Лаура Дэниелз - Однажды и навсегда

Фрэнк усмехнулся.

— Ты не знаешь Полу. Она бравирует тем, что сроду не бывала на приеме у доктора. Даже сейчас звонила не она, а… — Внезапно осекшись, он оставил фразу незавершенной. — Словом, инициатива пригласить тебя исходит не от Полы.

— От кого же? — с любопытством спросила Кэт, быстро доедая свою порцию пирога.

Фрэнк отвел взгляд в сторону.

— Неважно. Ты осмотришь мою кухарку или нет?

— Разумеется, осмотрю. Мне только непонятно, почему ты из всего делаешь тайну. В жизни не встречала более закрытого человека!

Он ничего на это не ответил, лишь взглянул на опустевшую тарелку Кэт.

— Ты закончила завтрак?

— Да. Можем идти.

— Лучше поедем. А потом я отвезу тебя домой. В Мардж-хаус, — уточнил он, словно опасаясь, как бы Кэт не подумала, будто речь идет о его доме.

Она все поняла и усмехнулась про себя.

Не волнуйся, дорогой, промелькнуло в ее голове, напрашиваться в гости не стану. Мое присутствие здесь и без того затянулось.

В холле Фрэнк помог ей надеть плащ, затем усадил в свой «даймлер» и повез в деревню.

Не доезжая до центра, они свернули в тихую улочку, по обеим сторонам которой выстроились добротные деревенские коттеджи. Возле одного из них — с белыми ставнями на окнах и красной черепитчатой крышей — Фрэнк притормозил.

— Здесь? — спросила Кэт, разглядывая дом через автомобильное окошко.

— Да, приехали. Только не удивляйся, Пола обожает птиц и кошек, и у нее дома уйма и тех и других.

— Птиц и кошек? — повторила Кэт. — Не слишком ли странное соседство? Насколько мне известно, ни одна кошка не откажется полакомиться птичкой. Пола не боится, что одни ее любимцы сожрут других?

— У нее все предусмотрено. Впрочем, сама увидишь.

Пока они шли по дорожке к дому, Кэт с интересом оглядывалась по сторонам и ей показалось, что в соседнем коттедже колыхнулись на окне занавески. Она втихомолку усмехнулась: оказывается, ее тоже рассматривают! Что ж, на то и деревня, каждый новый человек в диковинку.

— А вот тебе и первые питомцы Полы, — обронил Фрэнк, когда они поднялись на крыльцо.

Проследив за его взглядом, Кэт обернулась и увидела, как из сада к ним спешат две кошки — белая и серая в полоску. А может, это были кот и кошка. Или два кота. По внешнему виду различить не представлялось возможным.

— Кис-кис-кис! — позвала Кэт.

— Это ты напрасно, — заметил Фрэнк. — Если тебя услышат остальные…

И, похоже, они услышали, потому что не успела Кэт и глазом моргнуть, как вместо двух кошек на крыльце оказалось пять. К первым двум прибавились рыжая, пятнистая и черная.

— Ой, сколько их! — воскликнула Кэт.

Неодобрительно покосившись на пушистых компаньонок Полы, Фрэнк проворчал:

— Это еще не все. — Затем, чуть склонив голову набок, добавил: — А слышишь, что творится в доме?

Только сейчас Кэт услышала разноголосое птичье пение — такое громкое, что ей стало странно, как это она раньше не обратила на него внимания. Когда Фрэнк нажал на кнопку звонка, птичий щебет разом умолк и во внезапно наступившей тишине прозвучал женский голос:

— Открыто!

— Что ж, войдем, — сказал Фрэнк, толкнув дверь.

В образовавшийся проем тут же прошмыгнули друг за дружкой все пятеро кошек.

— У меня даже нет с собой фонендоскопа, — пожаловалась Кэт, почти не удивляясь прыти животных.

— Ничего, порой одно лишь присутствие врача производит целительный эффект. Только врач должен быть настоящий.

— Надеюсь, я могу считать себя таковым, — пробормотала Кэт, переступая порог вслед за Фрэнком.

— Ну зачем было трудиться, лично ехать сюда, мистер Мейлон? — услышала она в следующую минуту. — Ведь Оливия сказала вам по телефону, что со мной ничего страшного не случилось? Отдохну денек-другой и вернусь к своим обязанностям. Вы пока и без меня обойдетесь. Я хотела сама позвонить, да Оливия сказала, что все вам передаст. Ну я и не стала спорить. Передала она?

Выглянув из-за спины Фрэнка, Кэт увидела низенькую полную даму лет шестидесяти, с гладко зачесанными назад и закрепленными с помощью шпилек волосами. Прическа свидетельствовала о привычке к аккуратности, но сейчас — видимо, по причине недомогания — отдельные пряди выбились из общей массы волос и безжизненно висели вдоль лица.

Кэт машинально отметила все это и лишь затем уловила смысл произносимых Полой фраз.

Оливия? Выходит, это она звонила Фрэнку во время завтрака? Так вот почему он не захотел говорить, кто сообщил ему о том, что Пола прихворнула.

— Ой, да вы не один пожаловали! — вдруг воскликнула та, увидев Кэт.

— Я привез вам врача, — сказал Фрэнк.

По глазам Полы было заметно, что она искренне удивилась.

— Мне? Зачем?

Фрэнк нахмурился.

— Оливия описала мне ситуацию таким образом, что вы будто бы лежите пластом и не в состоянии даже встать с постели.

Брови Полы взлетели.

— Я?! Боже правый, с чего она взяла? Я лишь упомянула нынче утром, что, видать, у меня что-то с давлением. Слабость испытываю, головокружение, но и только. А то, что с постели встать могу, Оливия сама видела, я во дворе была во время того разговора. Так что врачи мне ни к чему, уж простите за такие слова. — Она посмотрела на Кэт, но тут же перевела взгляд на Фрэнка. — Зачем Оливии понадобилось вас беспокоить, мистер Мейлон, ума не приложу.

Зато я это знаю, подумала Кэт. Оливия догадывается, что мы с Фрэнком вместе провели ночь. Дальше одно из двух: либо ей хотелось проверить свою гипотезу, либо она просто сгорала от желания поскорее нас разлучить. А что я врач, наверное, уже вся деревня знает. Вот Оливия и использовала эту информацию в своих целях.

Вероятно, Фрэнк подумал о том же, потому что коротко взглянул на Кэт и сказал Поле:

— Вы все-таки побеседуйте с доктором, а я пока… хм… воздухом подышу. — С этими словами он вышел, оставив дам одних.

— Даже не представляю, о чем нам беседовать, — сокрушенно покачала головой Пола, глядя на гостью.

— Меня зовут Кэт, — сказала она, обводя взглядом гостиную, где было тесно от клеток с канарейками, попугаями и другими птицами.

— Знаю, детка, — улыбнулась Пола, массируя кончиками пальцев ноющий висок. Очевидно, ее мучила мигрень. — Ты внучка Элинор Эшбрук. Угостить тебя чаем?

— Благодарю, я недавно пила его у Фрэн… у мистера Мейлона.

— Ну, давай присядем, что толку стоять посреди комнаты? Да и голова у меня все-таки кружится слегка…

Пола направилась к дивану, на котором расположилось трое котов: двое сиамских и один пушистый, породу которого Кэт не знала. Последний вылизывал шерстку, остальные ничем особым заняты не были. Пола столкнула всю троицу на ковер, по которому бродили, с коварным спокойствием поглядывая на птичьи клетки, пять кошек, только что вбежавших в дом с крыльца.