Приручить и обезвредить (СИ) - Лин Витта

– Руки назад! Я вспоминаю о ремне и понимаю, чего он хочет....

– Не надо, Лёш, – но он не слушает, а просто перехватывает мои кисти, обматывает их ремнём, тем самым обездвиживая меня.

– Надо, милая, надо. Поверь, тебе понравится. Его рука мнёт мои ягодицы, а потом он прижимает меня всем своим телом к постели. Целует шею, прикусывает кожу. Я отклоняю голову, открывая доступ. Шея – моя огромная слабость, поэтому его губы сейчас заводят меня сильнее любого возбудителя. Моё дыхание становится тяжёлым. А потом всё резко заканчивается, и Лёша встаёт с меня. Даже не пытаюсь сдерживать стон разочарования. Через пару мгновений он стягивает с меня трусики и остаюсь в одном корсете. Я уже хотела попытаться развернуться, когда почувствовала прикосновение его голой кожи. Он вновь накрыл моё тело своим, но сейчас его возбуждённый член трётся между мои половинок.

– Прости, первый раз сегодня будет жёстким и быстрым. Лёша поднимает мои бёдра, но из-за связанных за спиной рук, лицо остаётся прижатым к кровати. Он проводит двумя пальцами между складок, собирая влагу, растирает её, несколько раз задевая клитор. Я дёргаюсь от этих дерзких, интимных касаний, разжигающих внутренний пожар. Затем пальцы сменяет его член. Головка дразнит, но не входит. Я стону и пытаюсь податься назад, чтобы он, наконец, вошёл.

– Тише, детка, готова? И не дожидаясь ответа, со всего размаха входит в меня полностью. У меня перехватывает дыхание от того, как сильно он меня растянул. На несколько секунд замерев внутри, он начинает двигаться с бешеной скоростью, от чего его яйца ударяясь о мою киску, издают пошлые звуки. И это усиливает мои ощущения. Внизу живота мышцы сжимаются в ожидании разрядки. По внутренней стороне бедра стекает капелька нашей смазки. Я громко стону, почти перехожу на крик. Лёша собирает мои волосы одной рукой, фиксируя моё положение, и делает несколько глубоких толчков, задевая какую-то очень чувствительную точку. Мне не хватает совсем чуть-чуть, чтобы сорваться в пропасть ощущений. И тут он звонко меня шлёпает несколько раз подряд, от чего меня всю выкручивает изнутри. Я протяжно стону, и, когда его головка в очередной раз скользит внутри меня, внутренняя пружина не выдерживает. Я кончаю бурно, уши закладывает, я теряюсь в пространстве, ноги трясутся, и я заваливаюсь на бок. Как только возвращаюсь в реальность, понимаю, что руки свободны.

– Всё хорошо?

– Угу…

– Прекрасно. С Новым годом, дорогая. Ну а я продолжу. Я с испугом смотрю в лицо Лёши. Нихрена себе Дед Мороз. Продолжить? Сейчас? Он поднимает мою ногу себе на плечо, входит и с тем же быстрым темпом начинает двигаться. Мои стенки, ещё не успевшие расслабиться, начинают ритмично сжимать его член.

– Блять. Тесно, в тебе так… тесно… Он шепчет, сквозь сбитое дыхание. Я сжимаю в кулак простыню и закусываю губу. Он опускает руку к моей груди, спускает чашечку лифчика, освобождая сосок. Сжимает в руке полушарие, второй рукой плотнее обхватывает мою ногу, прижимает к себе. Через несколько мгновений меня настигает второй оргазм и, сквозь туман в голове понимаю, что мне на живот выстреливает горячая сперма. Лёша отпускает мою ногу и просто падает рядом со мной. Обнимает за талию, размазывая сперму по моей коже, и утыкается в волосы. Мы оба тяжело дышим. Его тело влажное и горячее. Я еле могу говорить, потому что от стонов и криков во рту всё высохло. Голос сейчас напоминает шелест листьев:

– Ничего себе, Беркушев. Не боишься, что я теперь тебя буду держать на сухом пайке ради такого секса?

– Хм, кошка моя, я нашёл ключик к твоему телу – как оказалось, ремень сломает любое сопротивление.

Мы лежим в абсолютном кайфе, поглаживая друг друга кончиками пальцев.

– Мне нужно помыться.

– Ещё минутку полежи, и пойдём в душ. Мы восстанавливаем дыхание. Я начинаю отползать к краю, но Лёша оказался быстрее, соскакивает с кровати, резко подхватывает меня на руки. От неожиданности я вскрикиваю и начинаю смеяться. Он заносит меня в душ.

