Алайна. Уроки благодарности и лжи (СИ) - Фаолини Наташа

- Ты думаешь, это Ольгерд?

- Не знаю, - расстроено ответила подруга. – Она любила его, и готова была следовать за ним. Как ты думаешь, она могла сбежать?

- Мне только это на ум и приходит. Но почему? – я задала вопрос, и тут же у меня перед глазами замелькали картины из прошлой ночи: обнажённый Ольгерд ласкает меня языком и говорит, что мои стоны должны услышать все в его доме. Это, конечно, бред, но существует ведь крошечная возможность того, что Карина пришла к нему именно в это время, услышала меня и всё поняла? Или же я слишком много значения придаю сама себе?

Засиял голубым мой переговорный артефакт, лежащий на столе, и Марина смерила его удивлённым взглядом.

- Это то, что я думаю? – она приподняла бровь.

- Мариш, прости, но дела не ждут. Я обязательно в скором времени к тебе зайду.

Было ужасно неловко вот так выпроваживать подругу, но иного выбора не было. Звонить, кроме Рэна, мне не мог никто, и говорить с ним при Марине не хотелось.

- Алайна! – рыкнула я в камень, как только Марина скрылась за дверью.

- Айна, доброе утро, - голос моего второго супруга звучал виновато. – Извини меня за вчерашнее. Я не должен был так заканчивать разговор. Уверен, у тебя с Ольгердом лишь деловые отношения, и, если ты шла к нему обратиться за помощью – значит, знала, что делаешь. Он тебе помог?

- Да, - я осознанно умолчала о главном. – Он согласился отправить срочный вызов Литону Прилию. Сегодня в обеденном часу, Прилий будет ждать меня и Эстер в доме Ольгерда.

- Это даже лучше, чем мы могли рассчитывать, - обрадованно ответил Рэн. – Я хотел бы сходить с вами, если ты, конечно, не против. Айна, ещё одно! Скажу, пока не забыл. Пару дней назад я отправил Иволиану Крелину запрос на встречу с госпожой Лиариной. Он дал ответ вчера; Триолана будет ждать нас завтра к вечеру.

- Отличные новости, Рэн, - ответила я не очень радостно, потому, как теперь уже не знала, хочу ли создавать неприятности Ольгерду. Хотя, это ведь касалось Марины. Если её мать сможет вызволить её из безрадостного брака, значит, в этом всё равно есть смысл. – Насчет сопровождения: я не имею ничего против. Мне будет легче, если ты будешь рядом.

- Хорошо, - в тоне моего второго супруга послышалась хрипотца, которая мне так нравилась. – Я зайду за вами ближе к обеду.

43

Всё оставшееся время до выхода из дома я нервничала. Эстер это видела, и волновалась сама.

- Айна, ты хочешь отдать меня в приют сегодня? – взгляд её серых глаз не был затуманен слезами. Она спрашивала, будучи готовой принять любой ответ.

- С чего ты взяла? – я взяла её за руку. – Не думай о таких глупостях. Я ведь пообещала тебе, что ты никогда не вернёшься в приют, помнишь?

- Да, - она заметно расслабилась. – Просто ты вся напряжённая, и я подумала…

От объяснений меня спас приход Рэнуарда. Супруг приобнял меня, поцеловав в щёку; приветливо погладил по голове Эстерситу. Все вместе мы покинули мою усадьбу: Рэн, почему-то очень весёлый, Эстер, поддавшаяся его радостному настроению, и хмурая я. Слишком запоздало мне подумалось, что Рэн и Ольгерд враждовали годами до моего появления тут, и сейчас оба были вполне способны сделать или сказать что-то опрометчивое, лишь бы досадить другому. Вряд ли моё присутствие их остановит.

Мое предположение оказалось верным. Не успели мы войти в дом Ольгерда через главные ворота, как навстречу нам вышел высочайший Командор собственной персоной.

- Литон Прилий должен прибыть в течение получаса, - Ольгерд даже не посмотрел на нас с Рэном. Его взгляд был сосредоточен на девочке. – Как тебя зовут, малышка?

- Эстерсита, - вежливым тоном ответила она. – Вы сказали – Литон Прилий?

- Да, - Ольгерд протянул ей руку. – Тебе знакомо это имя?

- Кажется, я где-то его слышала, - тихо ответила Эстер. – Прилий… Литон Прилий…

Ольгерд провёл нас в одну из гостиных, где жестом указал на диван, впервые дав нам с Рэном понять, что он заметил наше присутствие.   

