Натали Иствуд - Ребро Адама

— Так ты не спишь?

— Как можно! Разве я могу упустить такой момент?!

— Какой еще момент?

— Можно сказать, исторический! Как Шейла Браунинг обуздывает свою гордыню, — с издевкой ответил он. — И вот дождался.

— Только, будь любезен, без вольностей.

— О чем это ты? — невинным голосом спросил он.

— А ты не догадываешься?

— Понятия не имею. — Выдержав паузу, он продолжил: — Я давно приучил себя обходиться без этого.

— Без чего обходиться? — уточнила Шейла, включаясь в игру.

— Без этого. Даже не припомню, когда я последний раз спал с женщиной.

— Я сейчас заплачу! — И Шейла хохотнула. — Не хочешь ли ты сказать, что все эти годы хранил мне верность?

— Представь себе, в определенном смысле хранил, — уже серьезным тоном ответил Артур. — Все зависит от точки зрения.

— То есть?

— Верность, измена… Каждый вкладывает в эти слова разное. Если под изменой понимать конкретные телодвижения, то… — Он замолчал.

Шейла тоже молчала, удивленная столь резким поворотом разговора.

— Знаешь, Шейла, за эти восемь лет я здорово изменился. Я, можно сказать, стал другим человеком.

— Другим? И каким же ты стал? — осторожно спросила она.

— Помнишь, как мы с тобой завтракали вместе в Атланте? — продолжил он, словно не слыша ее вопроса, и, не дожидаясь ответа, тихо произнес: — Я тогда подумал, почему бы нам с тобой не начать жизнь заново? Ну а когда оказался на волосок от смерти, окончательно понял, что не могу без тебя. — Он помолчал и с упреком добавил: — Я пытался тебе это объяснить, но ты меня и слушать не стала.

— Нет, Артур, это ты меня не выслушал! — возразила она. — А я, между прочим, собиралась сказать, что согласна попробовать, но на этот раз без спешки. Понимаешь? Просто я хотела, чтобы мы оба все хорошенько обдумали.

— Почему же ты мне прямо не сказала?

— Как это почему? Ты что, забыл? Да ведь ты ушел, не дав мне и рта раскрыть!

Наступило молчание, а потом Артур тихо произнес:

— Мое предложение остается в силе. Шейла, ты хочешь попробовать начать все сначала?

— После восьми лет разлуки? — не сразу отозвалась она. — И после всего, что с нами случилось?

— Да, после всего, что с нами случилось.

— Думаешь, у нас есть шанс?

— А почему нет? Конечно, надо признать, наша с тобой совместная жизнь была на редкость бурной.

— Битва гигантов, — усмехнулась Шейла, вспомнив Аманду.

— Это точно! Да и потом, стоило нам встретиться — и началось такое… Ну и о чем, по-твоему, все это говорит?

— У нас с тобой несовместимость характеров.

— Ничего подобного! — с жаром возразил он. — Это говорит как раз об обратном: мы с тобой по-прежнему небезразличны друг другу. Нас друг к другу тянет.

— Занятная теория!

— Это не теория, а констатация реального факта!

— Шутишь?

— Нет, Шейла. На этот раз я серьезен как никогда. — Он помолчал. — Если угодно, это смех сквозь слезы.

— Артур, откуда в тебе столько горечи? — не сразу спросила она. — Тебя когда-то здорово обидели?

— Это длинная история, — буркнул он.

— А у нас с тобой вся ночь впереди. Может, расскажешь?

— Лучше как-нибудь в другой раз.

Шейла вздохнула.

— Плохое начало, раз уж мы решили сделать еще одну попытку.

— Шейла, но ведь ты сама сказала: не надо торопить события, — шепнул он и, подвинувшись поближе, осторожно чмокнул ее в щеку.

Она улыбнулась. Артур еще не готов рассказать ей свою историю. Пока не готов.

Шейла проснулась первой. Дождь кончился, и яркие лучи солнца били ей прямо в лицо. Она выскользнула из объятий Артура, села и с наслаждением потянулась. Так сладко она не спала уже целую вечность. И целую вечность не спала в одной постели с Артуром.

Она блаженно улыбнулась. Ей всегда нравилось спать рядом с ним. Просто спать. Даже без всякого секса — как сегодня ночью. Какое это наслаждение чувствовать рядом его тепло, слышать его дыхание, биение сердца… Ей всегда хотелось, чтобы их связывало нечто большее, чем секс. И примирения с ним она жаждала не только из-за физического влечения.

Шейла осторожно слезла с постели и пошла в ванную. Они проговорили почти всю ночь. Неужели у них есть шанс? Стоит ли ей надеяться? Она посмотрела на свое отражение и осталась недовольна. Надо взять косметичку и нарисовать лицо.

— Ты что, уходила в ванную одеваться? — с ухмылкой спросил Артур, когда она появилась из-за двери.

— А что тебя так удивляет? — спросила она, доставая из сумки косметичку.

— Шейла, ради Бога, я видел тебя в чем мать родила не один раз! Как-никак мы с тобой были женаты.

— Вот именно были. А теперь нет.

— Спасибо, что напомнила!

— Артур, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду, — пробормотала она. — Мы же договорились, что не будем форсировать события. Забыл?

— Сдаюсь! — И он поднял обе руки. — Твоя взяла. Буду неукоснительно следовать лозунгу: «Руки прочь от Шейлы!».

— Ну вот! Опять шуточки!

— Нет, я серьезно! Буду держаться, пока достанет сил. Видишь, какой я уступчивый?

— Вижу. — Шейла улыбнулась. — И ценю. Понимаешь, если мы хотим начать все сначала, то… Нет, я не отрицаю роли секса, но…

— Надеюсь, ты не предложишь мне отныне жить с тобой по-братски?

— Артур, с тобой невозможно говорить серьезно!

— Почему? — Он вскинул брови. — Просто наш с тобой разговор, да и вообще сама ситуация напомнили мне эпизод из какого-то фильма, где, я не помню точно, в чем там было дело, но герой никак не мог добиться героини. Все время что-то мешало… Сначала он целый час пытался расшнуровать ей корсет и все такое, потом…

— Что-то припоминаю… — Шейла достала косметичку из сумки. — По-моему, фильм итальянский…

Артур схватил ее за запястье, и она, входя в роль, шутливо замахнулась на него свободной рукой и, погрозив пальцем, жеманным тоном сказала:

— Артуро! Мы же с тобой договорились. — И направилась в ванную привести себя в порядок.

— Не называй меня Артуро! — бросил он ей в спину. — Слышишь?

Но Шейла уже вошла и открыла воду. Краем уха она слышала, что он что-то говорит, но слов из-за шума воды разобрать не могла.

— Что ты сказал? — спросила она, выйдя из ванной. — Я не расслышала.

— Я сказал, давай для начала найдем ресторан и как следует позавтракаем.

— Согласна.

— Знаешь, Шейла, воздержание всегда вызывает у меня зверский аппетит. А у тебя?

— Артуро!

— Я же просил: не смей меня так называть!

И Артур начал наступать на нее, сделав зверский вид, а Шейла, заливаясь смехом, попятилась.