Кира Морриган - Запах весны

– Эта беготня тоже не бесконечна. В конце концов, Ник отплатил мне по заслугам.

– Но сначала-то он за тобой бегал! А я делала все, как ты учила. Была милой, шла им навстречу… В ответ получала только грубость.

– Может, ты неверно себя преподносила? – предположила Эванжелина. – Одевалась как-то… не так… В самом деле, могла бы и посоветоваться. Не все обладают чувством стиля. Что уместно в клубе, не уместно в библиотеке… Парень из библиотеки ведь признался, что сам хотел заговорить с тобой. Но потом решил, что тебе нужно совсем другое…

– Да, Кристин, – поддержала Вирджиния, – ты просто немного не угадала с внешним видом. И тебе не повезло с настроением парней. Может, одному с утра поцарапала машину такая же красотка, а другого регулярно отшивает собственная секретарша…

Кристин вздохнула:

– Но я-то думала, что веду себя как полная дура… К тому же Вирджиния только подлила масла в огонь… Ведь она продолжала уверять: да, эта схема работает, я уже отхватила себе кавалера к предстоящему Рождеству…

В молчании они выпили по чашке чая.

– И что ты будешь делать? – спросила, наконец, Эванжелина.

Вирджиния пожала плечами:

– А что мне делать? Я звонила Нику весь вчерашний вечер. И половину ночи.

– Автоответчик?

– Если бы! Он просто не берет трубку. Он прекрасно видит, что это звоню я, а не кто-то посторонний. Он меня не простит, – подвела итог Вирджиния.

– Ничего… Еще не вечер. Может, он остынет, потом смягчится…

– И посыпать его сахарной пудрой? Он все-таки не пирог.

– Я не думаю, что Ник сможет меня простить, – Вирджиния даже не обратила внимания на шутку. – Один раз он уже сделал выводы… Я с трудом смогла вернуть его расположение. Дело в том, что Ник не переносит неискренности. Он был уверен, что неинтересен мне. А я слишком долгое время не могла разобраться в своих чувствах… Теперь же об интересе вообще не может быть речи. По крайней мере, Ник так думает. Мы же спорили на него…

Кристин вздохнула.

Эванжелина отставила коробку с китайской едой:

– Может быть, посмотрим «Унесенных ветром»? Надо же как-то скоротать время до понедельника.

– И до Рождества, – мрачно сказала Вирджиния. – Приходите, девочки, ко мне. Ни у кого из нас теперь нет пары. Испечем торт, будем есть мороженое ложками… Пересмотрим все любимые фильмы. Или отправимся в центр, полюбоваться на фейерверки.

– Чур, я первая выберу подарок себе под елкой!

В глубине души Вирджиния даже не старалась создать праздничное настроение. Нет, она, конечно, навела лоск в квартире, в коридоре повесила переливающуюся серебром гирлянду, гостиную уставила десятками пурпурных свечек… В углу рядом с подоконником притулилась крохотная елочка, вся в разноцветных пряниках, синих и красных шарах, золотых звездах. Под елкой лежали две коробки в подарочной упаковке.

После четырех часов пришли Эванжелина и Кристин – разрумянившиеся от мороза, нагруженные сверками с фруктами и конфетами, почти счастливые.

В шесть рук оказалось очень быстро готовить и накрывать праздничный стол. Вернее, столик – половина блюд уместилась на журнальном столике.

Вереница бутылок с шампанским должна была способствовать созданию праздничного настроения.

…Где-то в час ночи девушки в третий раз пересматривали «Сердцееда». То одна, то другая отвлекались на шампанское, пирог, поход к зеркалу, очередную тарталетку… Таким образом, никто из девушек еще не видел фильм целиком. Все трое уже переоделись в новые пижамы. Вирджиния решила, что это будет лучшим подарком каждой из них. Пижама Эванжелины выглядела как наряд восточной принцессы: фиолетовый шелк, расшитый серебряными и изумрудными полумесяцами. Кристин в своем оранжевом бархате выглядела невинной школьницей. И ей очень шел румянец. Вирджиния выбрала для себя пижаму цвета шампанского. В основном она была сшита из кружева. И пижаму дополнял роскошный пеньюар в тон…

Несмотря на наряд, более чем достойный для рождественской вечеринки, Вирджиния чувствовала себя отвратительно. К тому же шампанское вело себя странным образом: вместо допинга оно срабатывало как усилитель всех неприятных эмоций.

– Я тоже неудачница, – сообщила она, отвернувшись от экрана, где главный герой выплясывал с Ванессой Паради, подражая танцору из «Грязных танцев».

– Дорогая, это не так!

– Но это так. Чем я могу похвастаться? Я сижу в собственной квартире, у меня хорошие перспективы на работе и… я так одинока.

– У тебя есть мы.

– И пирог!

– И я нашла мужчину, в которого влюбилась, но мне даже не хватило ума довести дело до конца, то есть не разругаться с ним до Рождества, – закончила Вирджиния. – Не утешайте меня.

– Ты могла бы позвонить ему снова.

– А чем, по-твоему, я занималась каждый вечер?!

– Сходила бы к нему в офис, – предложила Кристин.

Вирджиния грустно покачала головой:

– Чтобы увидеть, как Ник в очередной раз от меня отворачивается? Это унизительно. То, что он не хочет меня видеть, и так ясно.

В домофон позвонили. Кристин едва расслышала звонок из-за льющейся с экрана мелодии.

– Вирджиния, открой дверь!

– Но мы никого не ждем.

– А разве мы не заказывали пиццу?

– Ты с ума сошла!

Но звонок повторился. Вирджиния нехотя поднялась и поплелась открывать.

Она ожидала увидеть за дверью кого угодно, но только не Ника Харпера. И не Ника Харпера с другом.

Эти двое еле держались на ногах, судя по всему. Вирджиния отступила на шаг с ошарашенным лицом.

– Ик!.. Привет, – поздоровался Ник заплетающимся языком.

– Вы… что ты здесь делаешь?

– А что? Нельзя? Вот… зашли с приятелем поздравить вас с этим чертовым Рождеством.

– Да?! Ты мог хотя бы позвонить!

– А чего звонить? Проходили мимо, решили… ик!.. заглянуть и лично засвидетельствовать. Мы что, не можем пройти?

– Проходите, – решила Вирджиния и подвинулась. Про себя она решила: «Черт те что творится!»

Судя по координации разоблачающихся мужчин, приятель Ника был гораздо более трезвым. Поймав ее взгляд, он сообщил:

– Майкл. Вот… решил сопровождать его, подумал, что так будет лучше…

– Очень приятно. Вирджиния. Откуда вы его знаете?

– Росли и учились вместе. Честно говоря, давно не видел его в таком состоянии… Мы сильно помешали?

– Светские беседы нужно вести в гостиной, – оборвал разговор Ник, направляясь в указанное место. – О! Сколько здесь прелестных фей! Двое или… трое? Или четверо! Черт, Майкл, тащи сюда свою задницу, поможешь пересчитать!