Элизабет Хой - Вечный цветок

— А если даже и попадет, — добавил Стивен, — он может подумать, что тебя заставили его написать. Думаю, что самое лучшее, что ты можешь сделать, — это молчать. В конце концов тебе осталось жить в Тунисе недолго.

— Разве профессор снял Ла Люсьоль не на все лето? — поинтересовалась Рената.

— Нет. Он достал все материалы о Карфагене, и когда покончит с Тимгадом, богатейшим источником информации по интересующему его периоду, вернется в Англию, чтобы обработать собранный обширный материал. Дядя сказал мне об этом на днях, накануне отъезда.

Но Мэнди профессор не говорил ничего подобного! У девушки потемнело в глазах, когда она услышала об этом решении. А она-то думала, что это будет продолжаться вечно… А как же Стивен? Неужели это конец? Но даже если они с профессором останутся, Стивену все равно скоро надо будет уезжать.

Настроение у девушки стало еще хуже. Рената настояла, чтобы они остались к ужину, который был великолепен. Большую часть вечера Мэнди просидела молча, слушая непринужденную беседу Стивена с Ренатой. Они хорошо чувствовали себя друг с другом, имели столько общих интересов, что между ними царила полная гармония. Подобные отношения могут быть прекрасной основой для брака. Если Рената и старше Стивена, то вряд ли для него это имело значение — ее элегантность и ум будут вечно юными.

История с Рамоном за столом больше не упоминалась, только когда они стали уходить, Рената, обняв Мэнди, сказала:

— Не беспокойтесь, моя дорогая. Все пройдет и забудется. Арабы своеобразный народ. Рамон и его отец понимают друг друга лучше, чем вы или я могли бы понять кого-либо из них.

По дороге домой Стивен сказал почти то же самое:

— Я тоже думаю, что мы можем сейчас спокойно вздохнуть. Рамон, возможно, поймет безуспешность своих начинаний и успокоится.

Ночь была невыносимо душной, издалека доносились раскаты грома. Когда они приехали на виллу, в холле их ждала Джамиля, которая боялась идти спать из-за надвигающейся грозы. Она призналась, что боится молний.

— Ну, теперь мы дома, и все будет в порядке, — заверил Стивен пожилую женщину, и та, успокоенная, поверила ему. Она отправилась в свою спальню, расположенную рядом с кухней, в которой уже спали ее родственники.

— Наша бедная ответственная Джамиля, — пробормотал Стивен, глядя ей вслед. — Если бы она только знала, что ее присутствие в этом доме сейчас лишнее.

Они стояли в холле у лестницы, и, кивнув Стивену, Мэнди стала подниматься наверх. Что-то простое и интимное было в этой ситуации: двое людей, поднимающихся по лестнице в спальню. Она чувствовала, что Стивен идет за ней. Остановившись у двери в свою спальню, она хотела пожелать ему спокойной ночи. Но Стивен положил руки ей на плечи, посмотрел на нее своими голубыми глазами. И это был не обычный отсутствующий взгляд, а нежный, в нем читался какой-то вопрос.

— Спокойной ночи, Мэнди, — сказал он и поцеловал ее в висок.

Девушка вздрогнула. Она положила руку на горло, ощущая, как сильно колотится ее сердце.

— Зачем ты это сделал? — почти прошептала она.

— Ты такая встревоженная. Сегодня вечером тебе пришлось поволноваться, моя дорогая. Но худшее для нас уже позади.

Для нас! Они вместе шли по запутанной, извилистой дороге этой интриги. И ей совсем не хотелось, чтобы эта дорога кончалась. Если бы он только знал, как мало значит для нее Рамон и как счастлива она находиться под надежной защитой.

— Ты очень добр ко мне. Надеюсь, ты не считаешь меня неблагодарной?

— Ну конечно же нет, — слишком быстро ответил он. — Едва ли все это можно назвать развлечением, но, по моему мнению, все теперь позади, и скоро ты будешь в безопасности на родине.

Меньше всего ей сейчас хотелось именно этого. Если бы он только знал! Но он не должен об этом даже догадаться.

Позднее, лежа в постели, она прислушивалась к отдаляющимся раскатам грома, завершающим длинную цепь событий этого дня. И вдруг ей пришло в голову, что все эти дни она думала только о себе… и о Стивене. Но кто действительно находится в незавидном положении, так это Рамон. Ему столько пришлось вынести! Рамон считает, что она любит его, и терзается, находясь вдали от нее. Господи, чем же это все закончится? Была ли здесь часть ее вины, ведь порой она действовала так необдуманно? Ренате легко говорить, что все пройдет и забудется. Возможно, когда-нибудь так и будет, но сейчас Рамон страдает.

Было уже поздно, когда она задремала. Спала она беспокойно, измотанная жарой, усталостью и духотой.

Глава восьмая

Пробудившись от тяжелого сна на следующее утро, Мэнди услышала, что идет дождь. Потребовалось несколько минут, прежде чем до нее дошло, что это не заурядный английский дождь. Она находится в Тунисе, здесь раскаленное небо и сухая, выжженная земля. К тому же сейчас середина лета — время, когда дождь, насколько ей известно, редкость. Тем не менее этим утром он лился на землю, и воздух был напоен прохладой и влажностью.

Поежившись, она натянула на себя одеяло. Окружающий мир показался Мэнди серым и печальным. Взглянув в окно, она заметила, что оно закрыто. Отправляясь в постель прошлой ночью, Мэнди специально открыла его, чтобы впустить хоть немного ночного ветерка, освежающего знойную духоту комнаты, и даже тщательно закрепила створку крючком, вбитым в стену, чтобы окно случайно не захлопнулось. Кто закрыл его? Стивен? Мэнди была слишком сонной, чтобы размышлять над этим.

Девушка посмотрела на часы: четверть десятого. Она проспала. Поспешно соскочив с постели, Мэнди подбежала к зеркалу и пригладила волосы. Она чувствовала себя растерянной и подавленной. В такой дождливый день можно только работать, ни о каком купании не могло быть и речи. И сознавать это оказалось очень грустно. А эта история с Рамоном? Бедный Рамон! Мэнди надеялась, что не слишком сильно расстроила его, но угрызения совести продолжали мучить ее. Приняв ванну, она оделась и спустилась вниз.

В холле Стивен надевал на себя дождевик.

— Значит, ты все же решила проснуться? — засмеялся он. — Как ты могла спать при такой грозе, я не понимаю!

— А была гроза?

— Дьявольская. Гром, молнии, потоки дождя… Джамиля и ее семейство испугались до смерти и несколько часов просидели под лестницей, накрывшись одеялом. Я стучал в твою дверь несколько раз, чтобы узнать, все ли у тебя в порядке. Так и не получив ответа, решил, что мне лучше войти и закрыть твои окна, прежде чем ты утонешь. Из своей комнаты я видел, как вода течет по балкону…

— Так это ты закрыл мои окна?

Стивен кивнул.

— Кто же еще? Ты представляла собой воплощение невинности, когда крепко спала: розовые щечки, волосы, разметавшиеся по подушке…