Лорин Батлер - Ночь наполнена тобой

— Раньше мужчины ставили палатки и готовили на открытом огне, но теперь все стало гораздо цивилизованнее. Мы пользуемся спальными мешками и возим с собой специальные передвижные кухни. — Надия засмеялась. — Рашиду это не нравится. Он предпочел бы, чтобы все оставалось по-старому, но мама всегда беспокоилась, что Фейсел что-нибудь спалит или отравится полусырой пищей, и в конце концов дядя сдался.

Это звучало весьма заманчиво — широкие пространства пустыни, мужчины в длинных белых одеяниях, сидящие у костра под черным небом, усыпанным яркими звездами. Фелиция подавила вздох. Дядя Джордж никогда не любил пикников.

— Не беспокойся, Ахмед обязательно убедит Рашида взять с собой женщин. Он сделает это, — мрачно добавила она, — иначе сам не поедет.

Фелиция расхохоталась. Надия была так непосредственна. Уважение к старинным обычаям естественно уживалось в ней с современными взглядами, и нетрудно было понять, почему Ахмед обожает свою жену.

Он вошел на женскую половину, и легкая улыбка появилась на его лице.

— Рашид согласился, чтобы вы все ехали с нами на охоту. Не могу сказать, что легко убедил его. Мне пришлось потратить немало времени на уговоры. Мы отправляемся завтра утром с первыми лучами солнца. Рашид не собирается делать вам никаких поблажек. Он говорит, что, если вы хотите ехать с нами, то будете делать все наравне с мужчинами.

— Как это похоже на него! — Надия надула губы. — Он больше заботится о своих соколах, чем о нас.

— Возможно, — согласился Ахмед и задумчиво взглянул на Фелицию, игравшую с Зайадом. — Это твоя первая поездка в пустыню, не так ли, Фелиция? Надия посоветует тебе, что надеть. — Он нахмурился.

Может быть, Рашид не хотел брать ее с собой, потому что она не член семьи? Фелиция внимательно взглянула на Ахмеда, но он молча повернулся и вышел.

Немного позже Надия зашла в комнату Фелиции, чтобы сказать, что нужно взять с собой.

— Надень джинсы, — проговорила она, — и рубашку с длинными рукавами. У меня есть ботинки, которые должны тебе подойти. Они защитят тебя от камней и укусов скорпионов.

— Рашид не хотел, чтобы я ехала, не так ли? — прервала ее Фелиция, желая знать правду, как бы больно это ни было.

Надия смущенно потупилась, и Фелиция поняла, что попала в точку.

— У нас принято, чтобы каждую девушку сопровождал мужчина, который отвечает за ее безопасность, — пояснила она. — В отсутствие Фейсела Рашид должен заботиться о тебе. Зара и я привыкли к пустыне, а ты с ней совсем не знакома. — Она улыбнулась. — Мы все любим тебя, но попытайся понять…

— Понять что? Что ваш дядя считает меня обузой? Это мне давно ясно.

Надия прикусила губу, глаза ее потемнели.

— Прости меня, Фелиция, но мне почему-то кажется, что твоя враждебность к Рашиду скрывает совсем другие, противоположные чувства.

Бросив быстрый взгляд на ее лицо, Фелиция поняла, что та обо всем догадалась. Но она была слишком горда, чтобы признаться в своих чувствах.

— Если ты имеешь в виду любовь, то знай: девушка, которая полюбит твоего дядю — или круглая дура или просто мазохистка.

Фелиция увидела замешательство на лице Надии и обрадовалась, думая, что ей удалось выкрутиться. Но тут же поняла, что смущенный взгляд молодой женщины устремлен не на нее, а куда-то дальше. Фелиция оглянулась и увидела Рашида, с выражением холодной ярости на лице прошедшего мимо.

— Ты думаешь, он слышал мои слова?

Надия испуганно взглянула на нее.

— Мне очень жаль… Я не подозревала, что он может оказаться так близко.

Фелиция пожала плечами, пытаясь сделать вид, что ей это безразлично. Еще один камень в стене, разделяющей ее и Рашида, уже не играл никакой роли.

— Не беспокойся, это неважно. — Она улыбнулась. — В конце концов, он ни разу не дал понять, что я ему нравлюсь. Мне кажется, что он даже доволен тем, что услышал. Подтвердились его самые худшие предположения относительно меня.

— Разреши мне все объяснить ему, — проговорила Надия, но Фелиция отрицательно покачала головой.

Какой в этом смысл? Тогда уж нужно признаться во всем: что Надия догадалась о ее любви к Рашиду, и, чтобы защитить себя, она сказала то, что он услышал. Но это невозможно.

— Зачем что-то объяснять? Пусть думает, что хочет.

— Это все из-за меня, — виновато пробормотала Надия. — Мне не нужно было дразнить тебя.

Когда она ушла, Фелиция невидящим взглядом уперлась в стену, потом перевела глаза на одежду, висевшую в шкафу. Скоро он будет пуст. Как только Рашид получит письмо от Фейсела, настанет час расплаты. Ах, если бы ее возвращение домой не зависело от семейства Фейсела!

Как и предупреждал Ахмед, в день поездки Рашид велел дамам на рассвете собраться во внешнем дворике.

Натягивая джинсы в полумраке наступающего утра, Фелиция, зевнув, огляделась. Снизу, из дворика, раздавались звуки пробуждающейся жизни. Небрежно расчесав волосы, она завязала их лентой. Следуя совету Надии, она добавила толстый ворсистый свитер к тем необходимым предметам, которые Рашид заставил взять каждого — смене белья, чистой рубашке, паре шерстяных носков и солнечным очкам.

Она могла видеть из окна нескольких слуг, грузивших вещи в «лендроверы». Надия пригласила ее в свою машину. Фелиция обрадовалась этому, потому что ее совершенно не привлекала перспектива ехать с Рашидом.

В одной из комнат для них уже был накрыт завтрак. Фелиция принудила себя проглотить хоть что-нибудь, хотя в столь ранний час есть совершенно не хотелось.

Перед отъездом Зайад расцеловал всех присутствующих и покорно поплелся вслед за няней.

— Он просто прелесть, — вырвалось у Фелиции.

— Мы заботимся о детях гораздо больше, чем вы на Западе, — холодно заметил Рашид.

Это было несправедливое обвинение, и резкий ответ уже вертелся у нее на языке, но она поняла, что эта словесная перепалка может испортить настроение остальным. Героически обуздав себя, Фелиция только вежливо улыбнулась и, встав со стула, собралась последовать в машину, где уже сидели Надия и ее муж.

Первые лучи солнца осветили горизонт, вспыхнув на огромном овальном медном блюде, лежащем на маленьком столике в столовой. Фелиция машинально взглянула на него, и кровь застыла в ее жилах. Там лежало несколько конвертов. Адрес на одном из них, предназначавшемся Рашиду, был, без сомнения, написан рукой Фейсела.

Она подошла к столику с желанием засунуть злополучный конверт куда-нибудь подальше, чтобы последние дни ее пребывания здесь не были омрачены скандалом. Но в это время Надия позвала ее.

В утреннем воздухе раздавались резкие крики соколов. Даже под специальным колпачком их кривые клювы и загнутые когти внушали страх.