Ноэль Бейтс - Отличное предложение

Что ж, пусть не думает, что я легко сдамся! – поклялась себе Айлин и решительно распахнула дверь. Они подписали контракт и она намеревалась требовать соблюдения условий! В ее глазах светилось привычное ледяное высокомерие – а он просто стоял перед ней со спокойной мягкой улыбкой, которая приводила ее в бешенство.

– Прости, что я тебя беспокою, – вежливо начал Мартин. – Ты не могла бы одолжить мне подушку?

Она сделала глубокий вдох, пытаясь совладать с собой.

– А, да… да, конечно.

– Спасибо.

Он прошел мимо нее, стараясь избежать случайного прикосновения, взял с кровати одну из подушек и вернулся в гостиную.

Айлин опустилась на кровать и устало закрыла глаза. Что же она сделала? Должно быть, сошла с ума, решившись выйти замуж за Мартина Данберга. Сошла с ума или влюбилась – что по большому счету одно и то же.

Да я хоть пыталась придумать какой-то другой выход из сложившейся ситуации? – спросила она себя. Если быть абсолютно честной, то нет. Не пыталась. Она жила надеждой, что по-настоящему выйдет замуж за Мартина Данберга, тешила себя иллюзией, что произошло чудо и он в самом деле в нее влюблен…

Но чудес не бывает. Вздохнув, Айлин встала и сбросила белые туфли. Потом медленно расстегнула молнию, аккуратно сняла платье и повесила его на вешалку на дверцу шкафа. Затем долго стояла и смотрела на него с сожалением и болью в сердце. Такое красивое, но чужое платье, и завтра придется вернуть его в свадебный салон отеля.

Отступив, Айлин увидела свое отражение в зеркале и криво улыбнулась.

Девственно белый кружевной бюстгальтер смотрелся порочно и сексуально, провоцирующе подчеркивая небольшую грудь. А белый пояс и белые прозрачные чулки с кружевной каймой наверняка превратили бы даже самого застенчивого жениха в дикого зверя.

Смелые эротические картины лихорадочно сменяли друг друга в голове Айлин и были настолько реальны, что у нее дух захватывало. А если…

Но мой новоиспеченный муж, судя по всему, ничуть не расстроен тем, что его отослали спать на диван, с горечью подумала Айлин. Впрочем, оно и к лучшему. Не нужно забывать, что это всего лишь брак по расчету, который продлится недолго, только чтобы соблюсти приличия, и закончится милым разводом без взаимных претензий.

А потом… она заведет с ним интрижку, когда перестанет надеяться, что между ними может быть что-то большее… Ну ты и дура! – отругала она себя, раздраженно тряхнув головой. Что же нужно сделать, чтобы избавиться от дурацких мечтаний?

Может быть, душ поможет – прохладный, чтобы остудить опасный огонь, который затаился у нее внутри. Она бережно вынула цветочки из прически и расчесала волосы, а потом со вздохом сожаления сняла шелковые чулки. Подобрав волосы и надев резиновую шапочку, она вошла в красивую ванную комнату и включила воду.

Душ особенно не помог. Она слишком отчетливо ощущала близость Мартина. Он был совсем рядом – всего лишь в соседней комнате. Под струйками воды, стекавшими по ее телу, она втирала ароматный нежный гель в мягкую кожу, медленными осторожными движениями проводя руками по упругой обнаженной груди, стройным бедрам, тонкой талии…

Закрыв глаза, Айлин окунулась в мир фантазий, где Мартин был рядом и его руки ласкали ее нагое тело… Дыхание участилось, когда она представила себе эту картину так явственно, что почти почувствовала его присутствие. Стоило лишь протянуть руку – и вот она уже касается крепкой мужской груди, покрытой завитками волос, выгоревших на солнце…

Но она была одна, чувствуя себя полной дурой – истосковавшейся и разочарованной. Айлин торопливо выключила воду и, выйдя из душа, закуталась в пушистое полотенце. Затем сняла шапочку и тряхнула волосами, стараясь не смотреть на свое отражение в зеркале. Ибо знала, что увидит в нем грустные, широко раскрытые глаза, мягкие губы, жаждущие поцелуев… Нет, нужно взять себя в руки, иначе ей не выдержать завтрашний день.

Айлин добрела до спальни, присела к туалетному столику и взяла щетку, чтобы расчесать волосы, когда опять раздался стук в дверь. Она вздрогнула, внутри у нее все сжалось.

– Войдите.

Мартин был без пиджака и галстука, рубашка расстегнута, обнаруживая соблазнительные рельефы мускулистого тела, о котором Айлин только что мечтала. Он улыбнулся с искоркой насмешливого веселья в дымчато-серых глазах.

– Извини, – пробормотал он, входя в комнату, и бросил ироничный взгляд на аккуратно сложенные на стуле чулки. – Но знаешь, я тут подумал: если Доналд начнет что-то разнюхивать, то нам ни к чему, чтобы персонал отеля сплетничал, будто мы были настолько сдержанны в нашу брачную ночь, что ты даже нашла время аккуратно сложить чулки. – Он взял в руки пояс и задумавшись уставился на него.

– Ммм… Думаю, да.

Сосредоточенно и не спеша, он оторвал пару маленьких перламутровых пуговиц, которые упали и разлетелись по комнате, потом, разжав пальцы, уронил пояс возле кровати, имитируя небрежность, с которой срывают с себя одежду в пылком исступлении. Один шелковый чулок он осторожно повесил на зеркало трюмо, другой бросил у ножки кровати.

– Вот так. – Мартин с удовлетворением оглядел свое творение. – Это больше похоже на настоящую брачную ночь, как считаешь? – Он повернулся к ней с насмешливой улыбкой. – Ну ладно, спокойной ночи.

– С-спокойной ночи, – запинаясь, произнесла Айлин.

Он закрыл дверь спальни, вновь оставив ее в одиночестве. Она сидела и смотрела на сцену, которую он сымитировал, – сцену дикой, страстной любви, в которой мужчина настолько жаждал ее тела, что безжалостно порвал дорогое кружевное белье и небрежно раскидал чулки по комнате.

Но это было ложью – все было ложью. Айлин взяла маленький белый цветочек, оставшийся в волосах, и сжала его в кулаке. Слезы медленно покатились по ее щекам.

Телефон настойчиво звонил, но Айлин не хотелось просыпаться. Ее сон был слишком сладким. В любом случае, кто-то в другой комнате уже взял трубку. Кто-то другой!..

Ощущение реальности внезапно вернулось к ней. Она села на кровати, оглядывая романтическую спальню, раскиданное нижнее белье, белое платье, висящее на дверце шкафа. По крайней мере, это ей не приснилось.

Дверь открылась, и она увидела Мартина, несколько помятого со сна. Айлин спохватилась и смущенно натянула одеяло до самого подбородка. Но он успел заметить подол шелковой ночной сорочки, которую она купила для фиктивной брачной ночи.

– Тебя что, не учили стучаться? – ледяным тоном спросила Айлин.

– В спальню моей жены? – парировал Мартин, пронзая ее жестким взглядом дымчато-серых глаз. – Это тебя. – Кивком он указал на телефон рядом с кроватью.

Она удивленно нахмурилась. Если кто-то звонит ей в такую рань после свадебной ночи, значит, случилось что-то серьезное.