Та, что тебя хранит - Алёна Берндт

Лерка сняла босоножки и, усевшись на небольшой мосток, опустила ноги в воду. Вода приняла в себя её боль, мягко обняла и качнула.

«Не грусти…. Не грусти…. Мы с тобой, с тобой…» – будто кто-то шепнул в голове.

«Ну вот, уже и галлюцинации подвезли, – с горькой усмешкой подумала Лерка и вздохнула, – Наверное, это опухоль какая-то в мозгу, потому и блажится всякое. Надо бы провериться может… Но зачем…»

Домой она вернулась, когда уже совсем стемнело. Тихо скользнула Лерка в квартиру, умылась и прокралась в спальню. Муж спал. Или делал вид, что спит, но не шелохнулся, когда Лерка тихо улеглась на свою подушку.

Лёгкий ветер шевелил тюль, и Лерка лежала, слушая размеренное дыхание мужа и звуки летней ночи, разлитой за окном. Сон не шел к ней, думы разрывали голову, тоска заполняла все тело.

Лерка осторожно, чтобы не разбудить мужа, положила свою горячую руку на его плечо. Васька улыбнулся во сне, и Лерка тихо заплакала, ей подумалось, что приходит время прощаться с тем, кого она любит больше жизни… Муж обнял её, прижав к себе, и что-то прошептал во сне. Сейчас, ночью, он снова был тем, кого она когда-то полюбила на всю свою жизнь.

Утро всё вернуло на свои места. Они молча пили кофе за завтраком, перекинувшись только парой фраз. Васька, бросив жене стандартное «Пока», отправился на работу.

А Лерка, после вчерашней вечерней прогулки к озеру, чувствовала себя немного лучше, и решила, что сделает сегодня мужу сюрприз – перед обедом отпросится с работы и придет к нему на работу, чтобы вместе поехать в небольшое летнее кафе и там пообедать.

Она надела своё любимое, синее с белым платье, достала новые босоножки, которые берегла на отпуск – они собирались поехать в Москву к старшему сыну. Но теперь их не для чего беречь, подумала Лерка, застегивая красивые пряжки.

Время до обеда тянулось так медленно, и Лерка с трудом унимала внутреннюю дрожь.

– Валерия Викторовна, какая вы сегодня красивая! У вас какой-то праздник? – с восторгом смотрела на нее коллега Лиза.

– Ну, что-то вроде того, – уклончиво ответила Лерка, всем видом показывая, что не хочет говорить на эту тему.

Но вошедшая в кабинет Светка Чернова, главная сплетница и интриганка в их небольшом коллективе, услышала их разговор и громко заявила:

– Вот и правильно, что наряжаться начала, а то муж совсем сбежит к молодухе!

Лерка вспыхнула, Лизе тоже стало неловко за такой выпад местной болтушки, и она с вызовом глянула на Светку:

– А тебе делать нечего больше, кроме как сплетни собирать? Чего пришла, опять сахар к чаю клянчить? Свой надо иметь!

Светка пробурчала что-то в ответ и поспешно выскочила из кабинета, ведь Лиза всегда была остра на язык и спуска местным кумушкам не давала, не смотря на молодой возраст.

– Валерия Викторовна, не обращайте на эту дуру внимания! Это в ней собственная неустроенность говорит! – Лиза фыркнула от возмущения вслед ушедшей Светке.

А Лерка сгорала от мысли, что и в самом деле, глупость она придумала, еще и нарядилась, как дура, людей только смешить. Да и Васька её, наверное, высмеет, тоже, модница нашлась.

– Да, ты знаешь, Лизочка, хотели сегодня с мужем пообедать вместе, но, наверное, не получится – у меня работы много, – сказала Лерка коллеге, и стала озабоченно перекладывать на столе документы.

– Еще чего, какая работа! Если собрались, то и идите в обед, а работа подождет. Давайте, я помогу, что нужно сделать? – Лиза строго глянула на женщину, – Вы что, из-за Светки передумали?

– Нет, что ты, – Лерка смутилась еще больше и очень хотела, чтобы все уже отстали от нее.

Сутра она думала, что перед обедом позвонит мужу и предложит пообедать вместе, но теперь, боясь, что она сама передумает, решила просто пойти к нему на работу, сделать небольшой сюрприз.

Лерка закончила работу пораньше, и, отпросившись у начальства, кивнув улыбающейся Лизе, вышла на улицу. Прошла мимо курилки, в которой стояла хмурая Светка с подругами, Лерка подняла выше голову и пошла по тротуару к административному зданию завода.

Близился жаркий летний полдень, солнце припекало Леркины руки под короткими рукавами платья, лёгкий ветер трепал волосы и немного охлаждал горящие от волнения щеки.

Глава 4

Лерка достала свой паспорт и улыбнулась Нине Афанасьевне, приятной бабульке, сидящей на проходной завода и выписывающей пропуска:

– Лерочка, здравствуйте! По делу к нам или просто, супруга порадовать? – Нина Афанасьевна умудрялась одновременно говорить по телефону, выписывать Лерке пропуск и задавать ей вопросы.

– Можно сказать и по делу, – уклончиво ответила Лерка и быстро переменила тему разговора, – А вы, Нина Афанасьевна, так удачно подстриглись, прямо лет на двадцать помолодели, как вам к лицу!

– Ой, да что ты, деточка, скажешь тоже – на двадцать! – засмущалась Нина Афанасьевна и протянула Лерке пропуск.

– Правда, вам очень хорошо, – искренне ответила Лерка, – Губы вам вот еще подкрасить, совершенно будете красотка!

Сжимая в руке пропуск, Лерка пошла от проходной к зданию администрации завода, и уже не видела, как Нина Афанасьевна достала маленькое зеркальце и, улыбаясь, взглянула на своё отражение, решив после смены забежать в местный магазин и купить себе помаду для губ.

Василий Петрович вошел в свой кабинет, только что закончив совещание в кабинете генерального директора. Не успел он сесть за свой стол, как дверь кабинета приоткрылась и в ней показалась Настя:

– Василий Петрович, можно к вам? У меня документы вам на подпись, прошу вас, подпишите срочно.

Настя в последнее время нарочно напрашивалась отнести документы на подпись в приемную. В её обязанности это не входило, и женский коллектив бухгалтерии прекрасно понимал, что все эти Настины «Надоело сидеть, пойду, пройдусь», «Спина уже болит от постоянного сидения, сбегаю» и «Мне не трудно, прогуляюсь», имеют под собой конкретную цель.

Когда Настя выходила за дверь, в кабинете бухгалтерии начинались обсуждения:

– Охмурит она нашего Василия, вот увидите, – говорила пожилая и давно разведенная Лидия Анатольевна.

– Да нужна ему эта вертихвостка! Ты посмотри, на ней же надето не пойми что – то ли юбка,