Мирра Блайт - Разные судьбы

Свернув с шоссе, они поехали по дороге, петляющей между холмов. Она была широкая, совсем не такая, по которой они ехали раньше, где приходилось то и дело уворачиваться от встречных грузовиков. И когда они подъехали к огромным резным воротам, подвешенным на высоких каменных столбах, Джеки поняла, почему они не видели вокруг ни одной машины. Это была частная дорога.

Крис высунулся из окна и кратко сказал по-испански в решетку переговорного устройства, вделанную в опору ворот со стороны водителя:

— Открывайте ворота!

Послышалось жужжание, и огромные резные створки распахнулись. Когда они въехали внутрь, у девушки возникло ощущение, что она попала во владения сказочного принца. И этот человек сидел рядом с ней.

— Приехали, — спокойно сказал Крис, и она кивнула, внезапно лишившись дара речи. — Вы боитесь? — спросил он, заметив ее оцепенение. — Почему? Вас здесь никто не обидит! Или это из-за меня? Из-за того, что я так сильно отличаюсь от вас?

Его голос зазвучал резче, и Джеки поспешила опровергнуть эту мысль.

— Нет, просто я вдруг поняла, как вы богаты, — сказала она почти шепотом.

Крис, остановив машину, посмотрел на нее. Когда она попыталась избежать его взгляда, он взял ее за подбородок и повернул лицом к себе.

— Я стал от этого хуже? Вам было бы спокойнее, если бы я оказался бедняком? — Крис смотрел прямо в синие глаза, а потом вдруг нежно погладил ее по щеке. — Это мой дом, Джеки, — мягко сказал он. — Он всегда был моим домом. Отец очень состоятельный человек, сейчас живет с моей матерью в Лиме, ни за что не отвечая. Я просто подобрал поводья, когда он их бросил. Это был мой долг. Не считая этого, я такой же человек, как и все остальные. Не бойтесь. Я о вас позабочусь.

Его глаза скользили по ее нежному лицу, и Джеки поняла, что он заметил ее выражение — смесь тревоги и зачарованности.

— Не смотрите так на меня! — хрипло приказал Крис. — Вы чертовски соблазнительны, а мне нельзя забывать, что теперь вы на моем попечении. И я не могу трогать вас, когда только вздумается.

— Почему? — спросила девушка, не отдавая себе отчета в своих словах, и он потянулся к ней, но вдруг резко отодвинулся и выпрямился, глубоко вздохнув.

— О господи — проворчал Крис. — Не делайте из меня злодея! Вы сами навлекаете на себя то, чего боитесь. Чем скорее вы укроетесь под крылышком моей матери, тем будет лучше.

— Ох, простите, — пробормотала Джеки, покраснев и смутившись. — Не знаю, что это меня за язык потянуло.

— Да просто мы с вами чувствуем одно и то же! — резко сказал он. — Сейчас, когда вы так уязвимы, вы мне даже более желанны. Но я привез вас сюда не для того, чтобы заниматься любовью. Я обещал вам безопасность. Как только я увижу, что вы устроены — тут же уеду. Это будет разумнее всего.

Джаклин была согласна со всем, что он говорил, и чувствовала себя пристыженною. Крис видел, как она реагировала на него, знал, что она жаждет его объятий. Джеки чувствовала себя в безопасности, когда он обнимал ее, но Крис сказал, что так продолжаться не может. Она и сама это понимала, но не могла уже без него.

— Я не хочу, чтобы вы уезжали, — вполголоса призналась девушка, наклонив голову, чтобы скрыть лицо. — Если вас здесь не будет…

Крис повернулся на сиденье и обнял ее.

— Вас никто не обидит, — хрипло пообещал он. — Никто даже не подумает об этом, а если и подумает, то не осмелится. Я не прощаю ослушников. Все люди в моем доме уже знают, что я забочусь о вашей безопасности и комфорте.

— Мне будет одиноко, — прошептала Джеки, глядя на него широко раскрытыми синими глазами, и он крепче обнял ее, прижавшись лицом к ее щеке.

— О, дорогая, — выдохнул он. — Это так глупо, вы же понимаете! Эта безумная тяга друг к другу. Лучше бы ее не было! Я ведь вам даже не нравлюсь.

Когда она что-то забормотала, он повернул ее лицо к себе и нежно поцеловал, сохраняя полное самообладание, не позволяя эмоциям вырваться наружу. Поцелуй был мягкий, как будто он утешал ребенка, но до того сладкий, что у нее слезы навернулись на глаза. Крис отодвинул ее и, больше ничего не сказав, включил мотор.

Они молча ехали по обширному поместью, которое было домом Криса, как вдруг он спросил:

— Сколько вам лет, Джеки?

— Двадцать четыре, почти двадцать пять. Я вам говорила, что перед университетом два года работала.

— О, так вы уже совсем взрослая, — сказал он с насмешливой улыбкой. — А мне тридцать семь. — Он раздраженно фыркнул. — Полагаю, я достиг возраста, когда следует руководствоваться здравым смыслом.

— Но вы способны… — тихо промолвила Джеки, и он метнул на нее сердитый взгляд.

— Способен на что? Да, вы правы: я вовсе не так хладнокровен, особенно когда гляжу на вас.

— Давайте лучше поговорим о чем-нибудь еще, — предложила Джеки, и он проворчал.

— Придумайте тему! Если вы сможете отвлечься от того, что сейчас занимает и мои и ваши мысли, я буду очень удивлен.

— Почему бы вам не отправить меня обратно — отпустить домой? — спросила она.

Крис долго молчал, прежде чем ответить.

— Нет, это невозможно. Вы еще недостаточно окрепли. Я даже не уверен, что смогу уехать, пока вы будете здесь гостить. Посмотрим, что из этого выйдет. Когда я вручу вас своей матери, то по крайней мере буду уверен, что вы в безопасности.

— Может быть, я ей не понравлюсь, — пробормотала девушка, и он успокаивающе улыбнулся.

— Вы ей понравитесь. Почему бы нет? Ведь вы с ней одной национальности.

— И вы тоже. Вы наполовину такой же, как она.

— Я пошел в отца, — спокойно возразил Крис. — И даже внешне не похож на мать. Я перуанец, а она так и не перестала быть англичанкой.

— А ей не хотелось вернуться на родину?

Крис пожал плечами и повернул голову, взглянув на нее с мимолетной улыбкой.

— В этом я никогда не был уверен. В прошлом я ее спрашивал, и она всегда отвечала одинаково: я люблю твоего отца. — Крис посмотрел вперед, прищурившись от солнца. — Надеюсь, что это так, но, должен признаться, я никогда не мог понять, за что. Мой отец — твердый и несгибаемый человек. Женщины — странные существа! Они способны приносить себя в жертву.

Это прозвучало зловеще, и Джеки еще раз убедилась, что ей не хочется встречаться с отцом Криса.

Больше он ничего не сказал. Машина проехала по подъездной аллее, и они оказались у самого фантастического дома, который Джеки когда-либо видела.

В нем не было ничего европейского. Это был южноамериканский дом — белый, сверкающий на солнце, под красной черепичной крышей, с высокими арочными галереями, затеняющими первый этаж. Вьющиеся растения оплетали стены, создавая ощущение радости, прохлады и свежести. Прекрасный, как волшебный сон, и, когда Крис, остановив машину, вопросительно обернулся к девушке, та не удержалась от горячей похвалы.