Мари Секстон - Клубника на десерт

– Ну? – спросил он насмешливо, когда я вернулся в спальню. – Надеюсь, оно того стоило.

– Определенно нет. У одного из моих коллег умерла родственница, – ответил я, ложась рядом с ним на спину. – Мне придется на неделю прикрыть его.

– И что это значит, солнце?

– Это значит, что в понедельник я уезжаю в Сан-Диего.

– Прелесть, я же только-только вернулся!

– Я знаю, – проговорил я. – Прости. – Он должен был слышать, насколько искренне я сожалею.

Он помолчал немного, а потом вдруг сел. Устроился верхом у меня на бедрах и сверху вниз заглянул мне в лицо.

– Почему именно ты, солнце? Неужели всех ваших старших менеджеров по связям с клиентами, – упоминая мою должность, он всегда использовал насмешливый тон, – вот так по щелчку отправляют из города?

– И да, и нет. Время от времени такое бывает со всеми, хотя со мной, наверное, чаще всех.

– И почему же?

– Потому что большинство остальных ребят женаты, и у них есть семьи.

– То есть, твое личное время менее ценно единственно из-за твоего образа жизни?

– Ну… – Я даже не знал, что ответить, поскольку никогда не рассматривал ситуацию под таким углом.

– И эта поездка… солнце, он ведь даже не твой клиент, верно?

– Верно.

– Что будет, если ты откажешься?

– Ты просишь меня отказаться?

– Разумеется, нет. Просто интересно. Тебя уволят?

– Нет.

– Тебе каким-то образом выгодно соглашаться? Тебе больше заплатят?

– Я на окладе. Возможно, это примут в расчет при начислении бонусов, но в остальном – нет.

Глядя на меня, он покачал головой.

– Уверен, что никогда не пойму тебя. – Тонкими пальцами он провел по волосам на моей груди и дальше – по тонкой тропке, которая, заворачиваясь вокруг пупка, уходила вниз. – Знаешь, я не думаю, что должен делить тебя с твоими клиентами, – произнес он.

Тут я схватил его в охапку и, перевернув, опрокинул на спину, а сам опустился сверху и заглянул в его смеющиеся глаза.

– Я тоже не думаю, что должен тобой делиться. – Вот только я имел в виду не работу. А прочих его любовников.

Он улыбнулся мне.

– Только когда меня не бывает в городе. В Финиксе я целиком твой.

– Правда? – удивленно спросил я.

– Правда. А теперь… – Обхватив мои бедра ногами, он призывно толкнулся ко мне. – На чем мы остановились?

Глава 12

18 января

От Коула Джареду

Сладость, можешь не напоминать мне, что лыжный сезон уже наполовину прошел. Я в курсе! Как и о том, что в этом году я ни разу не заглядывал в Колорадо. Я бы с радостью пообещал тебе скоро приехать, но боюсь соврать. Да и есть ли смысл приезжать, если самый горячий холостяк Коды теперь не доступен? Впредь будешь знать, как вступать в моногамные отношения со всякими злыми копами! В общем, мы с Джонатаном толком не виделись уже несколько недель. Со дня на день он должен вернуться, и я страшно рад. Знаю, ты обязательно попытаешься разглядеть в этих словах нечто большее, но поверь, сладость, все не так, как ты думаешь.

***

Я проторчал в Сан-Диего без малого две недели и все это время постоянно ловил себя на мыслях о Коуле. Было сюрпризом узнать, что в Финиксе, кроме меня, он больше ни с кем не встречается. Я с самого начала полагал, что, находясь дома, он видится и с другими мужчинами. Не только со мной. Разумеется, я не знал, сколько их и насколько регулярны их встречи, и желания это выяснить у меня ни разу не возникало. Во-первых, это было не мое дело, а во-вторых, я боялся узнать, каким будет ответ. Я и не осознавал, насколько сильно обеспокоен этим вопросом, пока не обнаружил, что ошибался.

Еще я часто вспоминал, что чувствовал, когда удерживал и целовал его. И всегда возбуждался от этих воспоминаний, что в деловой командировке было не очень-то кстати. Много раз я порывался позвонить ему и попросить прилететь в Сан-Диего, но в итоге так и не набрался смелости. Идея принадлежала не ему, и я был уверен, что он откажется.

В пятницу днем я вернулся в Финикс и, как только сошел с трапа самолета, сразу набрал Коула.

– Привет, прелесть, – сказал он, подняв трубку. – Ты наконец-таки дома?

– Да. А что? Ты скучал по мне?

– Нисколько.

– Значит ты не будешь возражать, если сперва я заеду в офис.

– Прелесть, тебя не было двенадцать дней! Оно точно не может подождать до завтра?

– Увы. Но я ненадолго. К пяти буду дома.

– Ну, – сказал он, – все равно я сегодня вечером жутко занят. Позвоню тебе завтра. Может быть.

– Хорошо, – согласился я, улыбаясь. Меня было не обмануть.

Заходя в кабинет Маркуса, я все еще усмехался, как идиот, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы отложить мысли о Коуле и сосредоточиться на работе.

– Заходи, Джон, – сказал Маркус. – Закрой дверь.

– Да, сэр.

– Джон, очень скоро у нас начинается вся эта хренотень с реструктуризацией, – заговорил он, когда я сел. – Старшим менеджерам по связям с клиентами позволено выбрать локацию по старшинству. Йенсен, Макдональд, Нгуен и Симмонс шли впереди, так что теперь твоя очередь.

После нашей последней встречи я редко задумывался о реструктуризации, и сейчас все мои тогдашние опасения не только вернулись, но и усилились. Мысль о переезде мне активно не нравилась. В основном из-за Коула – вынужденно признался самому себе я.

– Какие у меня варианты?

– Юта, Вегас или Колорадо.

– Черт! – вырвалось у меня. К счастью Маркус не был чувствителен к сквернословию. Обхватив голову руками, я закрыл глаза и сосчитал до пяти. Потом еще раз. А потом взвесил доступные мне варианты.

Как и следовало ожидать, Аризона и три калифорнийские локации ушли первыми. Наилучшим вариантом из трех оставшихся был Колорадо – если б я мог уговорить себя, что это не станет шагом назад. Что касается Юты, то там было, конечно, красиво, однако для тех, кто не скрывал свою гомосексуальность, этот штат не годился.

Возможно с моей стороны это было предубеждением. Возможно в Юте меня ждал теплый прием. Но рисковать мне не хотелось.

А значит оставался Город греха (неофициальное название Лас-Вегаса – прим. пер.).

– Джон, ты не обязан принимать решение прямо сейчас. Впереди выходные. Подумай, а в понедельник дай мне ответ, – сказал Маркус. На меня снизошло облегчение, хотя я сомневался, что два дополнительных дня на раздумья хоть сколько-нибудь облегчат мне муки выбора.

В каком-то оцепенении я выехал домой. Всю дорогу я пытался убедить себя, что для тревожного трепета внутри нет оснований. Быть может, в Вегасе мне будет не так уж и плохо. За последние несколько лет я провел там немало времени и хорошо изучил город – по крайней мере, значительную его часть. Я знал, где поесть, хотя в местных ресторанах было слишком дорого, а Коул готовил намного лучше. Я знал, где находятся местные магазины, хотя ненавидел шоппинг. И я знал, куда пойти, если мне захочется секса. Хотя в данный момент не испытывал ни малейшего желания вновь попасть в любое из тех мест.