Лорин Батлер - Ночь наполнена тобой

В утреннем воздухе раздавались резкие крики соколов. Даже под специальным колпачком их кривые клювы и загнутые когти внушали страх.

Надия рассказала Фелиции, что Рашид сам тренировал птиц в свободное время.

Внезапно одна из них издала резкий крик и расправила крылья. Слуга, держащий ее, усмехнулся.

— Это прекрасный сокол, мисс. Его зовут Сауд.

Фелиция хотела погладить рыжевато-коричневые перья, но чья-то смуглая рука остановила ее.

— Не прикасайтесь к нему!

Надия и Зара одновременно оглянулись посмотреть, на кого так яростно кричит Рашид. Лицо Фелиции покрылось красными пятнами.

— Эти птицы стоят больше двух тысяч фунтов каждая, мисс Гордон, — резко проговорил Рашид. — Они обучены терзать все, что движется, так что поберегите ваши нежные пальчики.

Ком стоял у Фелиции в горле. Ей хотелось резко ответить ему, но она заставила себя промолчать.

— Перестань, Рашид, — примирительно произнесла Надия. — Ничего страшного ведь не случилось? Для тебя эти соколы просто как родные дети!

— Потому что, как и детей, их нужно всему учить, подчинять себе и давать награду, когда они выполняют приказания.

Слуга подал ему кожаную перчатку, расшитую серебром и золотом. Рашид надел ее и пересадил птицу к себе на запястье. Он взял из рук слуги кусочек сырого мяса и протянул соколу. Тот стал рвать его когтями и клювом.

Фелиция почувствовала тошноту и отвернулась. Рашид вернул сокола слуге.

— Такова жизнь, мисс Гордон, — заметив ее реакцию, насмешливо проговорил он. — В пустыне иной раз приходится убивать, чтобы выжить самому.

— Убивать? — повторила она, старясь не смотреть на капли свежей крови на булыжной мостовой.

— В случае необходимости, — холодно добавил Рашид. — Может быть, вы передумали и хотите остаться дома? — Она отрицательно покачала головой. — Что ж, пеняйте на себя. На месте у меня не будет времени заниматься вашим обучением.

Надия и Ахмед уже сидели в «лендровере», а Зара стояла рядом и о чем-то оживленно болтала с сестрой через открытое окно.

Фелиция поспешила к ним, но голос Рашида остановил ее.

— Вы поедете со мной, мисс Гордон, — приказал он. — Зара, садись в машину Ахмеда. Селим, Хасан, — обратился он к слугам, — один из вас пусть поедет с ними, а второй — со мной.

Фелиция бросила беспомощный взгляд на Надию.

— Мисс Гордон, вы заставляете нас ждать, — нетерпеливо поторопил ее Рашид.

Надия дружески подтолкнула Фелицию к машине Рашида.

— Не бойся, он тебя не съест.

Делать было нечего, и Фелиция повиновалась. Селим уселся на заднее сиденье. У него в руках была стопка конвертов.

— Хасан принес почту, сэр, — проговорил он, протягивая письма хозяину.

Тот только мельком взглянул на конверты и завел мотор. Фелиция уже открыла рот, чтобы сказать, что она передумала и не поедет с ними, но было слишком поздно. Ворота со скрипом отворились, и в лучах восходящего солнца машины тронулись в путь.

Фелиция с замирающим сердцем ждала того момента, когда Рашид возьмет письма, но он, казалось, смотрел только на дорогу, и постепенно она стала успокаиваться.

Фелиция закрыла глаза. Он прочтет письмо от Фейсела и тогда… Отогнав эти грустные мысли, она стала смотреть в окно. Жара ощущалась даже в этот ранний час, и скоро Фелиция почувствовала, что ее блузка взмокла от пота.

Дорога казалась Фелиции однообразной, — все песчаные холмы были похожи друг на друга.

Она заметила, что во время их пути солнце постоянно светило слева и поняла, что оно служит ориентиром в дороге.

Незадолго до полудня Рашид сделал остановку, кивком показав ей, что она может выйти из машины.

В ее волосах и одежде было полно песка, залетавшего в окно из-под колес. Покачнувшись, она с трудом спрыгнула с высокой подножки.

— Наверное, у тебя затекли ноги? — участливо улыбнулась ей Зара.

— Немного.

Фелиция оглянулась на Рашида и увидела, как он взял письма из машины.

— Охота начнется прямо сейчас? — стараясь, чтобы ее голос не дрожал от волнения, спросила она Зару.

Неужели он станет читать их здесь?

— Сначала мы отдохнем и подкрепимся. Мужчины выпустят соколов, а мы поедем вслед за ними в «лендровере». Иногда птицы пролетают несколько миль, не найдя ни единой жертвы. Так что охота может затянуться надолго.

Глаза Ахмеда блеснули.

— Мне кажется, что это должно напомнить вам английские правила честной игры, мисс Гордон. В природе каждый борется за свое существование, и охотник побеждает жертву только хитростью и терпением.

Рашид молчал во время этого разговора. Он искоса взглянул на Фелицию, и она поймала его взгляд.

Когда же он распечатает письма? После завтрака?

Соколы издавали резкие, хриплые крики, почувствовав близкую свободу. Взяв стакан с соком из рук Зары, Фелиция села рядом с ней, вытянув затекшие ноги. Потом легла на песок и закрыла глаза.

— Как вам понравилась пустыня, мисс Гордон? — Подняв ресницы, она встретилась с пристальным взглядом Рашида. — Согласитесь, это величественное зрелище, — медленно проговорил он, оглядываясь вокруг. — Когда я попадаю сюда, то каждый раз удивляюсь, как мог столько времени провести в замкнутом пространстве, словно животное в клетке. Но ведь даже самые свободные из нас чем-нибудь да связаны. Чем больше ответственность, тем крепче цепи, опутывающие нас. Женщина, которая решится разделить жизнь с таким мужчиной, как я, должна хорошо понимать меня и любить то, что люблю я.

— Как ваша бабушка?

— Она была исключением, — Рашид снова и снова повторял эти слова. — Не многие из женщин смогли бы бросить все ради любви к мужчине. Тогда моя семья не была так богата, как сейчас, и жизнь была тяжелой. Я не могу представить, чтобы вы, с вашей изнеженностью и капризным характером, могли отказаться от своих привычек, чтобы посвятить себя любимому человеку.

— Вы меня совсем не знаете, — тихо ответила Фелиция. — И видите во мне только то, что хотите видеть.

— Когда вы сердитесь, — неожиданно мягко сказал он, — ваши глаза горят зеленым огнем. А когда я целовал вас, они были бездонными, как озера.

— Рашид, Фелиция, вы будете есть?

Фелиция не знала, радоваться или огорчаться тому, что Надия прервала этот разговор. Она вскочила на ноги.

После того, как с завтраком было покончено, мужчины занялись соколами.

— Это то время, когда мы становимся для них обузой, — предупредила ее Надия. — После того, как птицы взлетят, «лендроверы» поедут следом. Я на твоем месте села бы в переднюю машину и постаралась ничего не пропустить из этого захватывающего зрелища. Но учти, теперь мужчины не дадут никаких поблажек женщинам-пассажирам, потому что для них становится делом чести не потерять сокола из виду.