Линда Андерсен - Брачная лотерея

– Ах вот как, – сухо отозвалась Гермиона, поджимая губы.

Последняя фраза ей пришлась не по душе. Разве мужчины знают, как лучше поступить? Вот разве что ее отец… Но чем дольше она размышляла о «семейной политике» отца, тем больше сомневалась, в самом ли деле его решения пошли на пользу ей самой и ее сестрам. Мистер Ньюсом считал, что ни один мужчина в городе недостоин его ненаглядных девочек. И вплоть до недавнего времени Гермиона сама в это верила.

– Тогда выкладывай подробности, – потребовала она, слегка отодвигая трубку от уха: разговаривая по телефону, Джозеф вечно повышал голос.

– Ну… – с наслаждением протянул старик, – Вернон твердо намерен жениться на миссис Фортман и от своего не отступится, можешь не сомневаться.

– Когда же свадьба?

Заслышав волшебное слово, Агата оторвалась от дамского журнала и с любопытством уставилась на Гермиону. Та покачала головой: дескать, это неофициальная информация.

– Мы… над этим работаем. – На сей раз голос Джозефа прозвучал не так уверенно.

– Значит, они помолвлены? Можно взглянуть на бриллиантовое колечко?

– Э-э-э… пока нет, извини.

– Но миссис Фортман хотя бы приняла его предложение?

В ожидании ответа Гермиона задумчиво глядела в окно. Неужто несносный старик думает, что сам, без посторонней помощи, способен женить повесу-племянника? Без ее помощи, если на то пошло?

– Черт подери, Гермиона, это – конфиденциальная информация!

– То же могу сказать и про брошюру из аптеки! – резонно возразила мисс Ньюсом. – И что бы ты сейчас делал без нашей подсказки? Кстати, чутье мне подсказывает, что ребенок все-таки его.

– Да уж, из-за чужого ребенка мы бы так не переполошились! – негодующе рявкнул Джозеф.

Еле заметно поморщившись, Гермиона отодвинула трубку еще дальше. Выждав, пока старик отдышится, она вкрадчиво продолжила:

– Стало быть, помолвка пока не состоялась. Отсюда следует, что Вернон сделал предложение и получил отказ…

– Ну, наверное, можно сказать и так. Но Вернон всегда получает то, что хочет, Гермиона, так что готов поставить всю наличность на то, что мальчик в забеге выиграет.

– Замечательная метафора, Джозефус. Однако мы вроде бы обсуждаем не бега.

– Да ну? – усмехнулся собеседник на том конце провода.

– Я звоню спросить, нужна ли тебе наша помощь, чтобы привести их роман к достойному завершению. Звоню от имени всех четверых. Тут со мной Беренгария, Лавиния и Агата. Иными словами, мы по-прежнему участвуем в заговоре или нет?

– Знаешь, Гермиона, с твоим ядовитым язычком…

– Мой язык тут абсолютно ни при чем! – фыркнула мисс Ньюсом. От неожиданности Агата выронила чашку и едва не расплакалась от досады, глядя на черепки. – У нас с сестрами есть чем заняться и без твоих семейных проблем… Но мы любим Вернона как родного сына и готовы все для него сделать… все, что от нас требуется.

– Требуется? – удивленно повторил Джозеф. – От вас ровным счетом ничего не требуется. Ваши родственные чувства весьма похвальны, но вряд ли послужат оправданием того, что вы суете нос в чужие дела… По-моему, Гермиона, ты слишком увлеклась ролью свахи.

– Это еще что такое? – немедленно ощетинилась Гермиона, с трудом удерживаясь от того, чтобы не швырнуть трубку на рычаг. В конце концов она благовоспитанная дама, а телефон денег стоит!

– Язык у тебя – что помело. И гордячка ты, каких мало: фу-ты, ну-ты, все женихи для тебя недостаточно хороши!

– Неправда! – Удивительно, сколько боли может причинить подобный упрек, даже если тебе за семьдесят. Женщина – существо чувствительное и ранимое, невзирая на морщины и седые волосы. – Между прочим, ты первый попросил меня о помощи. Или забыл?

– Отлично помню, Гермиона. Как насчет ужина со мной сегодня вечером?

– Что?! – На мгновение мисс Ньюсом решила, что ослышалась. – Что ты несешь?

– Ужин при свечах… только я да ты, – невозмутимо повторил Джозеф. – В «Старом замке». Браниться приятнее при личной встрече, ты не находишь?

– Звучит соблазнительно.

– Тогда в половине шестого я за тобой заеду. Или ты до сих пор считаешь, что слишком хороша для Паркинсона? – И, ехидно хихикнув, несносный старик повесил трубку.

– Гермиона, – осведомилась Лавиния, сметая осколки чашки в совок, – о чем это вы?

– Джозефус Паркинсон и святого из себя выведет, – проворчала Гермиона себе под нос с трудом сдерживая довольную улыбку.

– Я себя чувствую этакой племенной кобылой-рекордсменкой.

Вернон окинул спутницу быстрым взглядом и вновь сосредоточил внимание на усыпанной гравием дороге, ведущей к ферме.

– Утешься, весишь ты куда меньше.

– По-моему, я совершаю ошибку. – Нет, не следовало ей принимать приглашение красавца конезаводчика! Но вчера вечером он был так услужлив и заботлив, так помог ей с этим банкетом, что она просто не нашла в себе сил ответить отказом на просьбу столь скромную.

– Как может семейный ужин на ферме оказаться ошибкой?

– Твой дед все знает, верно?

– Ну, в интегральном исчислении он разбирается слабо…

– Перестань! – прикрикнула на собеседника Лаура. – Он знает или нет? – Молодая женщина от души надеялась, что ответ окажется отрицательным.

– Знает.

Лаура тихо застонала – так, чтобы не услышали дети, уютно устроившиеся на заднем сиденье видавшего виды пикапчика.

– Представляю, что он по этому поводу думает!

– Он думает, что нам следует пожениться.

– Могу я хотя бы на протяжении сегодняшнего вечера не слышать этого треклятого слова?

– «Пожениться»? – Вернон притормозил у ворот, за которыми виднелся внушительный дом в окружении сараев, гаражей и прочих сельскохозяйственных строений. – Очень сомневаюсь. Джозеф себя не помнит от восторга. Надеется, что ты будешь каждое утро печь для дедушки кремовые рулетики и булочки с корицей.

– Я не могу выйти за тебя замуж, пойми! Я не могу жить на ферме, не могу бросить мой бизнес…

– А я не могу допустить, чтобы мой сын рос бастардом.

– Шшш, – испуганно шикнула на него Лаура. – Дети услышат.

– Именно так люди станут называть их братика или сестричку. Городок у нас маленький, – проговорил Вернон, эхом повторяя слова Кэрол. – Сентогюстенцев хлебом не корми, дай перемыть косточки ближнему.

– Да уж, – кивнула Лаура, вспоминая репортеров, осаждавших ее особнячок в Чикаго. – В больших городах дела обстоят точно так же.

– Тогда сама видишь: выбора у нас нет. – Вернон припарковал машину у дома и выключил мотор.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать, но из этого отнюдь не следует, что я очертя голову брошусь регистрировать наши отношения. Наверняка есть и другие варианты решения…