Натали Иствуд - Осенняя лихорадка

— Терри, пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Дай слово, что забудешь Шона Брайта и найдешь себе достойного мужчину.

Терри грустно улыбнулась. Шон и есть самый достойный. Жаль только, что у них нет ничего общего, но человек он хороший.

— Я постараюсь, Кэтти, — пообещала Терри, но она знала, что такого мужчину, как Шон Брайт, вряд ли удастся забыть.

В который раз за воскресный вечер Шон поднимал трубку телефона-автомата в баре «Нептун». Наконец он все же опустил в щель монету, она с лязгом провалилась и раздался гудок.

Шон достал из кармана джинсовой куртки записную книжку и, найдя номер телефона Терри, набрал его и услышал длинный сигнал. Может, ее нет дома?

После пятого гудка Шон собрался повесить трубку, но тут раздался голос Терри:

— Алло?

Он представил себе ее милое лицо, огромные серо-зеленые глаза, нежные розовые губы, и у него защемило в груди.

— Терри? Это Шон.

Повисла долгая напряженная пауза.

— Шон?

Во рту у него пересохло. Он облизнул губы и пробормотал:

— Хотел узнать, как у вас дела.

— Нормально, Шон… А у вас как?

Ужасно. Он хотел ее видеть. Каждую минуту с того самого вечера, когда они расстались. Забыть ее он не может.

— Кажется, тоже ничего себе. Послушайте, Терри, я вот что подумал… Еще довольно рано. Наверное, вы еще не ужинали? Вот я и подумал, может… может, я приеду… и мы выпьем пива и закусим пиццей.

Повисла еще одна пауза. У Шона от напряжения все сжалось внутри.

— Но я думала… я думала, что…

— Терри, даю слово, никаких фокусов! Только пицца и кружка пива. И поболтаем немножко. Ну, что вы на это скажете?

Терри ответила, но так тихо, что он не расслышал и, крепко прижав трубку к уху, переспросил:

— Что вы сказали? Извините, Терри, тут так шумно… — И он стиснул трубку так, что у него побелели костяшки пальцев.

— Я сказала, с удовольствием, Шон…

— Хорошо… Отлично! Буду через двадцать минут.

Шон повесил трубку и прижался лбом к стеклу телефонной будки. Звонить Терри было безумием. Настоящим сумасшествием. Он дал себе слово, что позвонит Лилиан. Думал об этом всю неделю. С того самого вечера, как расстался с Терри.

А под конец того злополучного вечера напился вдрызг.

Шон подошел к бармену и спросил:

— Послушай, приятель, у вас еще остались котята, которых принесла Пусси?

Пусси, пушистая черная кошечка, жившая в баре, пару месяцев назад принесла котят, и хозяин бара пытался сбыть ее потомство с рук, приставая к каждому встречному-поперечному.

Бармен кивнул.

— Одна мелочь пузатая еще сидит в коробке. Похоже, этот так у нас и останется.

— Пожалуй, я его возьму.

— Ты? — удивился бармен. — А как же твой рыжий бандит? Я думал, ты им сыт по горло.

— Да это не мне, а в подарок другу.

— Видно, славный парень! — хмыкнул бармен.

Дама, про себя поправил его Шон. Остается лишь надеяться, что Терри не откажется от котенка и ему не придется заводить второго кота. А ему и одного Нельсона вполне хватает.

— Ну, раз такое дело, забирай его вместе с коробкой… — Бармен хмыкнул. — Сразу видно, что наша Пусси выросла в баре. Уже шляется где-то.

— Спасибо. — Шон взял в руки коробку из-под обуви, где попискивал пушистый черный комочек с янтарными глазенками.

— Только ты накрой его крышкой, — посоветовал бармен, — а то еще надует тебе лужу в машине. Я тут проделал дырочки, так что воздуха ему хватит.

Шон кивнул. Накрыл коробку крышкой, перевязал бечевкой и отнес котенка в машину. Поставив коробку с котенком на пассажирское место, Шон завел мотор и вырулил со стоянки. А в голове крутилась одна-единственная мысль: он хочет видеть Терри. Дай-то Бог, чтобы она хотя бы вполовину была рада ему так же, как он ей.

9

В половине восьмого Шон подъехал к дому Терри. Когда она услышала звонок и открыла дверь, Шон шагнул в холл, радуясь тому, что руки у него заняты коробкой с котенком и эта ноша дает ему возможность отвлечься.

— Добрый вечер, Шон! — приветствовала его Терри и от волнения не сразу заметила у него в руках коробку. — А что это?

Господи, до чего же она хороша! Шон словно разглядел ее по-настоящему только сейчас. Какие у нее мягкие пепельно-русые волосы, а глаза — большие, лучистые…

— Да вот принес вам подарок, — не слишком уверенным тоном объяснил он и поставил коробку на пол. — То есть не совсем подарок… Надеюсь, вам понравится. А если нет, я его заберу.

— Подарок?

Терри шагнула к коробке. Услышав тоненькое мяуканье, она сорвала бечевку с коробки, сняла крышку и, увидев черного котеночка, ахнула.

— Шон, он просто прелесть! — Терри посадила котенка на плечо, и тот вцепился острыми коготками в тонкий джемпер оливкового цвета. Терри засмеялась — Шон, он просто очаровашка! Я давно хотела завести себе какую-нибудь живность. Конечно же я возьму его! Или это она?

— Нет, это кот.

— А как его зовут?

— Насколько я знаю, пока еще никак.

— Ну что ж, как вернемся, надо будет что-нибудь придумать.

Шон заметил, что Терри одета для выхода — бежевые слаксы, трикотажная кофта, замшевые туфли… Наряд был скромный, но при виде ее соблазнительных форм, обрисованных тонкой тканью, внутри у Шона сладко заныло.

— Шон, вы меня слышите?

— Извините… Что вы сказали?

— Я говорю, раз уж он такой пушистый, может, назвать его Пушистик? А сокращенно Пуш или Пушик.

Шон улыбнулся.

— Пушистик? Годится.

На самом деле он мог думать только об одном: как же ему хочется ее поцеловать! Стоит этой женщине оказаться рядом, как он начинал сходить с ума.

— Терри, надеюсь, вы проголодались? — Шон изо всех сил старался не смотреть на ее губы и не блуждать взглядом по ее телу.

— Умираю с голоду. А вы?

Умираю, хотелось сказать ему, только не от голода, а от вожделения.

Шон кивнул.

— Я тоже. А как вы относитесь к пицце?

— Положительно.

— Только оденьтесь потеплее, — посоветовал он, — а то у меня крыша опущена.

Терри поднялась в спальню за кашемировым шарфом и легким шерстяным пальто. Спускаясь вниз, она остановилась и, взглянув сверху на Шона, подумала: Господи, только бы он ничего не заметил! Стоило ему войти, как у нее все внутри задрожало, руки заходили ходуном, колени подогнулись…

Терри была рада поводу подняться в спальню и взять себя в руки. Надев шарф на голову, Терри завязала его под подбородком. Крыша у него, видите ли, опущена… Только Шон может додуматься ездить в дождливую погоду с опущенной крышей. Правда, дождя сейчас нет, просто пасмурно и сыро.