– Я пока ещё могу ходить сама, милый.

– Можешь? Плохо, кошка, очень плохо, – я вопросительно смотрю на него, снимая короткий корсет, – значит плохо постарался, раз ещё ноги держат. Мои глаза увеличиваются, я даже замираю. А Лёша как ни в чём не бывало продолжает расстёгивать крючки на моём белье вместо меня. Скидывает его на пол ванной и включает воду. Наливаю в ладонь гель для душа, вспениваю его между рук и начинаю водить ими по мощной груди Беркута, рассматриваю его, будто вижу первый раз. Замечаю каждый рубец и шрамик. Провожу по ним кончиками пальцев. Массирую объёмные бицепсы, провожу по рельефному прессу и вокруг талии, по спине. Сейчас моя грудь тесно прижата к его торсу, а животом чувствую, как начинает напрягаться его член. Целую его грудь, поднимаюсь на носочки, тянусь к губам. Прикусываю его нижнюю губу, мужское рычание отдаётся вибрацией в моём теле. Я отпускаю его губы, а Лёша наклоняется к моему ушку и басит:

– На колени.

Сейчас на меня смотрит совсем не милый львёнок, а новый для меня Беркут, который подавляет всё моё сопротивление одним лишь хищным взглядом. Никакой ремень для этого не нужен. И я подчиняюсь без промедления. Как только мои колени касаются пола душевой, он кладёт руку мне на голову, подталкивая к покачивающемуся члену. Чего он хочет объяснять не надо, всё слишком очевидно, поэтому я сначала легонько касаюсь языком головки, а потом провожу им по все длине. Поднимаю взгляд и охватываю губами упругую головку. И без того тёмные глаза Беркута, сейчас абсолютно чёрные. Его член становится твёрже прямо у меня во рту.

Упираюсь руками ему в бёдра и приседаю ниже, толстый член проникает глубже, упирается в заднюю стенку горла. Мне не хватает дыхания, и я вновь выпускаю его. Грудь Лёши часто поднимается, и он вновь подталкивает меня к себе. Его член блестит от моей слюны, а на самом кончике выступает капелька. Высовываю язык и вновь беру в рот, ко вкусу кожи, добавляется его собственный солоноватый вкус. Начинаю двигать головой, как будто рисуя круг, это позволяет мне взять глубже, а Лёша начинает стонать и сжимает мои волосы на затылке. Это заводит меня так сильно, что у меня тоже увлажняется киска. Я опускаю руку и начинаю массировать клитор и постанывать. Его сок начинает выделяться активнее и смешивается с моей слюной, это уже слишком много для меня, но хватка не ослабевает – он просто трахает мой рот, полностью входя и выходя. Когда я уже больше не могу выдерживать этого напора, я сильнее упираюсь в бёдра обеими руками. Всё моё тело требует вернуть пальцы на место и продолжить ласку. И Беркут безошибочно понял мой сигнал и отпустил волосы. Лёша поднимает меня, прижимает к стене, а я обхватываю его ногами. Он входит в меня с рычанием и начинает вдалбливаться, от чего моя грудь ритмично подскакивает. Нам понадобилось, всего несколько минут, чтобы я сжалась на члене Лёши, словив уже третий оргазм, а он в последнюю секунду успел меня снять с себя, прежде чем сперма струёй вырвалась из его члена. Мы молча стояли в душе минут пять, обнявшись, восстанавливая дыхание и связь с реальностью.

– Это было круто…

– Мне тоже понравилось. Надо почаще затыкать твой прелестный ротик таким способом. У меня нет сил на ответ, сегодняшний Беркут вытрахал меня до дрожи в коленях. Теперь я точно не смогу сама идти. Лёша будто услышал мои мысли, вынес меня из душевой, обтёр полотенцем и уложил спать. Просыпаюсь, когда солнце уже вовсю светит. Всё тело ломит, мышцы в шоке от вчерашних нагрузок. Лёши в постели нет. Заворачиваюсь в одеяло и иду на кухню, где его и нахожу. Он сидит за барной стойкой с кофейной чашкой и что-то листает в телефоне. На нём только джинсы, задерживаю взгляд на голом торсе. Откладывает телефон и разворачивается на стуле в мою сторону. Я подхожу и встаю между его широко расставленных ног.

– Добрый день, соня. Если ты продолжишь меня так разглядывать, мы вернёмся в постель до того, как ты позавтракаешь. Он целует меня, обхватив лицо двумя руками.

– Завтракать?