Джоу Росс - Рорк – искатель приключений

– Мне нужен код, чтобы открыть ворота. – Нетерпеливые нотки в голосе Сахара свидетельствовали, что тот повторяет это уже не в первый раз.

Рорк вернулся из охотничьего домика к действительности, но названная им последовательность чисел оказалась неправильной.

– Как бы вам не пришлось вспоминать код всю ночь, – сказал Сахар. – Я обещал доставить вас вечером и к ночи добраться до Ибервилла.

– Дайте мне одну минуту.

Вторая попытка была не более успешной. Короткое ругательство Сахара наводило на мысль, что он такого же мнения о памяти Рорка, как и о его мастерстве на футбольном поле.

– Может, я сам буду нажимать на кнопки? – предложил Рорк. – Когда об этом думаешь, получается только хуже.

Сахар безропотно поменялся с ним местами.

Закрыв глаза, Рорк постарался сосредоточиться. Затем открыл глаза и попытался набрать код снова. К счастью, его пальцы усвоили то, что вылетело из памяти, и в этот раз ворота послушно заскользили в сторону, давая возможность въехать во двор; использовав ту же методику, он открыл двери гаража.

– Я сообщу вашему брату, что вы добрались домой в целости и сохранности, – сказал Сахар. Выражение лица у него оставалось загадочно-непроницаемым, как у сфинкса, но Рорку показалось, что он уловил проблеск если не сердечности, то по крайней мере уважения, когда плешивый гигант упомянул его брата. – Будьте осторожны.

– Постараюсь. – Рорк протянул ему руку, и она полностью исчезла в массивной темной ладони Сахара. – Огромное спасибо. Можно сказать, вы спасли мне жизнь.

– Такая у меня работа, – растягивая слова, произнес Сахар. – Вместо того чтобы лупить белых парней по задницам, теперь я охраняю их.

Эта мысль, очевидно, невероятно его позабавила, и, выезжая из гаража, он все еще хихикал. А Рорк оказался лицом к лицу с выскочившей навстречу Дарией.

– О мой Бог! – Рука Дарии, взметнувшись, зажала рот. – Что с тобой стряслось?

– Если ты думаешь, что я плохо выгляжу, тебе надо посмотреть на моих обидчиков. – Он поставил сумки с вещами около двери.

– Они поджидали в моем доме?

– Они его навещали. – Рорк запоздало обругал себя за то, что не осмотрел укромных мест вокруг дома: ведь, когда они с Майком приехали, копы наверняка скрывались где-нибудь поблизости. – Боюсь, что у меня плохие новости.

Он подумал об изящных кружевных подушечках, которые были разодраны в клочья и разбросаны по кровати, о вышитых гладью картинах, вырванных из разломанных рамок, о разбитых флаконах духов. И с особой горечью – об изрезанном на лоскутки нижнем белье.

– Они устроили разгром в твоем прелестном домике.

– Ерунда! – Дария отмахнулась от новости небрежным жестом руки. – Это всего лишь вещи. – Она подошла вплотную и приложила ладонь к его щеке, которая уже приобрела более темный фиолетовый оттенок, чем ее собственные ссадины. – Те люди, которые тебя избивали, охотились за мной, не так ли?

Рорк понимал, что сейчас лучше не врать.

– Да. Но я не позволил бы им добраться до тебя, Дария.

– Я это знаю.

Рорку нравилось, когда она прикасалась к нему. Ему нравилось также, как она на него смотрит. Синяки у нее на лице уже немного посветлели, и, пошарив по стенным шкафам, она надела мужские боксерские шорты, мужские же носки и футболку, хотя и неподходящего размера, однако отлично обрисовывавшую фигуру там, где следует.

– Интересно, что они искали? – прошептала Дария.

– Я надеялся, что услышу это от тебя. Они упоминали о том, что у тебя находится кое-что, принадлежащее им. Поскольку они усердно следили за мной, пытаясь таким способом добраться до тебя, очевидно, им не удалось это найти в твоем доме.

Хотя ему не нравилось об этом думать, на обратном пути к дому пришлось допустить, что в продолжение всего их знакомства она ему лгала. Но с какой целью?

– Тебе досталось из-за меня… – Пока Рорк отсутствовал, Дария старалась если не вспомнить, то хотя бы найти причину, которая объяснила бы, почему ее хотят убить. – Ты говорил, что обыскал мой бумажник?..

– Я не нашел в нем ничего такого, из-за чего стоит кого-либо убивать.

– Возможно, они ошибаются. Возможно, у меня сейчас нет того, что они ищут. Возможно, что у меня этой вещи никогда и не было.

– Такую вероятность нельзя исключить. – Он и сам подумал то же самое. Затем вспомнил, как крепко Дария вцепилась в свою сумочку, когда убегала из отеля.

Глубоко расстроенная, Дария постаралась переключиться на более насущные потребности:

– Ну ладно, сейчас самое главное – лечь в постель.

В ответ Рорк улыбнулся. Медленно, скрывая кипевшую в душе ярость.

– Хотя это лучшее предложение изо всех, которые я услышал за целый день, мне кажется, любовь моя, сейчас оно не ко времени. Не уверен, смогу ли я в таком состоянии проявить свои потрясающие способности.

Ясно, что его слова, граничащие с грубостью, рассчитаны на то, чтобы вылить побольше холодной воды на пламя, начинавшее между ними разгораться. Стараясь не подавать виду, какую острую боль они ей причинили, Дария высокомерно и холодно улыбнулась:

– Мне нравятся мужчины, которые хорошо знают пределы своих возможностей. – Сухость ее тона противоречила яркому румянцу, вспыхнувшему на щеках. Но в умении издеваться над людьми Рорк явно превосходил ее:

– Бывают моменты, когда понимание разницы между желаемым и возможным может сохранить человеку жизнь. Кроме того, – прибавил он, – если я уложу тебя в постель, это будет самой грубой ошибкой, которую я когда-либо совершал. Уж поверь, крошка, у меня есть некоторый опыт.

Хотя она, конечно, и не собиралась заниматься с Рорком любовью, его слова ее больно задели.

– Разве ты не хочешь меня?

Ответом был грубый смех:

– Что ты о себе воображаешь?

– Не знаю, что и воображать, – вырвалось у нее. – Все так перепуталось, что я ни в чем не могу быть уверенной: кто я, как попала в эту страшную неразбериху, почему кому-то хочется меня убить… Д а что там, даже не могу разобраться в том, что происходит между тобой и мной.

– Между нами ничего, кроме сексуальной игры гормонов, не происходит. Элементарно и откровенно. Именно поэтому я воздержусь от того, о чем мечтаю с тех самых пор, как ты первая меня поцеловала.

«Потрясающий» поцелуй, снова вспомнилось ей.

– Так ты желаешь меня?

В этот раз его грубый смех был полностью лишен юмора:

– Почему бы не спросить меня, хочу ли я дышать? Черт возьми, да, я хочу тебя. Намного сильнее, чем кого-либо на своей памяти желал. Но сейчас совершенно неподходящее время.

Он прав. И все же…

– А что скажешь относительно того времени, когда наши опасные приключения закончатся? – спросила Дария, чувствуя себя более беспомощной, чем тогда, когда ее, раненую, привезли на «скорой помощи» в больницу и она даже не знала, кто она такая.