Хельга Нортон - Без оглядки

Мать открыла рот от изумления, и Линда была уверена, что она не притворяется.

– По-моему, здесь ты ошибаешься, Линда…

– Нет, – ответила она, бухнувшись на диван. – Тебе, мать, тоже лучше сесть, – заботливо посоветовала она. – Нам нужно о многом поговорить, и поэтому стоит устроиться поудобнее. Садись, мать! – резко повторила она, поскольку Пенелопа стояла, не двигаясь с места.

Ее глаза широко раскрылись от негодования, но, тем не менее, она села.

– Линда! – Она раздраженно поправила юбку. – Мне не нравится, как ты сейчас со мной разговариваешь!

– Учусь у Джеймса, – сухо ответила она.

– Когда мужчина немного грубоват, но, конечно, не переходит границы, это делает его привлекательным, – чопорно сказала Пенелопа, – но для женщины…

– Опять болтовня. Это самая отталкивающая черта как в женщине, так и в мужчине.

Слегка румяное лицо Пенелопы теперь побагровело от гнева.

– Когда закончилась твоя мятежная юность, я надеялась, что ты успокоишься и станешь более почтительной дочерью! – Мать повысила голос, стараясь хоть отчасти вернуть себе контроль над разговором.

Линду нисколько не испугал этот упрек. Ее глаза сузились.

– Именно поэтому ты вздохнула с облегчением, когда Джеймс решил вместо Энн жениться на мне? – вежливо спросила она. – Ты полагала, что я более сговорчива?

– Линда, ты не выпила? – нахмурилась Пенелопа.

– Нет, хотя следовало бы. Может, тогда мне было бы все равно. Ты не ответила на мой вопрос, мать! – Линда заметила, Пенелопа пытается изменить тему разговора. – Ты считаешь, что я более уступчива, чем Энн, особенно когда правда выплывает наружу?

Со щек Пенелопы сполз румянец, но остались багровые пятна, что делало ее похожей на клоуна.

– Какая правда, Линда? – Она рассмеялась от удивления, хотя сама почувствовала, как фальшиво звучит ее смех. – О чем ты? По-моему, болтаю не я, дорогая…

– Не надо разговаривать со мной как с маленькой, мать! – резко перебила ее Линда, повышая голос. – Как это произошло? К вам пришел Стив и сказал: ему известно о том, что отец растратил фонды компании? А когда отец умер, ты убедила Стива никому не говорить, что именно отец…

– Все было совсем не так! – горячо возразила ей мать, подаваясь вперед и садясь на самый краешек кресла. – Это была идея Стива не… – Она внезапно замолчала, увидев ликующее лицо Линды. Ее мать попалась в ловушку, которую она поставила. – Это нечестно, Линда! – сказала она дрожащим голосом.

Линда тяжело вздохнула – подтвердились ее худшие предположения.

– Да, – согласилась она и даже пожалела свою мать, которая сейчас выглядела на все свои пятьдесят два года. Ее лицо сразу осунулось и постарело. – Но была ли ты честна со мной, не сказав правды после смерти Стива?! – спросила она.

– Ох, Линда, когда это произошло, я просто не знала, что делать. – Мать была подавлена. – Последние десять месяцев были сплошным кошмаром. – Она покачала головой и глубоко вздохнула. – Я все время думала, что будет, когда Джеймс узнает.

– Ты допускала мысль, что он не докопается?

– Нет, я так не думала, но я надеялась…

– Я тоже! – Линда раздраженно кивнула. – А тебе не приходило в голову, что эти последние десять месяцев могли быть не такими уж кошмарными, держись мы все вместе, а не врозь?

На самом деле мать, конечно, не могла ей всего рассказать. Дело было в их отношениях. Пенелопа просто не понимала ее и не могла предугадать реакцию дочери на правду. Линда никогда не была ей так близка, как Энн, которая откровенничала со всеми независимо от того, нравилось это людям или нет.

– Ты не понимаешь, каким кошмаром все это было для меня. – Дрожащей рукой Пенелопа провела по лицу. – Эндрю настаивал, чтобы я вышла за него замуж. Все вокруг казалось мне настолько безнадежным, что я едва не приняла его предложение.

Бедный Эндрю! Весело ему было, если бы Пенелопа согласилась стать его женой!

– Тебе очень повезло – вместо тебя в жертву принесла себя я. Я имею в виду Джеймса. – Ее глаза вспыхнули.

– Я только хотела сказать…

Мать резко замолчала, в прихожей снова раздался звонок. Этот второй ночной визит ее очень удивил.

– Кто бы это мог быть, среди ночи… Наверное, Энн снова забыла ключ, – устало вздохнула она, сетуя на рассеянность младшей дочери. – Линда, я думаю, не стоит обсуждать все это при Энн.

– Она уже не ребенок! – оборвала ее Линда. – И не пора ли тебе прекратить оберегать ее, скрывая правду? Ей уже двадцать три…

– Я вовсе Энн не оберегаю, – страстно сказала Пенелопа. И по ее глазам Линда поняла, что она сказала правду. – Энн – болтушка. И можно не сомневаться, что она расскажет всем, во всяком случае, Мейсону. Я надеюсь, что пока еще не многим известно о случившемся, и лучший способ оставить все в тайне…

Дверь открылась, появился дворецкий, а следом за ним гость.

– Джеймс!.. – изумленно произнесла она и медленно поднялась, с ужасом глядя, как он быстрыми шагами входит в комнату. Линда тоже смотрела на него, пока еще не понимая, как относиться к его неожиданному появлению. Она знала, что он вернется, но не ожидала, что так скоро. Что ему понадобилось здесь?!

– Я вернулся, и Кэрол сказала, что ты здесь, – как всегда кратко ответил он на ее еще незаданный вопрос.

Зачем ему вообще понадобилось возвращаться? Она нахмурилась. Когда он уходил, было не похоже, что он собирается вернуться в скором времени. И как всегда, она ничего не могла прочесть на его лице. Придется ждать, пока он сам не соизволит все ей объяснить. Если соизволит.

– Спасибо, Гриффитс, – поблагодарила Пенелопа дворецкого, по-прежнему в замешательстве глядя на Джеймса. – Сегодня вы мне больше не нужны, если только… Джеймс, ты не хочешь кофе или еще чего-нибудь, – добавила она, смущенная, что не догадалась сразу спросить об этом.

Его рот скривился.

– Если захочу, я сам налью себе «еще чего-нибудь», – сухо сказал он, взглянув на стоящий в открытом баре графин с бренди. – В самом деле, – добавил он, как только дворецкий вышел из комнаты, – судя по вашему виду, нам всем не повредит глоток «чего-нибудь»!

Он подошел к бару и налил бренди в три стакана. Линда не выносила бренди. Мать тоже нельзя было отнести к любительницам этого напитка. Но если Джеймс сказал, что это им не повредит, то они, конечно, выпьют. Никто не собирался с ним спорить ни по какому поводу, они взяли предложенные стаканы. Мать по-прежнему нервничала, глядя на него. Линда тоже настороженно смотрела на Джеймса. Он, взяв свой стакан, подошел и сел на диван рядом с ней, хотя в комнате были свободные кресла. Он мог бы сесть как можно дальше от нее, продемонстрировав, что не собирается прикасаться к ней. Сегодняшняя его злобная выходка в счет не шла. Вместо этого он опустился рядом теперь они сидели, прижавшись друг к другу. Джеймс выпил бренди одним глотком и поморщился.