок без кучи средств, многие из названий которых ты даже не слышал. Завтра я еще могу обойтись без этого. Но в офис мне нужно приехать во вменяемом виде. И мобильный окончательно разрядился, и…

– Разве это проблема? Давай я отвезу тебя домой, – предложил Ник.

– О, спасибо!

– Я не закончил. Возьмешь там вещи, которые тебе нужны. Можешь хоть половину моего шкафа забить. И проведем завтра еще один замечательный день вместе. На обратном пути заскочим в супермаркет – надо пополнить запасы продовольствия.

– О каких вещах ты говоришь? – медленно спросила Вирджиния.

Как ни крути, это было слишком стремительным развитием событий.

– Любые. Зубную щетку, любимую пижаму, крем, джинсы… Что угодно. Главное, чтобы тебе было комфортно.

Никто не смог бы устоять перед таким предложением. Не устояла и Вирджиния.

Крайслер припарковался неподалеку от подъезда, в котором жила Вирджиния.

– Посидеть здесь?

– Почему? – удивилась она.

– Вдруг мое присутствие будет тебя смущать, – засмеялся Ник.

– Любопытно…

– Нет, не стану сидеть, – решил он, – тебе может понадобиться помощь. Как минимум с переносом тяжестей.

– Ты очень любезен. Тогда идем!

Они прошли несколько метров, и вдруг Вирджинии пришлось напрячь зрение. У домофона кто-то стоял. И этот кто-то был очень знаком Вирджинии.

Странно… Впрочем, учитывая ее выключенный телефон… Может, и нет.

– Привет! – воскликнула она, когда они с Ником подошли вплотную. – А что ты здесь делаешь?

Кристин повернулась к ней, не отрывая пальца от кнопки звонка.

– Вирджиния!

– Господи, неужели с тобой что-то случилось?! – перепугалась та. Лицо Кристин было в потеках от туши. И самое странное… от подруги ощутимо пахло алкоголем.

Но на улице было холодно. Требовались радикальные меры.

– Ник, открывай дверь и вызывай лифт, – распорядилась Вирджиния. Она обхватила Кристин за плечи и подтолкнула в направлении дверей. Кристин шла неуверенно.

– Ты ее знаешь? – на всякий случай поинтересовался Ник.

– Не валяй дурака! Разумеется!

Дальнейшие выяснения пришлось возобновить в квартире. Кристин ощутимо пошатывало.

Вирджинией двигало беспокойство. Исключительно благие намерения. Но… если бы девушка была способна заглянуть в ближайшее будущее хотя бы на пятнадцать минут вперед, она прямо на улице поймала бы такси, впихнула бы туда Кристин и отправила бы ее домой – «трезветь и приходить в чувство».

Но этого не произошло. Поэтому случилось следующее.

– Джинни, я сварю крепкий кофе, хорошо? Я еще помню, где и что у тебя стоит.

– Да, спасибо… – рассеянно отозвалась Вирджиния. Она решала важную проблему – как стащить с подруги сапоги, чтобы та не упала. Позволять Кристин наклоняться до пола было рискованно. Кто знает, где она успела перебрать. И вообще, где она так напилась?! Еще нет и семи часов вечера!

Этот вопрос Вирджиния и задала подруге. Но Кристин с трудом могла связать пару слов.

– Я их ненавижу! Всех! Понимаешь? Всех! Эти придурки… в баре, в библиотеке…

– Успокойся, – Вирджиния потрясла ее за плечи. – Потом все расскажешь.

– Ты не понимаешь! Что я им сделала? Что во мне не так? Фигня какая-то!

На кухне зажужжала кофемолка.

– Пойдем, тебе нужно умыться, – с этими словами Вирджиния запихнула слабо сопротивляющуюся Кристин в ванную. Спустя несколько расплесканных по полу горстей горячей воды, перепачканных лосьоном, тушью и помадой ватных дисков, Кристин могла порадовать окружающих свежеумытым лицом и намокшими прядками волос.

– Идем на кухню! Тебе надо выпить кофе.

На кухне Вирджиния с сомнением посмотрела на высокие вертящиеся табуреты. Не сажать же Кристин на подоконник? Еще выпадет из окна… Пришлось принести из комнаты кресло. У Ника подоспел кофе. Он разлил его по трем чашкам. Кристин дрожащими руками взяла чашку и чуть не вылила кофе на себя. Вирджинии пришлось помогать ей, словно маленькому ребенку.

После кофе взгляд Кристин стал немного более осмысленным.

– Хочешь чего-нибудь поесть?

Подруга помотала головой:

– Нет, спасибо…

– Где же ты так напилась? И вообще, с каких пор ты пьешь в одиночку… без нас? Почему ты мне не позвонила?

Ник, прислонившись к столешнице, изображал из себя предмет мебели.