Дениза Алистер - Все началось со взгляда

Бертрам находил в Деборе все больше и больше удивительных качеств, о существовании которых раньше даже не догадывался. Теперь он видел в ней не незаменимую помощницу и отличного специалиста, а чудесную, искреннюю, умеющую ценить прекрасное, женщину. Женщину невероятно красивую и очень соблазнительную.

Я воспринимал ее как на нечто крайне важное в моей работе, как сотрудницу, без которой фирма не сможет успешно функционировать, и только. Каким же болваном я был! Просто невероятно!

Просмотрев фотографии по второму разу, они перешли в банкетный зал, где приглашенные уже произносили в адрес виновника торжества хвалебные речи. К ним тут же подлетели несколько женщин, и каждая поцеловала Бертрама в щеку.

– Давненько тебя не видели ни у Ричардсов, ни у Стива, – промурлыкала одна из них, высоченная блондинка с накрашенными ядовито-красной помадой губами. – Без тебя везде скучно!

Бертрам улыбнулся.

– Признаюсь честно, в последнее время у меня нет ни времени, ни желания ходить на вечеринки. Кстати, познакомьтесь с Деборой. – И он обвил рукой ее талию.

Женщины с фальшивыми улыбками на губах рассмотрели ее с ног до головы.

Перекинувшись с ними еще несколькими фразами, Бертрам повел Дебору к одному из столиков. Он мысленно сравнивал с ней своих бывших подруг и не понимал, как мог увлекаться раньше ими – притворными и вульгарными, а не ею.

В своем элегантном платье она затмевала на этом вечере всех женщин – блондинок, шатенок, брюнеток, совсем молоденьких и зрелых. Она вела себя очень достойно, лишь время от времени уходила в себя или по той или иной причине смущалась. Но и смущение ей было к лицу: в такие моменты ее щеки слегка краснели, придавая всему облику еще больше очарования и невинности...

Спустя полчаса на небольшую сцену в дальнем конце зала поднялись музыканты.

Бертрам молился про себя, чтобы музыка заиграла медленная. И получил, чего желал.

– Потанцуем? – спросил он у Деборы, боясь услышать отказ. Но она согласилась.

Его сердце забилось в два раза быстрее, а голова слегка закружилась, когда ее изящные белые руки легли ему на плечи. Он нежно обхватил ее за талию, и прижимаясь друг к другу, они плавно закружили в танце.

В его душе происходило нечто невообразимое. Впервые в жизни ему хотелось шептать женщине нежные, бессмысленные глупости, впервые в жизни он смотрел на женщину как на божество.

Это смешно, размышлял он, глядя в потемневшие глаза Деборы. Я в восторге от помощницы, которую знаю больше трех лет, вместе с которой преодолел столько трудностей, устранил столько проблем. Хорошо еще, что я не влюблен в нее, а то страдал бы как мальчишка. Ведь эта любовь была бы безответной.

Ему вспомнился разговор с Деборой в парке, и от этого защемило в груди. Она сказала тогда: «Мы с тобой не испытываем друг к другу никаких чувств...»

Как это никаких чувств? – с возмущением спросил он себя. Мы друг друга уважаем, ценим, кроме того, нас влечет друг к другу с мощной силой... Она тоже меня хочет, я это чувствую... Что же еще нам нужно для заключения счастливого брака? Ничего! Когда-нибудь она это поймет. Пусть не сейчас, пусть через несколько месяцев, через год, через пятнадцать, восемнадцать лет, но я заставлю ее в это поверить...

Ему стало вдруг не по себе. Если это произойдет через целых восемнадцать лет, значит, у них будет всего один ребенок, завести других они не успеют, состарятся.

Им овладело гадкое, нестерпимое чувство, очень похожее на страх.

– Скольких детей тебе хотелось бы иметь? – спросил он у Деборы, когда они ехали домой.

Она устало зевнула, прикрывая рот маленькой ладонью.

– Не знаю. У родителей я была одна и от этого страдала. Мне всегда казалось, что в нормальной семье просто должно быть несколько детей. Но теперь я думаю иначе, так как давно поняла, что в жизни все гораздо сложнее, чем представляется в детстве.

– И все же? – настаивал Бертрам.

– Понимаешь, у меня была полноценная семья, – с оттенком раздражения в голосе ответила Дебора. – Мама с папой полюбили друг друга, поженились. Пусть даже впоследствии их отношения испортились, началось все так, как должно было. У меня все по-другому, я не могу рассуждать сейчас на подобные темы.

У Бертрама внутри все заклокотало от обиды и гнева, но он ни словом, ни жестом не обнаружил своего состояния.

– Хорошо, тогда скажи, скольких детей тебе хотелось бы иметь, если бы у тебя все сложилось по-нормальному?

Дебора тяжело вздохнула и нехотя ответила:

– Двоих или троих.

– Двоих или троих? – переспросил Бертрам. – А тебе не кажется, что этого слишком мало? Нет, у нас будет четверо детишек, не меньше, – твердо заявил он.

Дебора ответила напряженным молчанием.

В голове Бертрама закрутились безотрадные мысли. Может, она больше не хочет иметь от него детей? Может, мечтает встретить мужчину, которого полюбит, и только тогда задумается о следующей беременности? Может, только уважения и влечения ей недостаточно?

Ни Бертрам, ни Дебора не проронили ни слова, подъезжая к дому, ставя машину в гараж, поднимаясь на лифте на свой этаж.

Бертрам сгорал от желания, оно неотступно преследовало его весь сегодняшний вечер. Он умел соблазнять женщин, но знал, что в отношениях с Деборой обычные трюки неприменимы. И даже не намеревался предпринимать сегодня никаких попыток.

– О чем ты мечтаешь, Дебби? – спросил он, когда они вошли в квартиру и зажгли свет.

Дебора скинула с ног туфли.

– Мечтаю? – Она пожала плечами. – Только не о замке, я ведь уже сказала, тебе сегодня.

– Я серьезно, – тихо и как будто печально произнес Бертрам. – Чего ты ждешь от жизни?

– Того же, чего ждут все обычные люди – ответила Дебора. – Спокойной ночи, Берт.

Подняв туфли с пола, она удалилась в свою спальню. А Бертрам еще долго стоял в прихожей, прислонившись к стене и глядя в пространство.

«Того же, чего ждут все обычные люди» – вновь и вновь повторял он про себя сказанные Деборой слова. Что это может означать?

8

Посреди ночи Бертрама разбудил телефонный звонок. Не открывая глаз, он на ощупь включил ночник и взял трубку.

– Я вас слушаю.

– Бертрам, я, наверное, тебя разбудил, прости, – послышался с другого конца провода голос Арчибалда Энби, человека, ответственного в «Сноу Уайт» за поставки сырья. В данный момент он находился в Дании, в представительстве фирмы. – У меня плохие новости. Мне только что позвонили из Индии. Огромная партия эвкалиптового экстракта, приготовленная для отправки нам, сгорела во время пожара на складе.