Ширли Айртон - Остаться навсегда

– А что странного в том, что мне хочется пообщаться со своими сестрой и племянницей? – удивился Ричард.

– Раньше у тебя редко возникало подобное желание. Ты действительно скучаешь по нас?

В голосе Маргарет прозвучало столько недоверия, что Ричард рассмеялся.

– Конечно, скучаю. И чтобы доказать это, приглашаю в субботу тебя и Лотти в ресторан. Часов семь вечера подойдет?

– Вполне. – Маргарет выдержала небольшую паузу. – Это все, ради чего ты звонил? Только узнать, как у нас дела? Или ты хотел поговорить еще о чем-либо?

– А что, похоже?

– Очень, – ответила Маргарет. – Складывается впечатление, будто ты стал тяготиться собственным одиночеством.

– Я вовсе не одинок, – поспешно возразил Ричард. – Мне вполне хватает общения с тобой и с Лотти.

Во всяком случае, он постоянно пытался убедить себя в этом. Маргарет вздохнула.

– Я знаю, Ричард, что ты нас любишь. Но еще я знаю, что ты всегда ценил свое свободное время. Так что же изменилось за месяц моего отсутствия?

– Ничего.

– Так уж и ничего? – недоверчиво протянула Маргарет. – А вот Лотти рассказала мне о некой молодой и очень красивой няне, которая провела в твоем доме целый месяц. Еще она поведала о том, что ты и Джейн…

– Я не хочу говорить об этом, – оборвал Ричард сестру. – Лучше расскажи мне, как Лотти.

– Нет уж, так легко тебе от меня не отделаться, – засмеялась Маргарет. – Так, значит, ты по уши влюбился в симпатичную няню? Очень мило…

Ричард раздраженно крутил телефонный провод.

– Я же сказал, Мэгги, что не собираюсь обсуждать с тобой эту тему, – резко сказал он.

Однако было легче повернуть реки вспять, чем заставить сестру замолчать. Слова лились из Маргарет неудержимым потоком.

– Ага, теперь мне все понятно! – воскликнула она. – Так вот откуда твоя внезапная тяга к людям! Ты просто скучаешь по Джейн, но не желаешь в этом признаваться! Ты…

– До свидания, Мэгги, – сухо прервал Ричард разглагольствования сестры. – Я перезвоню, когда ты успокоишься.

– Ричард, только не вздумай бросать трубку! – возмущенно воскликнула Маргарет. – Я еще не успела…

– Пока, Мэгги. Передавай привет Лотти.

– Ричард, ты не должен…

Однако он уже повесил трубку.

Слова Маргарет еще сильнее растравили душевную рану Ричарда. Яснее чем когда-либо он осознал свою ошибку. Джейн и сейчас была бы рядом, согласись он только выслушать ее. Ричард собственными руками разрушил свое счастье, и теперь ничто не в силах изменить содеянного.

Эта мысль сводила его с ума.

Джейн сидела в своей комнате за фортепиано и смотрела прямо перед собой. Но взамен черно-белых клавиш и стоящих на пюпитре нот видела уютную комнату с балконной дверью, небольшое патио с плетеными креслами, дорожку, огибающую красивый дом.

И Ричарда. Она видела Ричарда.

– Снова мечтаешь? – спросила вошедшая в комнату мать. – Интересно, о чем же?

Джейн поспешно сморгнула.

– Я просто пыталась вспомнить, куда положила ноты, которые купила вчера, – соврала она.

– Они на фортепиано.

Джейн смутилась, увидев названный предмет прямо у себя перед носом.

– О, в самом деле… Но я не вижу последних…

– Они на фортепиано.

Джейн провела пальцем по корешкам нот.

– Кажется, здесь не хватает…

– На фортепиано. – Миссис Валлистон присела рядом и внимательно посмотрела на дочь. – Все твои ноты лежат на фортепиано.

Джейн вздохнула.

– Тогда почему мне кажется, что все вокруг лежит не на своих местах?

Миссис Валлистон ласково коснулась руки дочери.

– Потому что ты сама чувствуешь себя не на своем месте. За прошедший месяц тебя словно подменили. После возвращения домой ты стала более задумчивой, грустной…

Джейн вымученно улыбнулась.

– Я просто сильно устала, мама. Подготовка к выступлениям отнимает массу сил и энергии.

Миссис Валлистон мягко взяла дочь за руку и заглянула ей в глаза.

– Может, ты позвонишь ему?

Джейн оторопело уставилась на мать. Неужели та догадалась, что между ней и Ричардом что-то было?

– Кого ты имеешь в виду, мама? Ты ведь знаешь, что я ни с кем не встречаюсь.

– Того, кто занимает все твои мысли, – ответила миссис Валлистон. – Я не слепая, Джейн, и прекрасно вижу, как ты страдаешь. Я даже догадываюсь, кто заставляет тебя страдать. Ведь это дядя той девочки, за которой ты присматривала, да? Уж больно подозрительно то, что ты никогда не упоминаешь о нем, хотя о Лотти можешь говорить часами. Я права?

Джейн поняла, что отрицать бесполезно.

– Да.

– Тогда почему ты не хочешь позвонить ему? Он наверняка обрадуется, услышав твой голос.

Джейн покачала головой.

– Я не могу.

– Не можешь? – удивилась миссис Валлистон. – Но это же так просто – снять трубку и набрать нужный номер.

– Я обманула Ричарда. – На глаза Джейн навернулись слезы. – Я не рассказала ему, кем являюсь на самом деле. Из-за этого мы поссорились. – Она не решилась поведать матери всю правду.

Миссис Валлистон сочувственно обняла дочь.

– Так вот, оказывается, в чем дело. – Она успокаивающе погладила Джейн по волосам. – Не переживай, все еще может уладиться. Просто набери его номер и объясни, почему тебе пришлось скрыть правду.

Но как? Ричард попросил ее убраться прочь. Как она осмелится позвонить ему после этого?

Ведь он просто-напросто не захочет разговаривать с ней.

– Это невозможно, мама.

Миссис Валлистон укоризненно посмотрела на дочь.

– В мире нет ничего невозможного, моя милая. Помни: не только мы зависим от обстоятельств, но и обстоятельства зависят от нас. Жаль, что я поняла это слишком поздно. Мне бы не хотелось, чтобы ты повторила мою ошибку.

Слова матери словно подхлестнули Джейн. В ее мозгу как будто что-то перевернулось. Неужели она действительно собирается проплакать всю жизнь, вместо того чтобы бороться за собственное счастье?

Никогда!

Джейн высоко подняла голову.

– Не волнуйся за меня, мама, – твердо сказала она. – Я больше не буду распускать нюни. Я постараюсь вернуть любовь Ричарда и уже придумала как.

14

Прошел год.

Банк Ричарда разрастался. Открывались новые филиалы. Имя Калвеста стало известно в таких городах, как Оттава, Монреаль, Квебек, Виннипег, и везде оно пользовалось неизменным уважением.

Через несколько недель должен был открыться филиал и в Торонто – средоточии деловой жизни страны. Лиз уже не могла справляться со всеми обязанностями в одиночку, поэтому Ричарду пришлось взять еще одного личного секретаря. Впрочем, весь штат банка за истекший год существенно увеличился.

Калвест работал еще больше, чем раньше. В его действиях появилась какая-то ожесточенность, непонятное упорство, с которым он взваливал на себя непосильную ношу. День ото дня Ричард становился все более угрюмым и вспыльчивым, и миссис Андерсон уже не решалась поддразнивать своего начальника, как нередко делала это раньше.