Мэрилин Маккинли - Ночные грезы

Она боялась не гнева Джордана, а его презрения и отвращения к содеянному ею. Уйдя так странно, ей показалось, что он продемонстрировал ей и то, и другое.

— Рассел забрал Дани, чтобы заставить тебя выйти за него замуж? — спросил Дэвид.

— Да.

— И?..

Она не могла больше говорить о Расселле.

— Я думаю, мне лучше подняться и посмотреть, как Симона.

Она торопливо пошла к лестнице, дрожа так сильно, что на полдороге ей пришлось остановиться, чтобы не упасть. Оттого, что она все рассказала семье Расселла о себе, Уиллоу почувствовала себя еще хуже.

— Что нового? — взволнованно повернулась к ней Барбара, сидевшая на стуле возле кровати Симоны.

— Ничего. — Уиллоу покачала головой. — Как она? — Она обеспокоенно посмотрела на Симону.

— Она недавно пришла в себя, и я дала ей успокоительное, которое врач прописал тебе, — грустно призналась Барбара. — У нее была истерика. Но теперь, как видишь, она спит.

— Может быть, это к лучшему, — нахмурилась она.

— Как ты? — внимательно посмотрела на нее Барбара.

Она пожала плечами.

— Я чувствую себя так, словно опять заново пережила все случившееся много лет назад. Но сейчас даже это меня мало занимает. Я очень беспокоюсь за Дани.

— Кажется, мистер Стюарт разумный человек, — заметила Барбара.

— Да, — кивнула Уиллоу. — Он… мне показалось, что он поверил мне. Может быть, следовало давно ему все рассказать. Вероятно, он бы помог мне.

— Ты так долго держала это в себе, что я и не думала, что ты кому-нибудь вообще расскажешь. Даже если бы от этого зависело твое счастье, — Барбара внимательно на нее посмотрела.

— Ты видела реакцию Джордана, — сказала она.

— Убийственная, — констатировала Барбара.

— Я ему отвратительна, — мрачно поправила Уиллоу.

— Уиллоу, ты… — Барбара осеклась, услышав звук бьющейся посуды, донесшийся снизу. — Твоему гостю нужна помощь, — быстро заметила она.

Дэвид стоял посреди кухни в окружении осколков двух чашек и блюдец.

— Я хотел приготовить всем чай. Прошу… Прошу прощения. — Он начал подбирать осколки.

Уиллоу опустилась на колени, чтобы помочь ему и, поддавшись какому-то чувству, схватила его дрожащую руку.

— Все будет хорошо, — убеждала она его. — Дани скоро будет дома.

Он посмотрел на нее измученными глазами.

— Если мой сын обидит ее… я убью его! — прошептал он.

— Тогда тебе придется встать в очередь, — прохрипел Джордан. — Уиллоу, ты не…

— Дани! — Она видела только крошечную фигурку, стоявшую перед ним. Она поднялась с колен и бросилась через всю комнату, чтобы обнять свою испуганную дочь. — Дани! Дани! Дорогая, с тобой все в порядке? — Она и плакала и смеялась одновременно, ощупывая дочь, чтобы убедиться, что это не сон и не галлюцинации ее больного воображения.

— Мамочка! — Крошечное, мокрое от слез лицо прижалось к ней. — Папочка ударил Барбару и…

— Не волнуйся, дорогая, — быстро проговорила Уиллоу. — Барбара наверху с бабушкой.

Дани застенчиво посмотрела на деда и спрятала лицо на шее у Уиллоу.

— Джордан, где ты… как ты?..

— Почему бы тебе не отвести Дани наверх и не искупать ее? — мягко предложил он. — Мы поговорим после.

— Но…

— Пожалуйста, Уиллоу. — Он показал на Дани. — Она поела и теперь хочет спать.

Только Дани существовала для нее на всем свете, пока она несла ее наверх, тихо с ней разговаривала, убеждая, что теперь она в безопасности. Уиллоу не знала, где и как Джордан нашел девочку, но она бесконечно была ему благодарна за это.

Дани опять заплакала, увидев Барбару, но когда успокоилась, позволила Уиллоу отнести ее в ванную.

— Папочка водил меня к себе на работу, — начала рассказывать Дани, очутившись в пенной воде. — Он показывал мне, как нажимать кнопки на компьютерах. А потом мы ели сэндвичи и пили сок из машины. Но я знала, что ты и Барбара будете волноваться обо мне, потому что я не сказала, куда пошла. И еще папочка ударил Барбару…

— Это получилось случайно, — солгала Уиллоу. Глаза ее сияли, когда она смотрела на свою красавицу-дочь. Она больше никому не позволит обидеть или расстроить ее.

— Но он ударил ее…

— Совсем несильно, — утешила она, отчаянно пытаясь смягчить кошмар сегодняшнего дня для Дани, понимая, как будет скверно, если она осознает, какая опасность ей грозила. — Примерно так, когда ты захлопнула дверь, а я не успела убрать свои пальцы.

— Он плохо себя вел, — упрямо твердила Дани. — И мне не понравилось в большом здании. И еще не понравились сэндвичи на обед и полдник. Я была очень рада, когда приехал дядя Джордан.

Уиллоу могла представить, как «обрадовался» Расселл появлению Джордана. Ей и в голову не пришло, что Расселл может взять Дани к себе в офис. Слава Богу, что Джордан об этом подумал. Интересно, а где теперь Расселл?

— Конечно, ты обрадовалась, любовь моя, когда увидела Джордана. — Она закутала Дани в полотенце и изо всех сил сжала в объятиях.

— Можно мне молока и печенья? — попросила Дани.

— Конечно можно, дорогая! — улыбнулась она. — Я пойду приготовлю…

— Лучше Барбара. — Дани прижалась к ней. Она казалась очень маленькой и такой ранимой в своей красивой розовой ночной рубашке.

Уиллоу с трудом сдержала навернувшиеся слезы.

— Пойдем попросим ее.

Через полчаса Дани поела и прослушала две сказки, сидя у матери на коленях. Не выпуская дочь из рук, Уиллоу укачала ее, чего не делала с тех пор, когда Дани была младенцем.

Слезы текли по ее щекам, когда она смотрела на спящего ангела в своих объятиях. Она больше не подпустит к ней Расселла. Никогда, поклялась она.

— Уиллоу, — тихо позвала ее Барбара из коридора. — Они хотят, чтобы ты спустилась. Я посижу с Дани, — предложила она, увидев, что Уиллоу не может оторваться от дочери. — Миссис Стюарт выглядит очень воинственно!

Уиллоу нехотя положила девочку в постель, откинула с лица сбившиеся волосы.

— Если он ее обидел…

— Не обидел, — мягко возразила Барбара. — Не беспокойся.

Оглянувшись напоследок на дочь, она вышла из комнаты, зная, что ей нужно поговорить с Джорданом. Но ее терзал страх, что, уйдя на минутку, она навсегда потеряет дочь.

Открыв дверь в комнату, она замерла, увидев Расселла.

Под глазом у него горел яркий синяк, из носа сочилась кровь, рот распух. Кто-то его побил, и недавно.

Уиллоу посмотрела на Джордана. Он выглядел сдержанным, как всегда, но одна щека вспухла, и костяшки правой руки покраснели.

— Как Дани? — тихо спросил он.

— Все хорошо! А что здесь произошло? — нахмурилась она.