Лора Брантуэйт - Под шепот океана

— Дженна?..

— Да? — Она отвлеклась от созерцания городского пейзажа — они с Морганом как раз ехали на такси в отель, чтобы немного передохнуть.

— Как ты?

Такой простой вопрос. Он никогда прежде не задавал его ей. Это не дежурное «Как дела?», ответ на который никого не интересует. Это знак того, что ему немаловажно, что с ней происходит.

— Устала, — призналась Дженна. Улыбнулась: — Но это не страшно, скоро пройдет.

— Хочешь, не пойдем на это мероприятие?

— Нет, почему же. Стоит посмотреть на публику. Конкурентов надо знать в лицо — и без галстуков тоже.

— Стратегически мыслишь? Молодчина. Но меня не проведешь. Тебя что-то тревожит.

— Тревожит. — Дженна помялась. — Думаю, как бы успеть принять душ и пробежаться по магазинам. Я же тут ничего не знаю…

— Может, перенесешь шопинг?

— Не могу, мне нужно платье для сегодняшнего вечера.

— О, женщины!

— Красота требует жертв, ты же понимаешь.

— Знаешь, как настоящий друг, я разделю с тобой бремя этой жертвы. Уважаемый, — обратился он к водителю, — едем через Восемнадцатую авеню… Там магазинов пруд пруди. Хелена всегда пропадала в том районе по многу часов.

— Боюсь, что у нас с ней разные… вкусы. — У Дженны не повернулся язык сказать «финансовые возможности».

Морган не ответил — погрузился в какие-то свои мысли. Судя по лицу — не особенно приятные.

Дженна зря беспокоилась о том, что разорится на нью-йоркском наряде. Ее банковский счет не особенно пострадал. Бутиков на Восемнадцатой авеню и в самом деле было видимо-невидимо — рай для шопоголика. Дженне он показался «немножко адом»: пускаться в долгие поиски подходящего коктейльного платья ей совершенно не хотелось. К счастью, приемлемые по цене наряды обнаружились в третьем по счету магазине, где продавались вещи от молодых дизайнеров. Марки еще не стали раскрученными, большинство из них так никогда и не окажется на слуху у широкой публики, но многие вещи носили отпечаток высокого вдохновения.

— Ты любишь «Красотку» с Джулией Роберте? — спросил Морган.

— Да. Обожаю «Красотку» с Ричардом Гиром, — улыбнулась Дженна.

— Отлично. Тогда ты знаешь, что делать. — Морган подмигнул ей. — Я занимаю место вот в этом кресле.

У Дженны закружилась голова.

Тем не менее сцену из культового романтического фильма ей удалось разыграть великолепно. Продавцы — молоденькая девушка с нежными круглыми щечками, неуловимо похожая на Мелиссу, и дама постарше, одетая в очень элегантный костюм, умилялись и улыбались.

Дженна выбрала платье из атласа оттенка розового жемчуга, с глубоким V-образным вырезом и открытой спиной, длиной до середины колена. Конечно, с рубиновым платьем Кэт ему не сравниться, но все же…

— У вашей жены отличный вкус, — проворковала молоденькая продавщица, скользнув взглядом по левой руке Моргана, где матово поблескивало обручальное кольцо.

Морган улыбнулся и кивнул. Девушка вопросительно смотрела на него, ожидая, когда он будет расплачиваться.

— Я не его жена, — с не меньшим профессионализмом проворковала Дженна, протягивая ей кредитку. — Я ассистент.

Дама постарше подала ей фирменный пакетик с платьем. Дженна прочла в ее взгляде плохо замаскированное неодобрение.

Еще бы. Женатый босс прогуливается по магазинам с хорошенькой ассистенткой. Любой добропорядочный гражданин отнесется к такой парочке с подозрением.

Дженна панически боялась косых взглядов. Ей вдруг сделалось так стыдно, что к горлу подкатил сухой, неудобный ком. Вроде бы и дурного они ничего не делали, но все равно… Людям ведь не объяснишь. А со стороны это выглядит как прелюдия к адюльтеру.

Платье уже не казалось ей прелестно-изысканным, а собственное отражение в витринах пугало залегшими под глазами траурными тенями. Удивительно, как один-единственный взгляд может отравить целый праздник.

Морган вел себя очень ровно — кажется, его происходящее никак не затронуло. И слава богу. Туфельки Дженна взяла первые попавшиеся в первом попавшемся магазине. Она не была уверена, что, надев платье, сможет чувствовать себя хорошо. В ее сознании за ним закрепился шлейф легкой порочности.

Но порочность притягивает. В очередной раз Дженна убедилась в этом вечером. Фуршет проходил в небольшом ресторане с французской кухней неподалеку от выставочного зала, на 72-й Западной улице. Они с Морганом несколько опоздали к началу — то есть не услышали полуофициальных речей, поздравлений и совсем официальных тостов. Морган был в черном костюме и при бабочке. Дженна знала, что рядом с ним выглядит еще более хрупкой и нежной.

Другие тоже это замечали. Она то и дело ловила на себе чьи-то заинтересованные взгляды. Особенно ее смущал один, который неотступно ее преследовал. Взгляд светлых глаз кудрявого блондина в синей рубашке.

Дженна с удивлением обнаружила, что знает здесь даже в лицо далеко не всех. В последние дни все были так заняты подготовкой к основному событию, что заводить знакомства было как-то некогда.

Морган, видимо, был выносливее ее, что в принципе логично, и усталость не мешала ему быть энергичным и обаятельным. Его вовлекли в беседу — речь шла о перспективах развития технологического рынка и как это повлияет на рынок программных продуктов — несколько джентльменов очень разного возраста и очень строгого вида, и Дженна в какой-то момент оказалась совершенно одна, без спутника, без сил и без желания развлекаться.

Оливки, правда, были хороши, да и белое вино дразнило тонким букетом — Франция, что тут сказать. Дженна знала, что «заеданием» и «запиванием» проблемы не решаются, но так хотелось доставить себе хоть маленькую радость. К тому же… надо же ей чем-то заниматься на этом мероприятии!

— Леди, выпьете со мной?

Дженна чуть не разлила вино: он подошел сзади, совершенно бесшумно, как большой камышовый кот.

Вблизи его глаза оказались прозрачно-зелеными, как бутылочное стекло, через которое смотришь на солнце. Впрочем, не исключено, что он носит цветные линзы. От него тонко пахло какой-то благородной туалетной водой. Этот запах притягивал и почему-то настораживал. Может быть, оттого, что слишком явственно будоражил воображение…

— Д-да, — выговорила Дженна. — Конечно. Все-таки есть профессии, которые развивают чудовищное самообладание.

— Я счастлив, — серьезно сказал незнакомец. Он был молод, на вид не больше двадцати пяти-двадцати шести. Дженна подумала, что ему не хватает белого коня и сияющих доспехов. Тогда его запросто можно было бы снимать в диснеевском фильме про принцев, принцесс, драконов и прочие чудеса, которых в природе не бывает.