Дай мне шанс - Кэсси Минт

я оставил прежние мечты о жене, детях и доме, полном смеха. В эти выходные следовало бы, как обычно, отправиться на рыбалку и продолжать спокойно жить своей чертовой жизнью.

— Все в порядке? — Позади меня раздается тихий голос Джессики, пока мы с ней идем по коридорам. Здания маяка построены из побеленного камня, на полу дубовые доски, а на стенах развешаны плетеные декоративные рыболовные сети. На полках стоят многочисленные кораблики в бутылках и ракушки, а на полу — яркие тканые дорожки.

— Все просто отлично. — Я грублю и знаю это, но ничего не могу с собой поделать. Не могу справиться с внезапно нахлынувшей тоской.

Нелепо обижаться на реакцию Джессики на меня. И несправедливо. Если я не хотел ее шокировать, надо было нарушить правила программы и отправить свою фотографию.

Может быть, если бы Джессика мне не понравилась, все было бы не так плохо. Если бы она сразу отвергла меня и мой дом, если бы держалась отстраненно, было бы проще не переживать, что она подумает. Но моя будущая невеста смотрела такими широко раскрытыми глазами, впитывая окружающую обстановку, и даже застенчиво улыбалась мне, пока ветер трепал ее карамельные волосы.

А еще она предложила продать свои лишние вещи, как будто и вправду думает остаться. Как будто моя персона вызывает у нее желание это сделать.

Я уверен, такого точно не случится. Красавица подобная Джессике ни за что не останется здесь со мной.

Но она милая и воспитанная, и поэтому будет продолжать притворяться. Мучить меня.

— Дом такой большой, — восхищенно замечает она, проходя мимо гостиной с неосвещенным очагом и мягкими диванами, затем через дверь на кухню со старомодной плитой. Мне следовало бы остановиться и показать ей все как следует, указать на особенности и удобства, но я не могу собраться с мыслями. В голове нарастает низкий, неприятный гул. У меня никогда не бывает гостей.

— В другом здании — мастерская. — Я говорю суровее, чем хотел, словно пытаюсь напугать Джессику. Ничего подобного, на самом деле. Я стучу сапогами по лестнице, пока мы поднимаемся на второй этаж. — Здесь жилое помещение. Снаружи дом выглядит шикарнее, чем внутри. На самом деле это просто коттедж, пристроенный к остальной части маяка.

Джессика что-то бормочет. Я улавливаю слова «огромный коттедж» и хмыкаю, поднимаясь по лестнице.

Неважно, насколько ей понравится дом. Это не заставит Джессику хотеть меня.

Я покажу ей комнату для гостей, а потом постараюсь держаться подальше. Если она захочет меня видеть… пусть придет и скажет об этом. В противном случае она получит бесплатные выходные на побережье.

Разноцветные значки мелодично позвякивают, когда я опускаю ее сумку на кровать для гостей. Комната небольшая, но светлая, на прошлой неделе я переоборудовал ее из старого читального зала, чтобы Джессике было где ночевать, кроме моей кровати. Место, которое доказывает, что она может доверять и не бояться вольностей с моей стороны.

— Симпатично, — бормочет моя невеста по переписке, потирая кремово-белое стеганое покрывало между пальцами. Покрывало я шил, сидя у камина по вечерам прошлой зимой, соединяя кусочки ткани, но я не говорю ей об этом. Мои щеки пылают от одной только мысли в подобном признании.

— Ванная комната рядом. — Половицы скрипят, когда я перемещаю свой вес, наблюдая за тем, как Джессика медленно передвигается по комнате. Она останавливается у окна, смотрит на вазу с засушенными цветами, которую я там поставил, а затем хмурится, глядя на неспокойное море.

Я уговариваю себя уходить, но вместо этого ноги сами несут меня к окну. Подойдя ближе к Джессике, я чувствую аромат роз и шалфея. Мягкий и классический, как и она.

— Мы гораздо выше, чем я предполагала.

Я смотрю вниз на скалы далеко под нами, сохраняя безучастное выражение лица. Мои шрамы зудят, а кожа на лице горячая и натянутая.

— Здесь безопасно. Просто держись подальше от края скалы, если выйдешь наружу, и не броди по окрестностям в шторм.

Она здесь всего на одну ночь, напоминаю я себе. В любом случае погода обещает быть спокойной.

— Разве мы не побудем вместе?

Я ничего не говорю, хмуро глядя в окно. А рядом со мной вздыхает Джессика.

— Я бы хотела освежиться, если ты не против, — тихо говорит она через минуту. Я киваю, и совершенно не виню ее за стремление избавиться от моего общества. После многих лет мечтаний о любви я превратился в грубияна, как все обо мне думают. Грубый, ворчливый и рычащий. Свирепый зверь в своей башне. Что, черт возьми, со мной не так?

— Я поднимусь к фонарю. Мне нужно кое-что сделать. — Ложь, ложь, ложь. Нет ничего, что не могло бы подождать, пока Джессика уедет, но я засунул руки в карманы. — Если что-то понадобится, найдешь меня.

Джессика смотрит в пол, опустив плечи, и мое сердце болезненно сжимается в груди.

— Хорошо. Спасибо, что пригласили меня, мистер Макгрегор.

* * *

Я всегда думал, что из меня получится хороший муж, если только кто-нибудь даст мне шанс. Признаться, я не слишком старался с местными женщинами. Они все считают меня каким-то чудовищем только потому, что у меня изуродовано лицо. В любом случае ни одна из них никогда не привлекала меня по-настоящему.

Но Джессика…

Черт. Джессика. Я провел с ней меньше получаса, а уже попался на крючок. Страстно желаю ее присутствия, снова и снова задаюсь вопросом, что она сейчас делает. Нравится ли ей здесь. Она для меня незнакомка, и все же вызывает зуд, который невозможно унять. Внезапная и постоянная картинка в моем мозгу.

Но нужно смотреть фактам в лицо, потому что сегодня я вряд ли получу главный приз «Муж года». Или хотя бы победу в номинации «Жених». Жених по переписке. Неважно. В любом случае, я все испортил и не могу остановиться.

Как же сильно Джессика выбивает меня из колеи. Ее огромные серые глаза, смотрящие на меня, не мигая из-за очков; россыпь милых веснушек на носу; то, как она постоянно стягивает рукава толстовки и сжимает ткань в пальцах. Джессика чертовски совершенна, а я не могу ее заполучить, и от этого мне