Сью Краммонд - Колокола счастья

— Очевидно, хотел, чтобы его любили за прекрасную светлую душу, а не за финансовое благополучие. — Матильда нахмурилась и поделилась своими сомнениями. — Но мне почему-то кажется, что он взглянул на мою конуру и перепугался, что я присосусь к нему как пиявка, если узнаю о его туго набитом бумажнике.

— Но ты же рассказывала о его квартире. Ты не поинтересовалась, откуда у него средства на нее?

— Конечно. Он сказал, что взял кредит под чудовищные проценты.

— Наверное, ты была потрясена, когда явилась на собеседование и узнала, что он глава отделения фирмы? — с искренним сочувствием сказала Берта.

— Еще бы. Я была даже не в состоянии рассказать вам об этом. Думала, начну говорить и завою в голос.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я избил его? — поинтересовался возмущенный Чарлз.

— Представляю сенсационные заголовки в газетах, — усмехнулась Матильда.

— «Известный конезаводчик Чарлз Бэллистен избивает обольстителя сестры!», — предложила один из вариантов Берта и помахала пальцем перед носом мужа. — Даже думать не смей, слышишь?

На следующий день в три минуты третьего Матильда вышла из конторы и направилась к парку, хотя и намеревалась опоздать не меньше чем на полчаса. Завернув за угол, она сразу увидела Рэнди, небрежно облокотившегося на ворота. На нем была клетчатая рубашка и джинсы, а совсем не строгий деловой костюм, будто он и не собирался в этот день на работу. В руках он держал большой коричневый пакет с эмблемой «Макдоналдса». И был он так хорош в этом непритязательном наряде, расслабленный и никуда не торопящийся, что сердце Матильды запрыгало в груди, как цирковой лев через горящий обруч.

Когда она приблизилась, он выпрямился и улыбнулся.

— Привет, не сразу узнал тебя. Ты непривычно выглядишь в строгом костюме.

— А тебе и незачем привыкать ко мне, — холодно ответила она.

Рэнди вспыхнул, но сдержался, глубоко вдохнул, выдохнул и предложил:

— Давай начнем заново. Привет, Тильда.

— Привет. Где моя сумка?

— Не спеши. Давай немного пройдемся.

— У меня мало времени.

Он иронически усмехнулся.

— Что-то я сомневаюсь, что Чарлз вычитает у тебя из жалованья, если ты задерживаешься на несколько минут после ланча.

— Не вычитает. Но это совершенно не значит, что я свой перерыв проведу в твоем обществе.

— Почему бы и нет? — спросил Рэнди и пошел по дорожке, так что Матильде ничего не оставалось, как присоединиться к нему, если она хотела получить свою сумочку.

— Потому что мы больше не друзья, — заявила Матильда.

— Я глубоко сожалею об этом, — внимательно посмотрев на нее, сообщил он.

И она, как же она сожалела об этом! Если бы у нее хватило смелости быть честной хотя бы с собой, то она призналась бы, что больше всего ей сейчас хочется отправиться с ним гулять по парку.

— Я смотрю, ты нашел университет. — Изумительно глупое замечание! — расстроилась Матильда. Нашла, как продемонстрировать свой острый ум и находчивость.

— Трудно было заблудиться, — сказал Рэнди и указал налево, подальше от суеты, царящей в университетском городке. — Пойдем туда.

Вскоре они оказались у небольшого, довольно уединенного пруда, о котором Матильда хорошо знала. Но ей и в голову не приходило, что пруд известен Рэнди.

— Я заранее провел рекогносцировку, — пояснил он, словно прочитав ее мысли.

— Что ж, считай, что тебе снова удалось произвести на меня впечатление, — усмехнулась она.

— Мне не надо было делать этого, — помолчав, сказал Фрейзер.

— Чего?

— Приглашать на второе собеседование, чтобы поразить тебя. Хотя в оправдание могу сказать: не ожидал, что ты явишься.

— Я пришла единственно в надежде застать тебя, погруженного с головой в работу, и гордо прошествовать мимо, — призналась она. — А потом я собиралась поблагодарить мистера Парсона за оказанное внимание и вернуться к той работе, которую Чарлз предназначал специально для меня.

— А вместо этого подверглась сексуальному нападению со стороны босса, — с отвращением к самому себе сказал Рэнди. — Удивляюсь, как это ты не подала на меня в суд!

— Черт, — воскликнула Матильда, — эта мысль не пришла мне в голову! Какую возможность я упустила!

— Ты можешь в любую минуту вернуться и позволить мне сделать это заново.

— Если я позволю, это уже не будет нападением, — резонно возразила она.

— Верно. Давай сядем вон под теми деревьями, — предложил Рэнди.

— Пойдем, — радостно ответила она. — Мы раньше часто приходили сюда со Стэном и Лорой после школы и лакомились гамбургерами и картошкой. Они были удивительно вкусными, наверное потому, что мама запрещала их есть.

Рэнди рассмеялся и опустился на траву.

— Садись. К сожалению, я не знал, что ты привыкла есть здесь гамбургеры, но кое-что все-таки принес. — Он открыл пакет.

— А что у тебя там? — полюбопытствовала Матильда.

— Сандвичи с тунцовым салатом.

Она вдруг почувствовала, как сердце ее болезненно сжалось: он не забыл их ланча на Лебяжьем озере!

— Чудесно, — чуть охрипшим голосом ответила она. — А если отдашь мою сумку, то я найду там бумажные платки.

— Какая запасливая девочка!

— Что-то во мне протестует против «девочки», — заявила она, разворачивая упаковку и с наслаждением откусывая от сандвича.

— Но это именно то, кем ты являешься. Просто девочка, — сказал Рэнди. — Особенно сегодня, в этом деловом костюме, будто малышка, примерившая мамины туфли. Ты кажешься моложе своих лет.

Она опустила глаза и продолжала молча есть, купаясь в звуках его голоса, в нежных словах. Потом сказала:

— Наверное, мне стоит надевать его чаще.

— Ты выглядишь утомленной. Что, Чарлз загружает тебя работой?

— Обычное дело, когда происходят такие большие события, как ярмарка и аукцион.

Когда они доели, Рэнди подошел к воде, вымыл руки и намочил несколько салфеток. Вернувшись, предложил их ей. Матильда молча вытирала руки, остро чувствуя его близость, ощущая жар его тела.

— Не волнуйся, — мягко произнес он, — я не собираюсь целовать тебя. Во-первых, это все же общественное место…

— Жалко, что ты не подумал об этом накануне, — сказала она.

— Да, а вот и второе. Моя губа еще слишком болит после вчерашнего. Если только вдруг, — хитро улыбаясь, добавил он, — тебе захочется поцеловать меня по-другому.

— Не особенно, — не моргнув глазом, солгала она.

— Жаль. Кстати, Тильда, ты только что так естественно упомянула о своей маме. Наверное, уже пришла в себя после неожиданных откровений…