Пола Льюис - Великолепный век

— Может быть, из жалости. Джеф действительно любил Брук, но все же обманывал ее. Такой уж он мужчина и никогда не переменится. Кстати, вы знаете, где он сейчас?

— Не знаю…

— И никогда не узнаете. Я видела, как это бывало с Брук. Каждый раз, когда он уходил, она сидела и ждала его, думая о том, с кем он сейчас?

— Уходите, — сказала Глория тихим дрожащим голосом. — Избавьте меня от ваших грязных обвинений и уходите сейчас же.

— Да, да, ухожу. — Мелани затянулась сигаретой. — Но вы никогда не должны доверять ему.

Глория смутно слышала, как гостья уходит, и медленно поплелась в собственную комнату. Она с удивлением поглядывала вокруг, подобно человеку, к которому вдруг вернулась память.

Я не останусь, думала она. Не могу оставаться здесь, хотя и люблю его.

Она вытащила из шкафа чемодан и положила на кровать. Затем начала складывать свои вещи.

— Уезжаешь? — послышался негромкий голос в дверях.

Джеф стоял неподвижно, наблюдая за ее резкими движениями.

Она не посмотрела на него, но если бы только взглянула, могла бы ослабеть, а нужно оставаться сильной, очень сильной.

— Думаю, мне и Брайану пора уезжать.

Джеф не двигался.

— Ты все же хочешь расстаться?

— Конечно.

Не выдержав, Глория с гневом посмотрела на любовника.

— Твоя теща приходила повидать меня, — выпалила она.

— Бывшая теща, — холодно поправил Джеф, заходя в комнату. — Чего же она хотела?

В небрежном вопросе чувствовалась издевка.

— Ты знал, что она придет сюда?

— Считай, что предвидел.

— Каким образом? Или вы оба настроились на одну телепатическую волну?

— Иди сюда, — примирительно отозвался Джеф, сев на кровать и похлопывая рядом с собой. — Нам нужно серьезно поговорить.

— А я не желаю слушать тебя, я хочу домой.

Глория оставалась в мятежном состоянии, ее руки скрещены на груди, как будто она защищалась.

— Позволь мне рассказать тебе кое-что, дорогая. — Его взгляд стал пристальным, он ждал, пока не завладел ее полным вниманием. — Представь себе молодого американца, в самом начале карьеры однажды летом отправившегося путешествовать в Европу. Дома у него осталась подруга — обычная девушка, каких много. Они познакомились в колледже, встречались года два и оба предполагали, что поженятся. Но вот этот молодой человек посещает Францию, Италию, Германию и затем в Лондоне знакомится с девушкой.

— Но…

Джеф покачал головой, чтобы заставить ее молчать.

— Знакомится с девушкой, — продолжал он. — И эта девушка заставляет его пожалеть, что он не встретил ее раньше. Он знает, что, прежде чем завязывать новые отношения, нужно вернуться в Штаты и рассказать подруге, что между ними все кончено. Но, — он печально улыбнулся, — я просто не мог устоять перед тобой.

Как он мог так поступить? — мысленно укоряла Глория, одновременно испытывая острое чувство собственной вины: ведь это не он, а она проявила настойчивость.

Зелено-голубые глаза виновато поглядывали на нее.

— Они проводят вместе уик-энд. В середине последней ночи он просыпается и смотрит на красивую девушку, спящую в его объятиях. — Голос Джефа стал совсем тихим. — Парень выходит на балкон подумать, что ему делать: рассказать ли сразу правду о подруге в Штатах, или сначала расстаться с ней и приехать в Англию с чистой совестью? Но когда он вернулся в спальню, — лицо Джефа помрачнело, — девушки уже не было.

— Я говорила тебе — звонила Брук. Я чувствовала себя ужасно.

— Могу себе представить. А теперь послушай, что произошло потом. Я вылетел в Штаты тем же утром, рассказал Брук все о тебе и шестью неделями позже, как только появилась возможность, вернулся в Англию, чтобы найти тебя.

Глория уставилась на него широко открытыми глазами.

— Но ты не нашел меня.

— Да, я опоздал, — мрачно сказал Джеф. — Я следил за тобой до дома в Кенсингтоне, помню, как стоял под дождем, глядя на огромный белый дом, и затем ты вышла. Длинная черная машина ждала тебя. Ты выглядела еще красивее, чем раньше, но когда я увидел рядом с тобой старое чучело, то возненавидел тебя. Я улетел домой, но ты не выходила из головы. И тогда пришел к выводу: нужно поехать и добиться ее. Бороться за нее. Я попросил частного детектива выяснить, живешь ли ты все еще там, но было уже слишком поздно. Мне стало известно, что ты вышла замуж. И я понял, что ты действительно влюбилась, раз поступила так. И потерял тебя.

Глория закрыла глаза.

— Так ты вернулся и женился на Брук?

Джеф кивнул.

— Правда, все было не так просто. Брук сказала мне, что беременна. Я подозревал, что ребенок не мой, потому что моя связь с Брук закончилась с того момента, как я познакомился с тобой. Но она не хотела быть матерью-одиночкой, стремилась выйти замуж, и ничего больше. Брук начала даже угрожать мне. Я боялся за ребенка, презирал себя. Тебя потерял, а с Брук мы долго были вместе, вот и я решил, что свадьба не худший выход. Мне действительно казалось…

— Ты поступил честно, женившись на ней, — перебила его Глория, — и, наверное, жил счастливо.

— Нет, Глория. Мы не были счастливы. Живя с Брук, я узнал очень много о ней. Например, то, что она любила разнообразие, особенно в мужчинах. — Джеф горько усмехнулся. — Ее мать тоже имела этот недостаток. Бедная Элис. — Он вздохнул. — Я сделал для нее все, что только мог.

— А Элис знает, что ты не настоящий отец? — не удержалась от вопроса Глория.

Он покачал головой.

— Конечно, нет. Я никогда ей не скажу, что ее отец кто-то из любовников матери, я считаю девочку своей дочерью.

— О господи, — закусила губу Глория.

— Никто не знает об этом, кроме меня и Мелани. Она взяла с меня слово не порочить репутацию покойной дочери и не рассказывать правду о происхождении Элис. Я пообещал, потому что никогда не представлял, что буду настолько откровенен с кем-либо, чтобы рассказать об этом. Но, найдя тебя, понял, что, если хочу, чтобы ты осталась здесь, должен открыть тебе правду. Поэтому и пошел к Мелани сказать, что собираюсь нарушить слово. Она впала в безумие. Ты, должно быть, видела, какая она была.

Глория кивнула.

— Я встречала ее раньше в квартире твоего дяди. Это произошло несколько недель спустя после нашего свидания.

Лицо Джефа выражало лишь удивление.

— Почему ты никогда не рассказывала мне раньше?

— Потому что хотела забыть об этом унизительном моменте в моей жизни. Понимаешь, я пыталась найти тебя, рассказать о ребенке. Ты имел право знать. Мелани открыла дверь. Я думала, что это твоя тетя. Она сказала, что ты вернулся к своей невесте. А сегодня заявила, что ты велел ей тогда избавиться от меня, а сам спрятался…