Натали Иствуд - Осенняя лихорадка

Где искать себе даму, Шон знал. Но где, черт побери, взять деньги для спасения «Красы морей»?

8

— Ну и как прошла поездка? — спросила Дороти, как только Терри пришла на работу. (В понедельник она брала отгул по случаю свадьбы двоюродной сестры и не виделась с Терри с прошлой недели.) — Рассказывай! Я умираю от любопытства.

— Ты про какую поездку? — уточнила Терри. — На мотоцикле или на яхте? — Она включила компьютер и устало опустилась на стул.

— Вот это да! — ахнула Дороти, вытаращив глаза. — Этот красавчик прокатил тебя на своей «Красе морей»?

Терри кивнула.

— И как только мы отплыли, меня сразу же начало рвать.

Дороти застонала.

— Да ты что! Не может быть!..

— Еще как может!

— Надеюсь, ты потом привыкла?

— Если бы! Меня выворачивало наизнанку целый день. Ты же меня знаешь: я ничего не делаю в полсилы.

— Бедолага! — Дороти сочувственно вздохнула. — После таких ужасов про поездку на «харлее» я и спрашивать боюсь…

Терри не могла не улыбнуться.

— Как ни странно, но эта поездка прошла на удивление хорошо. Я и не подозревала, что ездить на мотоцикле так здорово.

Дороти расплылась в улыбке.

— Ну и когда же вы снова поедете на природу?

Терри вздохнула.

— Никогда! Все кончено, Дотти. Мы с Шоном решили поставить на этом точку.

— Ты что, с ума сошла? Поставить точку… даже не переспав с ним?

— Дотти, мы с ним несовместимы. Понимаешь? Теперь, когда это ясно как день, прыгать к нему в постель я не собираюсь. Одного секса мне мало.

— Почему? — Дороти округлила глаза. — По-моему, ты рассуждаешь как… как моя бабушка.

— Дотти, это трудно объяснить, но поверь, я не ханжа! — Терри подняла на подругу покрасневшие от слез и бессонных ночей глаза. — Просто я так чувствую. — Она помолчала. — Знаешь, при сложившихся обстоятельствах ты бы и сама не переспала с ним.

Дороти невесело улыбнулась.

— Это точно. Мне такой красавчик никогда не обломится. — Она вздохнула. — А я-то хотела за тебя порадоваться…

— Увы! Лучше урони на меня слезу.

— Что, так плохо?

— Не то слово! Ты не представляешь, как мне без него плохо! Я так хочу его видеть, что…

— Терри, а ты часом не рехнулась? — вытаращив глаза, спросила Дороти. — По-моему, ты уже заговариваешься.

— С чего ты взяла?

— А с того, что ты несешь бред. И сама себе противоречишь.

— Дотти, просто ты не знаешь Шона. Ну как бы тебе объяснить…

Тут зазвонил телефон, и Дороти выскочила в приемную, бросив через плечо:

— Потом объяснишь.

Может, Дороти права? Может, следовало переспать с Шоном? А то теперь она до конца дней будет думать о том, на что это было бы похоже. Все! Как говорится, поезд ушел. Нет, все-таки она поступила правильно. И вообще, глупо тосковать о человеке, которого едва знаешь.

Терри потерла затылок. День только начинается, а она уже устала. И работы, как назло, невпроворот… А она сидит и страдает от несчастной — или, если угодно, неразделенной — любви, ну прямо как героиня старинного романа… Надо срочно приниматься за работу, а то босс ее выставит на улицу. И будет прав!

Прошло несколько дней, закончилась неделя, а у Терри по-прежнему Шон не выходил из головы. Она постоянно раздумывала о том, что он делает, с кем проводит время и с кем спит. И последнее было мучительнее всего. Вместо того чтобы выбросить Шона Брайта из головы, она с каждым днем тосковала по нему все сильнее. Нет, это просто безумие! Но как запретить себе думать о нем?

А он едва ли хоть раз вспомнил о ней.

Что же ей делать? И посоветоваться не с кем… Дороти в таких делах мало что смыслит. Родителей во все это посвящать нельзя (может, она и рехнулась, но не до такой степени)… Как же она забыла! Надо поговорить с Кэтти.

Терри тут же ей позвонила, и они условились встретиться в четверг. У Кэтти был выходной, и она пригласила Терри к себе домой.

В четверг вечером в половине седьмого Терри позвонила в дверь. Кэтти — в джинсовом платье и розовом переднике — с улыбкой отворила дверь и жестом пригласила подругу в крошечный холл своей двухкомнатной квартирки.

— Привет, красотка! Надеюсь, ты голодная? — Она продемонстрировала перепачканные мукой руки. — У меня пирожки, жареные цыплята и… — Заметив мрачный вид Терри, она осеклась и, помолчав, спросила: — Что, плохи дела?

— Хуже не бывает, — честно призналась Терри и, протягивая хозяйке коробку с пирожными, спросила: — А где твои мальчики?

— Пошли на день рождения к однокласснице. Так что давай выкладывай, мешать нам некому.

Они прошли в маленькую уютную кухню.

— Что случилось? — Кэтти выдвинула стул и, заглянув в духовку, с удовлетворением заметила: — Точно подгадала. Через пять минут можно вынимать.

Терри села и сказала:

— Кэтти, что мне делать? Я так больше не могу. Вчера вроде полегчало, а сегодня я чувствую себя полным дерьмом.

Белесые бровки поползли вверх: Кэтти никогда не слышала от Терри бранных слов.

— Хочешь вина? Знаешь, мне всегда помогает.

— Хочу. — Терри обвела глазами опрятную кухню и вспомнила, как помогала Кэтти выбирать ткань на занавески. — А ведь я к тебе за советом.

Кэтти протянула ей бокал каберне и устроилась за столом напротив.

— До чего же ты бледная! Опять не выспалась?

— Спала я плохо, только на этот раз причина в другом.

Кэтти пристально взглянула на гостью и с ходу поставила безошибочный диагноз:

— Тут не обошлось без мужика!

— Что, так заметно? — удивилась Терри.

— Радость моя, да у тебя прямо на лбу написано!

Терри подняла на нее полные боли глаза и, чуть не плача, призналась:

— Кэтти, я так по нему тоскую! Никак не могу выбросить его из головы.

Кэтти вздохнула.

— Да, радость моя, бывают такие мужчины. Поверь мне, уж я-то знаю, что говорю! Когда Робби меня бросил, мне хотелось лечь и умереть.

Терри с минуту молчала, а потом, подняв глаза на подругу, заметила, уже без слез в голосе:

— Однако ты не умерла. Сумела его забыть. И сынишек вырастила сама.

Кэтти пригубила бокал.

— Терри, я раскрою тебе один секрет. Никогда я его не забывала. И, похоже, никогда не забуду. — Неунывающая Кэтти улыбнулась, но сейчас ей это стоило немалых сил. — Так что радуйся, что легко отделалась, вот что я тебе скажу!

Терри промолчала и откинулась на спинку стула. Светло-русые пряди рассыпались по плечам. Кэтти заметила, что волосы у нее отросли и Терри стала еще женственнее. Она подавила вздох. Верно говорят, не родись красивой… Кэтти наклонилась и погладила подругу по руке.