Помни об этом - Виктория Королёва

когда очень хотелось. Никогда. Потому что мы с ним никому ничего не говорили, наши отношения только наши. А на людях как бы не ругались, всегда обнимались. Так что у неё какое-то своё личное предвзятое отношение к моему бывшему. Если не брать во внимание один случай, то да, мнение её ни на чём не основано.

Они как два игрока. Марина упрямо говорила, что он козлина, что я с ним какая-то странная всегда, а он, что это Марина меня вечно куда-то тащит, настраивает меня против него. Быть миротворцем между двумя арканами нелегко. Лавировать, удалять сообщения от подруги, чтобы ни дай бог не прочитал что-то лестное о себе. Боже… как же сложно было.

Он любил меня, я знаю. Нельзя встречаться с человеком так долго, если ты не испытываешь хотя бы грамма любви. Как жаль, что я могу покопаться только в своей голове. Стыдно признаться, но я до сих пор ищу ему оправдания. Каждый день, каждый час. Всегда! Может быть, он был прав? Может быть это всё из-за меня? Последнее время он стал говорить, что я какая-то сухая стала, словно не люблю его, словно мне всё равно… А я уже не знала, как показать свою любовь ещё больше.

Из глаз подруги от возмущения едва не сыпется медный купорос. Сдаюсь под таким напором. Спорить нет смысла, меня и так подкосила неожиданная встреча в том самом месте, где не ждала.

– Когда ты наконец-то поймёшь, что ему хорошо! Это ты замуровала себя в четырёх стенах и оплакиваешь этого козла! Радуйся, блин, он устранился! Дыши нормально! – Марина с силой встряхивает за плечи. – Соберись! – шипит тихо, чтобы никто не слышал.

– Я же сказала, что мы ещё не переехали! Когда переедем, там и видно будет! – огрызаюсь. – Мне надо маме помочь. Какие тут клубы.

Размашисто иду к лестнице. Мне дышать нечем.

– Рит, – Марина ловит за локоть, и я вынуждена развернуться. – Прости! Ну как еще донести до тебя, что ты выглядишь, по крайней мере, глупо… Не делай ты так. Живи дальше! Найди другого парня. Нормального.

Хочу заорать, что он нормальный и что она совсем ничего не знает. Так злит сейчас. Защищать его хочу. Остро!!!

Но, резко бью по тормозам, в глазах подруги сожаление и меня топит на этом. Сразу махом остужает.

– Мариша… мне не до чего сейчас. Родители разводятся. Переезд…

А она вдруг улыбается, беря меня в оборот.

– Рит! Всё продуманно практически до мелочей! – Подруга берёт за руку для того, чтобы моё внимание сфокусировалось на ней, а не где угодно, пока мы проходим очередной стенд, где красуется физиономии Данияра – ещё одного не в меру наглого парня в конкретном институте. – Я уверенна, тетя Инга обязательно одобрит. А мы-то уж найдём, как развлечься! Не будь букой, идём! Обещаю танцы, музыку и напитки! Будет оч-оч круто!

Да бли-и-ин!

– А как же Софья Михайловна? – нахожусь с отступным.

Моё единственное желание – просто, чтобы отстали. Какие клубы… Господи. Меня выжгли повторно. Перед глазами маячит как он эту блондинку обнимает. Суку эту я не знаю… Кто она? Уже девушка? Или просто? Кто?! Обносит голову.

– Бабуля тебя обожает! Забыла!? – Щебечет воодушевлённо Марина. – Даже если мы ввалимся пьяные в восемь часов утра, она и ухом не поведёт! Клянусь.

– Переезд… – напоминаю.

– Да ладно тебе! Когда так ещё сходим! Ты сама говорила, что мама твоя не очень одобряет это всё. А тут успеем погулять, пока есть возможность! Девятнадцать лет, а живёшь так будто тебе пять! То нельзя, это нельзя. Идём?!

Прикрываю глаза. Ещё одно испытание.

Судьба преподнесла сюрприз всего несколько дней назад, когда я узнала, что мама решила сменить обстановку и переехать в большой город. Жить с бывшим мужем в одной квартире оказалось слишком сложно. Благо, что у нас осталась небольшая комната в коммуналке, ещё после бабушки. Она прожила там всю жизнь, и только за год до своей смерти переехала к нам в трёхкомнатную. Комната пустовала не долго, квартирантов найти не было проблемой. Я там отказывалась жить одна, выбрала общежитие от универа. Хотя Андрей говорил, что лучше там пожить, что так проще, что он тоже может со мной. Тогда мама запретила и мы не стали, я поехала в общагу. А он квартиру с другом снял. Поругались немного на этом фоне.

– Так говоришь, словно я совсем одичалая, – фыркаю.

– То, когда ты со своим цербером ходила ни в счёт! – парирует Мариша.

Качаю головой возмущённо.

– Ладно, я спрошу, когда будем машину заказывать, если получится, тогда – да.

Оставляю себе окно, чтобы соскочить. Куда-то ходить без него, особенно по клубам… мне откровенно страшно. Я не привыкла к такому.

– Никаких: «Ладно, я спрошу, но только отвали от меня!», – Марина в точности спародировала мой тембр, и я невольно засмеялась.

– Ок! Спрошу, спрошу!

– Я тебе позвоню, – подмигивает. – И обязательно познакомлю с Мишей, он – лапочка!

– Ладно, чао! – я посылаю воздушный поцелуй и бегу в сторону общежития.

Никуда я не пойду, не смогу. Для меня это ни то, чтобы выйти из зоны комфорта, это словно нырнуть в кишащий змеями террариум.

Андрей рассказывал истории, то про наркотики, то про изнасилования девчонок буквально в кабинках туалета этих самых клубов, то про то, как их спаивают, потом в рабство продают… Мне просто страшно пойти беззащитной туда, кто за меня заступится если что?

Дома. Буду дома. Так безопаснее.

Глава 2

Бесконечное количество пролетающих деревьев, посаженных вдоль федеральной трассы, и я снова дома.

Медленно, насколько это в общем возможно, поднимаюсь по крутым ступенькам. Оглядываюсь, наш подъезд остался таким же, почти ничего не поменялось. Кроме запаха краски. Еле уловимый, но я чувствую его.

В голове всплывает воспоминание…

– Твою же мать! – ревёт матерясь.

Он так рьяно отпрянул, что это показалось забавным. Я невольно хихикнула и поймала на себе тяжёлый взгляд.

– Что смешного? – Андрей развернул локоть, на котором виднелось отчётливое пятно светло-голубой краски.

Подъезд покрасили, а мы не заметили, запаха почти нет. Куртка испорчена. И я вдруг стыжусь и оседаю внутренне.

– Прости…

– Ни хрена не смешно, блять! – зло шипит.

Теряюсь. Разозлила. Сразу извиниться хочу.

– Я не хотела, прости. Всё нормально?

Тянусь к нему, а Андрей резко руку отдёргивает, бросая на меня острый взгляд. Моя ладонь падает обратно, поджимаю губы и взгляд увожу. Настроение испорчено безвозвратно.

Не успеваю зайти в квартиру и снять чёрные балетки, как мама кричит из кухни: