Салли Уэнтворт - Скандальная история

Но спустя всего сутки он увидел на первой полосе английской газеты фотографию Клэр вместе с Шоном Манро. Вся история описывалась на другой странице, там же он обнаружил собственную фотографию и сообщение о своей роли в этом отвратительном сюжете. Сначала он не мог этому поверить, посчитав все нелепостью. Он ждал, что Клэр или Манро напечатают опровержение, но его не последовало.

Но зато появилось заявление Пола Вентона о том, что он расторг помолвку, поскольку узнал об этой связи. Вентон, конечно же, как та самая крыса, первым побежал с тонущего корабля. Но он всегда заботился о своем престиже, и поэтому странно, что вообще прокомментировал данную ситуацию. Вероятно, им руководило чувство мести.

Джек десятки раз снимал трубку, чтобы позвонить Клэр, но не решался. Ему сообщили, что она звонила к нему в офис, но и тогда он не перезвонил ей, ожидая опровержения, которое так и не появилось. Вместо этого в одной из наиболее дотошных газетенок был опубликован список, где перечислялось, сколько раз Манро посетил ее квартиру. А еще несколько человек, живущие и работающие в этом доме, заявили, что видели Манро и узнали его, а также видели, как он открывал квартиру Клэр. Некоторые даже разрешили поместить свои дурацкие фотографии с именами.

Джек в порыве ярости отшвырнул газету. В ней было все, не было только опровержений и обещаний подать в суд, что, несомненно, сделали бы в таком случае невиновные люди. Что же, черт побери, он мог подумать?

Деревянным голосом Клэр спросила:

— И ты этому поверил?!

Он обернулся к ней.

— А вы все отрицаете?

Наступило тяжелое молчание. Затем Клэр резко рассмеялась:

— Ты поверил! Какая-то грязная газетка напечатала сенсационное сообщение, которое состряпали, узнав о случайной встрече. Все обросло грудами лжи, злобы и обиды, а ты поверил каждому гадкому слову! Ты даже не потрудился позвонить мне и спросить, правда ли это. Проще было поверить самому плохому, сказанному обо мне.

— Я спрашиваю вас сейчас: это правда?

Но Клэр переполняли гнев и горечь, поэтому в ее ответе прозвучала только злость:

— Так-то я тебе нравлюсь! Черт возьми, почему я не вышла тогда из комнаты, а легла с тобой в постель? И я… — Она внезапно умолкла, так как на них стали обращать внимание.

Клэр прошла к корме и застывшим взором уставилась на панораму реки. Распущенные волосы шевелил ветерок, и они падали ей на лицо. Она откинула их назад, одновременно вытирая слезы. Она не будет плакать при нем!

Джек подошел и встал сзади.

— Расскажи мне все, — тихо попросил он, почти не надеясь услышать правду.

Но Клэр не могла больше обнажать перед этим человеком душу и предпочла ринуться в атаку. Повернувшись к нему с полным ненависти взором, она с горечью произнесла, отчеканивая каждое слово:

— Да, это правда! Шон все время приходил ко мне домой. У него был свой ключ. И, — тут у нее в голосе появились презрительные интонации, — я прямо из твоей постели отправилась к нему. Остальную мерзость можешь домыслить самостоятельно!

Лицо Джека побелело и напряглось. Он хотел было коснуться ее, но вместо этого сунул сжатые кулаки в карманы.

— Ты хочешь сказать, что…

— Да! — Крик Клэр походил на стон раненого зверя. — Я сказала тебе то, чему тебе так хочется поверить. — Он недоуменно уставился на нее, не находя слов, а она почти в истерике тряхнула головой. — Уверена, что вы с Тоби обойдетесь без меня. — И она ушла с высоко поднятой головой. Но когда отошла подальше, поняла, что сейчас упадет, и оперлась на орудийную башню, крепко зажмурив глаза, чтобы не заплакать. Через пару минут Клэр взяла себя в руки и отправилась домой.

Джек привез Тоби спустя несколько часов. На его звонок Клэр открыла подъезд, но он не попросил разрешения войти. Сын был полон впечатлений, и она изо всех сил старалась поддержать с ним разговор. Наконец он уселся рисовать для Джека корабль, и Клэр вздохнула с облегчением. Она была в подавленном состоянии, но тем не менее отметила, что Тоби скоро нарисует для Джека целую картинную галерею. Она села рядом с сыном, глядя, как он рисует. Он так походил на Джека! Какое болезненное напоминание о том, во что могла бы превратиться их жизнь, если бы Джек доверял ей и любил по-настоящему.

Слезы текли у нее по лицу, но она не вытирала их, а просто отвернулась, чтобы Тоби этого не видел. С унынием она подумала о том, что будет, если Джек использует ее «признание» и попытается отнять у нее мальчика, доказав, что она никудышная мать. Ее уже ничто не удивит! Джек вполне может проявить подобную жестокость.

Наверное, поэтому он так хотел поверить в ее связь с Шоном. Он ведь отчаянно добивается Тоби. Может, он и спал с ней лишь по этой причине? А хотел ли он жениться на ней? Теперь-то у него появляется возможность заполучить Тоби одного, без нее. Боль от этих мыслей была слишком острой.

Счастье оказалось предельно кратковременным, и это особенно мучило. Снова пережив физическую близость с Джеком, она поняла наконец, что всегда любила его, с тех самых пор, когда был зачат их сын. Именно поэтому ни один мужчина ее не привлекал. Она уверила себя в своей разборчивости, но это было не так. Любовь к одному-единственному мужчине не позволяла ей уступить это место кому-нибудь другому. Теперь же он снова отверг ее чувство.

Сегодня вечером Клэр собиралась поужинать с друзьями покойных родителей. Это были почтенные люди, которые по старой памяти общались с ней, но они позвонили в начале недели и, сославшись на болезнь, отменили встречу. Клэр им не поверила — она поняла, что отказ был вызван скандальными заметками в газетах. Можно было предположить, что респектабельные знакомые не станут с ней встречаться, а охотники до сплетен, наоборот, постараются ее увидеть. На автоответчике уже было оставлено несколько приглашений. На ее работе эта история тоже отразилась — некоторые клиенты отменили свои заказы.

Но самое большое ее беспокойство — Тоби: как все это отразится на нем? Он, как всегда, для нее на первом месте. Клэр поняла, что в ее жизни наступил новый переломный момент и она должна решить, что ей делать: сидеть и пережидать, надеясь, что все обойдется, или продать магазин и уехать куда-нибудь, начать другую жизнь там, где ее никто не знает. Куда-нибудь подальше, в Австралию например.

Она встала и подошла к окну. С щемящей тоской подумала об отъезде. Она любила Лондон, любила Англию. Слезы ручьем текли по щекам, но Клэр продолжала неподвижно стоять, глядя в окно. Только бы сын не понял, что ее жизнь рушится снова!

Глава девятая