Натали Вокс - Дочь старого друга

Вирджиния поднялась к Митчу, снова уселась рядом и стала терпеливо ждать.

День тянулся медленно. Приходили горожане, выражали сочувствие, предлагали помощь. К тому времени, как стемнело, Вирджиния настолько ослабела, что Дорис почти силой заставила ее съесть немного супа. Затем Вирджиния снова свернулась клубочком рядом с Митчем, готовясь провести еще одну мучительную длинную ночь.

Митч открыл глаза и недоуменно нахмурился, пытаясь понять, как он оказался в этой темной комнате. Он повернулся к женщине, прижавшейся к нему, не сразу сообразив, кто она такая.

— Джинни? — позвал он слабым голосом.

Она прижалась к нему теснее и что-то пробормотала во сне.

— Неплохо бы выпить чашечку свежих сливок, — сказал он громче.

Она открыла один глаз и недоверчиво посмотрела на него.

— Так поздно… О господи, неужели ты очнулся!

Ее возглас болью отозвался в голове Митча, и он простонал:

— Ох, как болит голова.

Вирджиния спрыгнула с кровати и зажгла лампу.

— Тетя! — закричала она. — Тетя, идите сюда скорей!

Через мгновение в комнату влетела Дорис, на ходу запахивая полы своего халата.

— Что случилось? Ох, неужели этот парень наконец решил уделить нам немного внимания?

— Неужели это не сон, тетя Дорис? — радостно спросила Вирджиния.

— Нет, если только и я не сплю. Но танцевать среди ночи ради его удовольствия — это не то, о чем я мечтала.

Митч сел на кровати и прикоснулся к своей голове. Он вздрогнул, проведя пальцами по толстой повязке, и взглянул на перевязанное плечо.

— Кто-нибудь мне объяснит, что, черт возьми, со мной произошло? — спросил он женщин.

Вирджиния не знала, смеяться ей или плакать.

— Ты ударился головой, — попыталась она объяснить.

— Так вот почему ты так счастлива? — через силу пошутил Митч.

— Нет, я счастлива потому, что ты в конце концов очнулся.

— В конце концов?.. — удивился Стоун.

— Ты так сильно ударился головой, что был без сознания почти два дня, — вмешалась Дорис.

Пораженный, Митч перевел глаза на свое плечо.

— А это?.. — Даже слепой не мог не заметить, как покраснела Вирджиния. — Уж не ты ли выстрелила в меня?

— Не знаю, как это получилось, — пробормотала она. — Я выстрелила в Легри, чтобы спасти тебя, но пуля прошла сквозь него и зацепила твое плечо.

Митч согнул руку и поморщился, почувствовав сильную боль.

— Кажется, не просто зацепила… А что с Легри?

— Он уже покойник…

— А Келли? — удовлетворенно кивнув, продолжал расспрашивать Митч.

— Раскаяние из-за того, что он спрятался за деревом, до сих пор гложет его, — рассмеялась Дорис, — но, тем не менее, выглядит он прекрасно.

— Ты голоден? — спросила Вирджиния.

— Да, я готов проглотить…

— Большой кусок пирога? — подсказала она. Митч только улыбнулся. — Политый толстым слоем крема из хорошо взбитых сливок? — Женщины переглянулись и прыснули от смеха.

26

Вирджиния спешила на телеграф. Митч уже начал подниматься, и доктор сказал, что его жизнь вне опасности. Надо было отправить телеграмму, что с ним все в порядке. Оставалось только надеяться, что Стоуны еще не выехали в Логан. Однако когда она подходила к телеграфу, неподалеку остановился дилижанс. Такого количества багажа она еще не видела, и с трепетом подумала, уж не родственники ли это Митча.

Первым из дилижанса вылез мужчина, и Вирджиния поняла, что ее догадка подтвердилась. Этот джентльмен был копией Митча, хотя и выглядел старше лет на двадцать. Он помог спуститься женщине средних лет в элегантном платье. Вероятно, это была миссис Стоун. Следом за ней вышла седая, грозная на вид старая дама, опиравшаяся на трость. И наконец из дилижанса выпорхнули две молодые леди. Одна из них была очень похожа на миссис Стоун. А другая… Ее вид просто изумил Вирджинию. На вычурной прическе непонятно как держалась замысловатая ярко-розовая шляпка. Множество оборок украшало платье. Тонкий рот изгибался в капризной гримасе, а глаза надменно взирали на окружающих.

Вирджиния заторопилась к приезжим и неуверенно произнесла:

— Здравствуйте. Простите, вы Стоуны?

— Да, я миссис Стоун, — подтвердила старая дама, с любопытством взглянув на нее.

Модная же красотка, пренебрежительно осмотрев Вирджинию, протянула:

— А вы-то кто?

— Вирджиния Холден. Это я послала вам телеграмму. — Пять пар встревоженных глаз уставились на нее, и она поспешила улыбнуться: — Я счастлива сообщить вам, что Митч вчера ночью пришел в себя, и сегодня ему намного лучше. Доктор говорит…

— Митч? — взвизгнула модная девушка.

— Да, Жаклин, — вмешалась другая девушка, — именно так зовут моего брата.

— Где мой сын? — обратилась к Вирджинии мать Митча.

— Сейчас он живет у нас с тетей… — нерешительно ответила она.

— Так он живет с вами или с вашей тетей? — негодующе поинтересовалась Жаклин. — Почему он не в больнице?

— Жаклин, пожалуйста, — перебил ее мистер Стоун. — Молодая леди сказала, что он пришел в себя, и его жизнь вне опасности. Я уверен, что с Митчем все в порядке.

— Все в порядке? — передразнила его миссис Стоун. — Эта женщина прислала нам телеграмму, из которой следовало, что наш сын при смерти. Как же это понимать, что у него уже все в порядке?

— Но ему на самом деле гораздо лучше. Вы можете сами убедиться в этом. Вам придется спуститься вниз по этой улице, повернуть налево, а там вы увидите дом моей тети.

Вздернув нос, Жаклин подхватила под руку мать Митча, и они зашагали к дому Дорис. Мистер Стоун последовал за ними.

Ошеломленная Вирджиния повернулась к пожилой даме с тростью и сестре Митча.

— Если вы не против, я покажу вам дорогу, — предложила она.

— Ты видишь, Кэтлин? — спросила пожилая леди.

— Я сразу заметила, — кивнула сестра Митча. — Как ты думаешь, это что-нибудь значит?

— Мне кажется, это значит именно то, что значило не одну сотню лет, — загадочно усмехнулась старая леди.

Вирджиния решила, что у этого семейства явно не все дома. Она заметила, что глаза обеих дам прикованы к ее платью. Проследив за их взглядами, она поняла, что они уставились на золотую брошку, ослепительно сиявшую в лучах полуденного солнца. К счастью, она не забыла достать ее из кармана убитого Тома Легри.

— Какая прелестная вещица, и дорогая, наверно, — проговорила сестра Митча. — Откуда она у вас?

Вирджиния притронулась к брошке. Митч говорил, что это семейная реликвия. Возможно, его родные возмущены тем, что она носит ее, и собираются потребовать, чтобы она вернула им брошь.