- Как дела, господин Лейбурн? – Ольгерд вперил в Рэна свой твёрдый взгляд, едва только мы присели. – Открыто ли дело о пропаже одной из моих жён?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Корентайн ищут, - Рэн подозрительно сузил глаза. – Вы уверены, что она сбежала? Что ей не помогли?

Чёрт! Всё-таки Карина и вправду исчезла, если даже Ольгерд подал её в розыск.

- Вы меня в чём-то подозреваете? – мой первый супруг обезоруживающе улыбнулся, и тут же окликнул проходящего мимо прислужника. – Виларий, вам хорошо спалось этой ночью?

- Странно, что вы спрашиваете именно сегодня, господин, - слуга остановился. – Какая-то женщина своими стонами не давала заснуть половине жителей дома, - от его слов мне поплохело. Сердце заколотилось невпопад, вспотели руки.

Дурацкая улыбочка словно прилипла к зубам Ольгерда, когда он вновь посмотрел на соперника. Тот совершенно точно понял, о чём говорит Ольгерд, но лицо Рэнуарда абсолютно ничего не выражало. Я не знала, куда себя деть. Рядом застыла Эстерсита.

В кармане моего первого супруга что-то сверкнуло, и он посмотрел на меня, наверное, впервые за сегодня.

- Он прибыл. Не будем изводить высокорождённого гостя ожиданием.

Взяв Эстер за руку, я поднялась с дивана. У дверей оглянулась на второго мужа: Рэн так и сидел, втупившись взглядом в одну точку, и, казалось, даже не моргал. Ольгерд, напротив, был необычайно доволен. Его мелкая пакость удалась на славу.

Я тяжело вздохнула, понимая, что вскоре меня ждёт неприятный разговор с Рэном. Как ему объяснить то, что произошло? Я переспала с Ольгердом. И не в первый раз. И, возможно, сделаю это снова. Слишком ли это жестоко по отношению к Рэну? Возможно. Но, вспоминая вчерашние тёплые улыбки первого супруга, его мягкие слова и удовольствие, что я испытала от нашей ночи, желание оправдываться пропадало абсолютно.

Мы вошли в кабинет Ольгерда, и он прикрыл за нами дверь. Мужчина сидел за столом спиной к нам, но, заслышав вошедших, развернулся и тут же прошёлся по всем оценивающими взглядами.   

Высокому магу Прилию на вид было невозможно дать больше пятидесяти лет. Он принадлежал к тому типу людей, что стареют изящно и красиво: седина в волосах лишь прибавляла ему серьёзности; тонкие губы твёрдо сжаты, густые брови – немного нахмурены.

Эстер подалась вперёд, и тут же закрыла рот обоими ладошками. На лице Литона мелькнуло удивление.

- Простите, господин, - полным слёз голосом прошептала Эстер. – Такое чувство, что я вас где-то видела, но не могу понять где…

- Нилейна?! – Литон вскочил со стула с перекошенным лицом. - Валениор, объясните?!

- Девочку подобрала моя супруга на рынке, - лениво ответил Ольгерд, внимательно глядя на Прилия. – Все эти годы она прожила в приюте.   

Мужчина подошел к девочке ближе, и мягким движением положил ладонь на её макушку. Эстер послушно не двигалась; из её закрытых глаз беспрестанно лились слёзы.

- Магический блок на воспоминаниях, - качнул головой Прилий. – Кривой и косой, но работающий. Малышка, сейчас может быть больно. Приготовься.

Я не успела даже среагировать, когда девочка вдруг истошно закричала. Литон водил по её голове ладонями; лицо Эстер исказила гримаса боли.

Я понимала, что так нужно. Ольгерд, соображающий в магии намного больше, чем я, стоял неподвижен, значит, мне не стоило вмешиваться, но крики Эстерситы отпечатывались где-то на подкорке мозга. Когда этот страшный момент закончился, девочка обессиленно рухнула на руки Прилию. Всё её тело дрожало.

- Прости меня, Нилейна, - он стал укачивать её, словно маленькую. – Посмотри на меня, доченька.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Нилейна медленно, с усилием, разлепила веки и скользнула взглядом по лицу Литона.

- Папочка! – мечтательно прошептала она. – Теперь я узнаю тебя. Я так скучала!

Гость выпрямился, держа на руках вновь обретённую дочь. От перенапряжения девочка потеряла сознание, но, судя по спокойствию двух сильных магов в этом кабинете, всё было нормально.