Маргарет Уэй - Под созвездием Южного Креста

К восьми часам вечера гости созрели для танцев. Молодежь первой пустилась в пляс под музыку отличного оркестра. Подружки невесты сняли болеро, остались в своих чудесных платьях с обнаженными плечами, и тут же Джоэл с выражением восторга на лице подскочил к Тони и увлек ее в самую гущу танцующих. Некоторые, явно перебрав шампанского, откровенно обнимались, другие, кому пока не нашлось пары, не желая отставать от общего веселья, танцевали в одиночку.

— Все прошло замечательно, правда? — удовлетворенно произнес Джоэл. — Кажется, я немного пьян. Но ведь это ничего? Все-таки день свадьбы моей сестры. Она так прелестна! Никогда не видел ее такой красивой. Правду говорят о невестах. — Он посмотрел на молодоженов, которые самозабвенно танцевали. Кейт обняла Керри за шею. — Ты тоже восхитительно выглядишь. Я уже говорил?

— Раз десять. — Тони улыбнулась.

— Тебе понравились подарки, которые Берн сделал подружкам Кейт?

— Ни одна из нас не ожидала ничего подобного, — просто ответила Тони. Берн преподнес им золотые брошки в форме лебедя на память о незабываемом дне, а Кейт — французские духи в изящных флаконах. В общей суматохе никто, конечно, не заметил, что Андреа ни разу не обратилась прямо к Тони. О-о, она вела себя очень корректно, изображала дружелюбие, делала вид, что веселится от души, но Тони чувствовала, что Андреа ждет подходящего момента для внезапной атаки.

И вскоре это произошло.

— Я должна поговорить с вами. — Андрея, подойдя сзади, тронула Тони за руку.

— Пожалуйста, я слушаю. — Она повернулась, твердо решив быть любезной, и смело встретила взгляд зеленых глаз.

— Ваша мать, безусловно, хороша собой, — начала Андреа с некоторым удивлением.

— Да, она красива. — Тони не выпускала из вида Зоэ, которая танцевала с высоким элегантно одетым седовласым джентльменом. Его лицо показалось знакомым, но Тони никак не могла припомнить, откуда его знает.

— В жизни она даже более эффектна, чем мне описали.

— Что вы хотите, Париж, — отозвалась Тони светским тоном. — Он придает женщинам особый шик.

— Очень мило с ее стороны приехать на свадьбу, но… когда она уезжает?

— Когда захочет, Андреа. Наступило молчание.

— Керри будет по ней скучать, — наконец заговорила Андреа. — Полагаю, вы отправитесь в Париж вместе?

— Непременно, на некоторое время, — подтвердила Тони. — Нам обеим нужно привести свои дела в порядок.

— Уж не хотите ли вы сказать, что вернетесь сюда? — Андреа не скрывала своего разочарования.

— Здесь мой дом, не так ли?

— Но, вы же не будете жить вместе с Керри и Кейт! Это было бы нелепо.

Тони решила прекратить допрос.

— Андреа, я пока не уверена в своих планах. А почему они вас так интересуют?

— Вам это отлично известно, — отрезала та. — Берна влечет к вам, просто потому, что вы красивы, но он на вас не женится.

— На вас он тоже не женится, — любезно отозвалась Тони.

— Пока он вообще ни на ком не женился. Давайте начистоту: возможно, Берн слегка увлечен вами, но брак… нет. Вы, разумеется, поняли, что у него твердый характер? Он не Джоэл, того завоевать нетрудно. Берн очень серьезный человек. Привык принимать важные решения. Он не рискнет связать свою судьбу с девицей вроде вас. А вот наши отношения складывались очень успешно, пока не появились вы. — Выпустив последнюю отравленную стрелу, Андреа отошла в сторону.

Мужчины часто женятся на женщинах, которых не любят, подумала Тони, но которые могут сыграть необходимую роль. Возможно, Берн именно так и поступит.

Она почти потеряла надежду потанцевать с ним, что могло оказаться чрезвычайно опасным, но ее, словно бабочку, влекло на огонь. Его все время окружали люди. Однажды их взгляды встретились, и его красиво очерченный рот сжался, точно говоря: «Я же заменяю невесте отца». Должно быть, порой ему надоедает быть главой клана, мелькнула мысль. А вот Джоэл делал только то, что хотел. В данную минуту он обнимал за плечи Ферн, а та смотрела на него с немым обожанием, в глазах — полное прощение.

Тони танцевала с братом Ферн, когда возле них вдруг появился Берн с такой обворожительной улыбкой, что Джеймс, терпеливо дожидавшийся своей очереди, тут же отпустил Тони.

— Только для тебя, Берн, — пробормотал он. — Тони, я приглашу тебя попозже, если разрешишь.

Но стоило Берну привлечь ее к себе, как она мгновенно забыла обо всем и обо всех. Вечер продолжался, ритмичные танцы сменились романтическими мелодиями, популярными песнями о любви.

— Чудесно выглядишь. Просто ангел, — сказал он через несколько минут своим рокочущим и, как ей показалось, слегка озабоченным голосом.

— Спасибо, Берн. Все прошло просто замечательно. Ты должен быть доволен.

— Мистер и миссис Стритон, надо же! — Он взглянул в сторону новобрачных. — Да, я доволен. Ты видела более счастливых людей, чем эта пара?

— Увы, это не про нас, — горько усмехнулась Тони. — Завтра праздник кончится. Я, вероятно, уеду в Париж, ты будешь чаще видеться с Андреа.

Берн посмотрел поверх ее головы.

— Я желаю Андреа всяческого счастья, но неужели тебе до сих пор не ясно, что я не испытываю к ней никаких чувств? Кроме того, я не могу переключать их с такой легкостью.

— Чувства проходят. Ты сам говорил. Прекрати сейчас же, оборвала себя Тони. Она его провоцирует, а это может быть опасно. Все от волнения, от выпитого шампанского.

— Хочешь, чтобы я уступил великой страсти? — с вызовом спросил он.

— Да, хочу, но понимаю: настолько ты не отступишь от своих принципов. — В ее душе боролись противоречивые эмоции: любовь и гнев.

— Но надежда остается?

— Берн, твои поцелуи были искренними, — печально сказала она.

— Хочешь приобрести надо мной такую власть, чтобы распоряжаться моей жизнью?

Между ними снова возникло напряжение, почти враждебность.

— Помнишь, как сказал Теннисон: «Лучше любить и потерять любовь, чем никогда не любить».

Берн неожиданно улыбнулся.

— Мы оба знаем, что бурные романы часто приводят к разочарованиям. Я не хотел бы причинить тебе боль.

— Поздновато спохватились, тебе не кажется? — Тони улыбнулась через его плечо старому знакомому.

— Ничего не выйдет, Антуанетта. Я не позволю разрушить мою жизнь.

Она не ответила, но сердце стучало, как молот.

— Нисколько в этом не сомневаюсь. — Она остро ощущала его железную решимость. — Но почему, если ты так любишь свой мир, он представляется тебе тюрьмой?

— Это мужской мир, Тони. Не мне тебя убеждать, ты и сама знаешь. Одиночество и изоляция плохо действуют на женщин. Рано или поздно многие из них не выдерживают.