Элис Детли - Оазис радости

– ...заниматься любовью? – невинным тоном подсказала Стефани.

– Перестань!

– Ой, я не то сказала! Секс заменил тебе еду, да?

– Стефани...

– Стефани, Стефани... Но ведь так оно и есть! Ты совершенно изменилась. Я тебя не узнаю.

Пожалуй, сестра права. Шейла взяла с полки молитвенник. Жизнь стала ярче, интереснее. Постоянно кажется, будто она куда-то несется. Ощущение легкости, скорее даже невесомости... Удивительное состояние!

Она приколола к корсажу букетик орхидей из белого шелка с розоватым отливом в самой серединке.

– Мне так хотелось, чтобы ты была моей посаженой матерью! – Шейла обернулась к сестре. – Когда ты отказалась, я так переживала, передать тебе не могу! Одри сказала тогда: наверное, Стефани думала, будто все будут смотреть только на нее, раз она топ-модель, вот и решила – пусть все смотрят на тебя.

– Твоя Одри – маленькая дуреха, а я – большая дурища. Просто я поняла, что беременна, и решила, что могу тебе все испортить. О-о-о, как мне нехорошо! – Стефани достала бутылочку с лимонным напитком и сделала пару глоточков.

Шейла подошла к сестре и оттянула назад ее волосы, как не раз делала в детстве, когда Стефани поташнивало.

– Так лучше?

– Гораздо... Шейла, дорогая, во-первых, я бывшая топ-модель, а во-вторых, от тебя невозможно отвлечь внимание, поверь мне! Ты такая красивая... И не только внешне – ты сияешь каким-то внутренним светом.

– Руперт, должно быть, безмерно счастлив, что станет отцом?

С любым собеседником Шейла всегда старалась поговорить на приятную для того тему.

– Не то слово! – оживилась Стефани. – Не поверишь, но мне стоило трудов удержаться от желания отправить его в Бедлам.

Шейла засмеялась.

– Он с ума сошел от счастья!

– Именно! Бросился скупать детские вещи во всех магазинах в радиусе десяти миль от нашего дома. Представляешь? – Лицо Стефани засияло нежностью. – Впрочем, неудивительно. Болезнь заставила его пересмотреть взгляды на жизнь, – добавила она грустным голосом.

– Болезнь? Какая болезнь? – Шейла сжала руки. – Ты мне ничего не говорила.

– У него обнаружили язву желудка.

– Язву? Говорят, это бывает на нервной почве.

Шейла пристально посмотрела на сестру. Стефани перехватила ее взгляд.

– Скажешь, это я ему нервы мотаю?

– Скажу, что теперь тебе придется беречь его.

– Здрасьте! А я, по-твоему, чем занимаюсь? Почему, думаешь, я бросила работу? Раньше сама нервничала, а теперь только Руперт. Рекламный бизнес это сплошные нервы, а если еще и дома нервотрепка, то уж тут одной язвой не обойдешься! Запросто можно и инфаркт схлопотать. Так что имей в виду! Кстати, а может, совсем некстати, как там дела у Маргарет?

– Я как раз собиралась тебе сказать. Она прислала нам письмо, где просит прощения за свою выходку. Ну, это когда она примчалась из Новой Зеландии...

– И что еще она пишет?

– Я ее письмо наизусть выучила. Хочешь, изложу слово в слово?

– Давай! Интересный случай, я бы даже сказала хрестоматийный...

– Не совсем, – заметила Шейла. – Ты многого не знаешь.

– Может быть. Однако среди наших с Рупертом знакомых многие пары развелись.

Прямо поветрие какое-то... Ну и что там в письме?

– «Понимаю, что вела себя непростительно», – начала Шейла. – Это не я говорю, так в письме.

– Давай дальше, не отвлекайся...

– «Но причиной могла послужить моя беременность»...

– Вот это новость! – Стефани всплеснула руками. – Ничего себе! Зачем об этом писать? Давай дальше...

– «Доктор сказал, что при беременности в организме женщины происходят большие гормональные сдвиги, которые часто приводят к эмоциональной нестабильности»...

– То-то мне порой хочется рвать и метать! – воскликнула Стефани. – Так бы и разнесла к чертовой матери всю фирму моего благоверного. Слушай, а как к этому известию отнесся Генри?

– Нормально. Правда, конец письма заставил его выпить виски.

– И что же такого его бывшая женушка ляпнула?

– «На этот раз я поклялась, что стану хорошей матерью»...

– На этот раз, видите ли... А на тот раз, когда Одри родила, была плохой, стало быть.

– То-то и оно! Генри просто взбесился...

– А виски тут при чем? Он случайно не того... не выпивоха?

– Он всегда так снимает стресс. Говорит, однажды в парламенте обсуждался вопрос, не продавать ли виски в аптеках.

– Шутит, наверное?

– Нет, правда! А Маргарет, похоже, счастлива. Она сделала в письме приписку, что Эрвин на седьмом небе, и они оба желают нам любви и счастья.

– Как трогательно! А Одри знает, что у нее появится братик или сестренка?

– Генри сказал ей. Одри спокойно отнеслась к этой новости. Генри и Маргарет решили, что она в летние каникулы будет проводить пару недель в Новой Зеландии. Или в Европе, если у Эрвина будут там гастроли.

– Видишь, как все хорошо, по-доброму устроилось, – заметила Стефани.

– Я то же самое сказала Генри.

– А он?

– А он возразил. Мол, во всей этой истории по-доброму поступала одна я.

– Пожалуй, он прав! Не всякая женщина обладает такой тонкой душой, как ты, моя дорогая сестрица!

– Ладно уж тебе! Думаю, нам пора...

– Слушай, а где Одри?

– Решила ждать меня у церкви. Вместе с отцом...

– Нетрадиционное решение, должна заметить.

Шейла вздохнула.

– К сожалению, молодежь не очень-то блюдет традиции. Впрочем, нынче они и взрослых мало волнуют.

– Давай, наброшу тебе на плечи твой норковый палантин. Генри молодец! Хороший подарок. Что может быть хуже невесты с синим носом, у которой зуб на зуб от холода не попадает?

Шейла вздохнула.

– Я так волнуюсь!

– Не волнуйся, все пройдет хорошо! Я уверена. Через десять минут мы должны быть в церкви. А Руперт, по-моему, уже целый час топчется на крыльце. Повезло тебе с посаженым отцом!

– Он благородный и милый человек. Я его люблю.

– Какое совпадение! – засмеялась Стефани. – Я тоже.

Шейла уронила слезу.

– Ты что?! – всполошилась Стефани.

– Ах, милая, просто не верится! Наши мужья любят нас, и какое это счастье пройти весь жизненный путь рука об руку с любимым и вместе с ним состариться.

– Моя дорогая сестрица, дай я тебя обниму!

– Ой, только платье не помни!

Шейла и Генри долго обсуждали, стоит ли им венчаться в Шотландии, в той же церкви, где венчались Стефани и Руперт, дабы многочисленный клан Стефенсонов смог напутствовать в добрый путь свою любимицу.

В конце концов право решать предоставили Одри. Она остановила свой выбор на маленькой церквушке в Кенсингтоне, где ее недавно окрестили и куда Шейла и Генри взяли за правило водить ее по воскресеньям.

Шотландские родственники – все, от мала до велика, – прибыли в Лондон в полном составе. По причине многочисленности им удалось недорого зафрахтовать небольшой самолет.