Беверли Терри - Отныне только легкий флирт

– Ну, так легко, как ты, не смущается никто, Рейнольдс! – Самодовольный сноб! Неужели она собиралась выйти за него замуж? – И этот же мальчишка донес тебе, что я была с Ником?

– У меня, дорогая, масса источников информации. Я мог бы предвидеть, что без меня ты не станешь терять время даром. Как известно, яблоко от яблоньки… Своим поведением ты наконец доказала то, о чем меня постоянно предупреждали папа с мамой, – что ни говори, ты дочь своей матери.

– Оставь мою мать в покое! – Глаза Холли сузились от гнева до щелочек, она выдохнула с такой силой, что, стой Рейнольдс чуть ближе, его роскошный галстук взметнулся бы вверх. Ей и всегда-то казалось, что семья Рейнольдса терпит ее только из-за дружеских отношений бабушки и дедушки Холли со старшим поколением Фурдов, хотя никто никогда не давал ей это понять. Но сейчас она убедилась, что была права.

– Я слышал также о твоих бредовых идеях насчет сбора денег для расширения приюта, – сказал он, не обращая внимания на ее вспышку. – Пропаганда по радио, бойскауты, продажа пирожных… и т. д. и т. п. Ты обречена на поражение еще до начала этой кампании.

Холли упрямо тряхнула головой. Она была раздражена и хотела доказать Рейнольдсу, что, потеряв его, не рассыпалась на куски.

– Не суди об этом до пятницы, когда выйдет номер «Кроникл» за эту неделю.

– Даже так?!

– Завтра утром в приют явятся корреспондент и фотограф. Их статья в корне изменит твое мнение на сей счет.

– Боюсь, мое мнение не сможет измениться раньше следующей пятницы. Завтрашнее интервью никак не попадет в газету на этой неделе.

– Ошибаешься, Рейнольдс! Хотя мои бредовые идеи, как ты изволил выразиться, не произвели на тебя сильного впечатления, редактору «Кроникл» они показались настолько серьезными, что она хочет немедленно познакомить с ними читателей.

Холли вышла из аптеки очень довольная тем, как она ответила Рейнольдсу. Ей захотелось зайти в Первый Национальный банк и перекинуться парой слов с Ником. Рейнольдс просто несносен. И как только она могла поддаться на уговоры своей матери, будто с ним ее ожидает надежное будущее…

Холли взглянула в стекло витрины, убедилась, что выглядит вполне привлекательно в светло-розовом, сильно приталенном платье с черным кожаным поясом и в черных туфлях, с крупными черными серьгами в ушах, и вошла в прохладу банка.

Полуденный час пик миновал, и единственный кассир дремал на своем рабочем месте. Клиентов не было, да и сотрудников банка можно было пересчитать по пальцам. Среди них находился и Ник. Он сидел за своим столом и что-то диктовал кудрявой секретарше. Когда он делал паузу, собираясь с мыслями, она поднимала глаза и с откровенным восхищением смотрела на Ника. Он, однако, не обращал на нее никакого внимания, и нахмурившаяся было Холли улыбнулась.

Заметив девушку, Ник отпустил секретаршу и встал. Сияя улыбкой, он подошел к перегородке, отделяющей операционный зал от зала ожидания.

– Привет, – сказала Холли. Высокие сводчатые потолки банковского помещения заставили ее отчего-то понизить голос. – Я проходила мимо и решила заскочить на минутку.

– Извините. – Секретарша со слабой улыбкой прошла мимо Холли и направилась к выходу. – Пойду тоже поем, Ник. Вы пойдете?

– Спасибо, Шейла, нет, встретимся позднее. – Он повернулся к Холли. – Я еще не обедал. Давай поедем вместе в какое-нибудь заведение. – И он согрел Холли улыбкой.

– Об этом следовало договориться заранее, тоже улыбаясь, возразила Холли. – А сейчас мне необходимо вернуться на работу – в приюте сегодня выступает школьный хор, я должна присутствовать. – Она огляделась по сторонам. – В этот час здесь всегда так пустынно?

– Тихо, да? Зайди на минуту. – Он гостеприимно распахнул перед ней дверцу перегородки.

– Я правда не могу.

– Всего на минутку. – Он взял ее за руку и потянул внутрь. – Вы, мисс Веббер, просили меня проверить ваши ценные бумаги, – произнес он громким голосом.

– Какие бумаги?

– Из вашего персонального сейфа, мисс Веббер.

– У меня, Ник, никогда…

– Шшш… не отставайте, пожалуйста, мисс Веббер. – Он отпустил ее руку, но шел так близко, что их плечи соприкасались.

Она думала, что они направляются к его письменному столу, но ничуть не бывало. Он миновал вычислительный центр и несколько пустых столов, она послушно следовала за ним.

– Сюда, сюда! – Он остановился.

– Но это же хранилище банка! – прошептала Холли.

– А где же, как не в хранилище, держать ценные бумаги?

За раскрытой тяжелой дверью с огромным запирающим механизмом из начищенных до блеска латунных скоб и петель, сверкавших на фоне легированной стали, виднелась защищавшая хранилище решетка до потолка, также из латуни. На глазах у оторопевшей Холли Ник отпер дверь в решетке и распахнул перед ней.

– Сюда, пожалуйста.

– Но, Ник…

– Прошу вас, мисс Веббер, – сказал он, понижая голос. – Дел по горло, мы не можем стоять здесь целый день.

Ник жестом пригласил ее пройти вперед, и она, сконфуженная, повиновалась. Пока он запирал за собой дверь, она огляделась. Рядом с ней находился архив, а за следующей решеткой лежали туго набитые полотняные мешки с деньгами. В воздухе стоял специфический запах, который, однако, не вызывал отвращения. Так, наверное, пахнут деньги, подумала Холли. Две стены были заняты персональными сейфами.

Ник носком ботинка зацепил табуретку, с помощью которой дотягивались до верхних ящичков, и пододвинул к Холли.

– Поднимитесь на нее, пожалуйста, мисс Веббер.

Что это значит? Официальный тон Ника и вся ситуация теперь казались Холли невероятно забавными, ее то и дело разбирал смех. Она послушно встала на табуретку и теперь ощущала запах одеколона, которым пользовался Ник, а не денег. За его плечом ей был виден дремлющий в безлюдном зале кассир. Остальные служащие банка отправились перекусить. Ник придвинулся вплотную к ней. Теперь она не видела ничего, кроме его лица. Она стояла на табуретке, и потому их лица находились почти на одном уровне.

– Замечательно! – мягко сказал он, уперся рукой в стену стальных ящичков и коснулся губами ее губ.

По телу Холли словно пробежал электрический ток. Нежное прикосновение его губ, его тела, непозволительное в этих стенах, сознание, что в любой момент кто-нибудь может войти и застигнуть их врасплох, – все это, вместе взятое, придавало их встрече совершенно особый характер. Голова у Холли пошла кругом.

– О Господи, мистер Донохью, – прошептала она, задыхаясь. Ну что за шутки! Ведь он с ней забавляется, только-то и всего. – Должна сказать, есть свои преимущества в том, чтобы хранить деньги в Первом Национальном банке!