Лесли Мэримонт - Роковая женщина

Слишком сильно она влюблена! Что же с ней будет, если их связь когда-нибудь прервется?

А произойти это может в любую минуту. Гордон не думает о женитьбе. Он — плейбой, а плейбои никогда не хранят верность одной-единственной женщине. Сейчас он от нее без ума, но это потому, что она для него в новинку. В его сети впервые попала девственница, и отношения с ней он, возможно, рассматривает, как получение дополнительного сексуального опыта.

— А что произойдет, когда тебе надоест делить со мной свою постель? — рискнула спросить Алекс.

Гордон невозмутимо пожал плечами.

— Я могу задать тебе тот же вопрос, дорогая. Возможно, однажды утром ты проснешься и почувствуешь, что совсем не хочешь заниматься со мной любовью, попросту разлюбишь меня.

Алекс недоуменно уставилась на него. С какой это стати Гордон говорит за нее? Говорил бы лучше за себя, ведь, без сомнения, такое случалось именно с ним.

— Сомневаюсь, что подобное может со мной случиться, Гордон. — Она вовсе не собиралась принимать его циничную правду. — Ты никогда не станешь для меня менее привлекательным. И как только это пришло тебе в голову?!

— Здорово, что ты это сказала! Это так возбуждает… Но… но все влюбленные поначалу так думают, а потом… Поэтому, давай не будем заглядывать далеко. Поживем сегодняшним днем, но возьмем от него все. Кто знает, что сулит нам будущее? Хорошо?

— Хорошо, — согласилась Алекс. — Будем жить, как будто каждый день — последний.

— Умница! А сейчас мне надо сделать несколько важных звонков. — Гордон направился к дверям.

— Разве нельзя позвонить отсюда? — жалобно спросила Алекс, панически боясь остаться в одиночестве.

— Не думаю. По крайней мере, некоторые уж точно нельзя. Сейчас я поеду к себе в агентство. Главное, не волнуйся, все будет хорошо. Только не расслабляйся. И не отвлекайся от главного. Я заеду за тобой в… Когда? В шесть, в половине седьмого?

Алекс глубоко вздохнула. Конечно же, Гордон прав. Не может она постоянно прятаться за его спину. Она должна научиться действовать самостоятельно. И не развалилась же компания, когда Гордона не было. Жизнь продолжается!

— Лучше в семь, — твердо сказала она.

— Вот это по-нашему! — Гордон одобрительно усмехнулся. — Узнаю свою девочку. Но смотри не перетрудись. Оставь силы на вечер, — многозначительно добавил он уже за дверью.

14

— Ты что, очень устала?

Алекс с трудом отвела глаза от десерта, который официант только что поставил перед ней.

— Думаю, это от вина, — сказала она. — Я раньше никогда не пила красного, а оно, оказывается, действует совсем по-другому. От белого мне становилось весело, а сейчас, наоборот, хочется спать.

Гордон грустно улыбнулся.

— Давай-ка, я отвезу тебя домой.

— Не-ет, нельзя! Мы еще не съели наш десерт, а я знаю, сколько он стоит! Целое состояние. Я подглядела цену в меню.

Они сидели в премиленьком, очень дорогом ресторанчике на набережной, с прекрасным видом на залив и с превосходной кухней.

— К черту деньги! Я отвезу тебя домой в кроватку! — Гордон отодвинул стул и поднялся.

Алекс, секунду назад буквально засыпавшая за столом, при слове «кроватка» мгновенно пришла в себя.

Минут через пять они уже направлялись к машине. Нетронутый десерт был аккуратно упакован в коробку, которую Алекс осторожно несла в руке.

— Как мило, что официант позволил взять десерт домой, правда? — попыталась завязать она разговор.

Ее нервы были натянуты до предела, и от напряжения засосало под ложечкой. Что Гордон имел в виду под словом «кроватка»? Кровать, как просто кровать, где положено спать, или кровать, где сон — не главное занятие? Алекс очень надеялась, что имелось в виду все-таки последнее, потому что вряд ли ей теперь удастся уснуть, не завершив то, к чему Гордон стремился с утра. Ей удалось сдержать себя днем, но сейчас желание разгорелось в ней с удвоенной силой, заставив бешено колотиться сердце, стремительно разгоняя по венам кровь.

Алекс опустила стекло, и поток холодного ночного воздуха ворвался в машину. По телу побежали мурашки.

— Да, мило, моя лапочка. — Гордон усмехнулся. — Если еще учесть, что за все уплачено.

— Нет, все равно мило! — упрямо повторила Алекс.

Гордон улыбнулся, поймав в зеркале ее отражение. До чего же он великолепен, когда улыбается, подумала Алекс. Хотя и без улыбки тоже великолепен. Он великолепен всегда!

— Ты права, — согласился Гордон. — Официант мог бы и заартачиться. В таких ресторанах не принято ничего забирать с собой.

— А я с удовольствием съем это попозже, — промурлыкала Алекс. — А то там и так было много еды.

— Отлично! Мы съедим десерт вместе в постели, — поддержал ее Гордон. — Потом…

Алекс закрыла глаза, чтобы легче было представить, как они, обнаженные, будут сидеть на шелковых простынях и поедать шоколадный торт.

— Я все-таки надеюсь, что ты несильно устала? — с легким беспокойством спросил Гордон.

— Нет, но я… я сначала приму ванну.

Теперь, когда стало абсолютно ясно, что он имел в виду, Алекс осознала, что после утреннего душа прошло слишком много времени, а день выдался не из легких. Так, что нелишне было бы освежиться.

— А как насчет того, чтобы принять ее вместе? — поинтересовался Гордон.

Алекс от такой идеи стало трудно дышать.

— Не знаю, понравится ли мне это, — пролепетала она. — Боюсь, что буду тебя стесняться.

— С такой изумительной фигуркой — и стесняться? С таким роскошным телом?!

Алекс сильно удивилась. Гордон считает ее фигуру изумительной? На ее взгляд, фигурка неплоха, но ничего сверхъестественного. Она никогда не занималась спортом, и ее тело было мягким, округлым. Все от Бога — и рост, и высокая, красивой формы грудь, и немного пышные бедра, которые, впрочем, ничуть не портили ее, а наоборот, только добавляли женственности.

Вот ноги, пожалуй, что надо! Длинные, стройные, сильные — они уже в детстве здорово выручали Алекс, когда ей приходилось подолгу шагать за отцом, стараясь не отставать от него.

— Если идея совместного принятия ванны тебе неприятна, — прервал ее раздумья Гордон, — отбрось ее. — Его симпатичное лицо неожиданно стало серьезным. — И вообще, Алекс, я не хочу, чтобы из-за меня ты делала что-нибудь, что самой не хочется. Никогда не делай! — твердо заявил он.

— Спасибо, Гордон. Я буду иметь это в виду. А принимать ванну в компании с тобой мне, наверное, понравится. Да нет, я уверена в этом. Вот глупая! Чего я засомневалась? Это недавняя девственница еще сидит во мне. Будь снисходителен.