Четыре любовницы и ни одного классического СЛР - Екатерина Стрелецкая

— Нет, девочки, не моя «тема». Я про такое писать не могу. Да и далека от богемной жизни. Надо матчасть изучить, а то проколоться элементарно. Читатели не поймут и сбегут, крутя у виска.

Алика Великолепная:

— (*изобразила закатившиеся глаза) Что там писать-то? Больше роскоши, блеска, денег у главного героя. И на роль главной героини возьми серую мышку. Бедную, но гордую. С какими-нибудь принципами. И чтобы она с ним боролась. Точнее, отвергала все эти понты и деньги. Чтобы проникся.

— И научила олигарха ездить на метро, а одеваться в подвале с китайским ширпотребом. Чтобы ближе к народу был. Лобстеры? Фуа–гра? Шаверма! Вот наш ответ мишленовским изыскам! — мысленно продолжила Таша.

Осса Гринрейд:

— Или пусть это будет избалованный мажор и простая студентка. Которая от него «залетит», а он её на аборт отправит, но она сбежит и там любовь–морковь, гордость, страдания, встреча через время. Точно! Пусть двойню родит и хлеб без соли доедает. Икрой он её попозже накормит. И пожалостливее пиши. Читательницы от такого «тащатся, как уж по стекловате». Это же «классика» СЛР!

Алика Великолепная:

— А ещё лучше взять беременную героиню, которой случайно сделали ЭКО от олигарха. В клинике перепутали. Драматизма выше крыши будет!

— Капец, — подумала Таша, морально поглаживая рыдающую после прочитанного логику.

Люда Соммер:

— Или пусть ОН влюбится, украдёт и добивается её, доказывая фантастическим непрерывным сексом свои чувства. До тех пор, пока героиня не поймёт, что любит его.

Логика всхлипнула и в каждую руку взяла по табличке. В правую с надписью «АБЬЮЗ», в левую — «СТОКГОЛЬМСКИЙ СИНДРОМ».

Алика Великолепная:

— Вот, девочки дело говорят! Верное дело, пиши! И побольше пафоса и богатства.

Таша попыталась «отмазаться»:

— Нет, девочки, я ж в этом не разбираюсь. Ну, что я напишу?

'Олигарх и мультимиллионер в одном лице, Эго Понтович Биткоинов-Валютный имел небольшое пристрастие: он коллекционировал редкие и дорогие часы. Самый невзрачный экземпляр из его собрания стоил столько же, сколько небольшой благоустроенный остров в Средиземном море"?

«Марго посмотрела, как он садится в свой роскошный автомобиль и вспомнила, как пару недель назад все таблоиды, как с ума посходили, описывая последнюю модель одного из элитных брендов в эксклюзивной сборке. Так же сообщалось, что таких машин было выпущено всего три. Одна разместилась в гараже Папы Римского, вторая была приобретена арабским шейхом, а третья была доставлена нефтяному магнату. Как же они ошибались! Машин оказалось четыре, судя по тому, что она увидела»

Осса Гринрейд:

— Пффф… Не мудри, мать! К чему такие сложности? Напиши проще: «Он носил на руке охрененно дорогие часы марки 'Р*», или «РМ*», или «А. Л. З*», или «ПФП*» а ездил на редкой машине фирмы «Б*», или «М*», или «Л*». Что тут разбираться? Погугли самые дорогие бренды и слегка зашифруй. И народ догадается быстрее, и модеры не обвинят в незаконной рекламе брендов. Жаль, нельзя в открытую марки указывать, столько проблем из-за этого с описанием богатых. Печалька. Хнык–хнык.

Осса Гринрейд:

— Не дрейфь, Ната! Народ тоже в этом не разбирается. А ты себе аудиторию расширишь! Ещё и денежек «срубишь».

Логика недоумённо вытаращилась, пискнув: «А как же уважение к читателю? Изучение матчасти? Может не все предметы роскоши сочетаются и олигарх будет выглядеть, как провинциал в стиле 'до-боха-су»: «дорого-бохато-сусально»?

Люда Соммер:

— Не хочешь про мультимиллиардеров писать, зря, кстати, работающая «тема», напиши про измены. Вот чтоб накал страстей, письма любовниц, тонна компромата… Чем алогичнее и безумнее, тем лучше! Интрига сразу «попрёт», продажи ' нетленки' взлетят. Не знаешь, с чего начать — подсмотри сюжет у кого-нибудь с высокими рейтингами. Скопируй, добавь чуточку «своего» и получишь шедевр!

— Логика из меня попрёт. На выход. Вместе с совестью. И, помахав платочком, возьмут билет в один конец. Куда-нибудь подальше. Без шансов на возвращение. — Пробормотала Таша.

Алика Великолепная:

— Давай, выходи за рамки своего фэнтези. Там и так конкуренция большая. Надо двигаться вперёд! Лиши свой костный фэнтезийный мозг девственности!

— Косный! Косный мозг! — вопила логика, воинственно размахивая словариком.

Таша свернула чат и задумалась. Действительно, может она зря себя ограничивает, лишая своих читателей возможности читать у неё и другие жанры? Открыв новый файл, Таша застучала пальцами по клавишам:

— Здравствуйте, вы меня не знаете, но настал момент пообщаться с вами. Ваш муж спит со мной…

Таша. Творческие муки.

Таша прочла написанное и, грустно вздохнув, захлопнула крышку ноутбука. На кухню зашёл Слава, держа неизменную кружку со свежесваренным кофе в правой руке и свежий выпуск журнала для работников кадров в левой. Чмокнув супругу в макушку, он подошёл к микроволновке и нажал на кнопку, чтобы разогреть блинчики. В ожидании сигнала, оповещающем о готовности, мужчина сел за стол напротив жены.

— Слав? — осторожно протянула Таша.

— М?

— Скажи, пожалуйста, вот если бы у тебя завелась…

— Заводятся только блохи у собак! — не отрываясь от статьи, парировал муж. — Кстати, попшикай, пожалуйста, Ричи средством от них, а то он вчера как-то подозрительно чесался…

— Хорошо. — Таша снова открыла ноутбук и добавила заметку в электронный ежедневник.– Ответь, пожалуйста, вот если бы к нам явилась твоя…

— Являются только черти во сне! — перелистнув очередную страницу, Слава нравоучительно поднял указательный палец вверх и сделал ещё один глоток любимого напитка.

— СЛАВА! — Таша раздражённо вскочила на ноги и, вцепившись пальцами за край стола, нависла над мужем.

От неожиданности мужчина подпрыгнул на месте, едва не расплескав кофе, а Таша быстро выпалила:

— Скворецкий, а ну живо говори: будь у тебя любовница, ты бы мне о ней сообщил? Если да, то каким образом? И как я бы отреагировала на этот факт?

Слава изумлённо вытаращился на жену поверх золотистой оправы очков:

— Не понял…

Таша обессиленно рухнула назад и схватилась за голову обеими руками:

— Ну, Слаааав, мне надо знать! Очень!

За пятнадцать с лишним лет совместной жизни с супругой Слава Скворецкий, казалось, привык ко всем её «особенностям». Точнее, к особенностям её «творческих тараканчиков», которые иногда оказывались вполне себе такими крупными, мадагаскарскими. Но Наташа всё равно не переставала время от времени удивлять. Вот и к вопросам о любовнице жизнь его явно не готовила.

— А зачем? — осторожно поинтересовался, Слава.

— У меня сюжет не идёт… — жалостливо хныкнула Таша.

Слава глубоко вздохнул и медленно выдохнул, возведя очи горе к потолку.

— Давай