Глория Беннетт - Под золотым водопадом

– Рой, привет, это Линда Раймон... Как дела?

– Хай, бэби! Все о'кей. Как ты?

– Рой... Послушай, не валяй дурака, ты ведь все знаешь?

– Что знаю? Расскажи, буду знать...

– Ты же его лучший друг, какого черта? Ты знаешь, что он ушел от меня? Где он? С кем?

– Ох, слушай, ну что я могу сказать... ну, бывает. Мужики такие странные существа. Меня вот тоже моя подружка бросила на днях. Чего теперь делать прикажешь? Вешаться, что ли...

– Слушай, ты, чертов ублюдок, что ты придуриваешься? Плевать я хотела на твою сто первую подружку по койке! От меня ушел муж! У нас была семья, мы жили семь лет... Так не уходят... так просто не уходят...

– А как уходят? Дают объявление в «Нью-Йорк таймс»? Ставят шоу на канале MTV? А если ты решила меня оскорблять, то вообще катись, не хочу я ничего тебе говорить... – В трубке раздались короткие гудки.

– Фак ю, сукин сын! – закричала Линда в гудящую трубку.

Она сама не могла понять, почему так сорвалась... Хотя, конечно, понятно. Рой все знал с самого начала, и он никогда ничего не скажет ей про Тимоти. Кстати, от ругани стало легче. Вот так человек проверяется в экстремальной ситуации.

Хорошее воспитание – это когда ты сохраняешь любезность при любом раскладе. Мило всем улыбаешься. А потом идешь в спальню и вешаешься...

Значит, повезло, что у Линды в крови циркулирует не только аристократическая кровь Глэдисонов, но и деревенская – густая, ядреная кровушка простых ребят из семейства Хоппер.

Еще один был дружок, кажется Дафти. Вот его визитная карточка: «Бернард Дафти, юрист». Очень мило, заодно и посоветуемся...

– Алло? Можно мистера Дафти? Хай, Берни, это я, Линда... Нет, нет... я просто хотела узнать, правда ли это? Может, это шутка? Хорошо, давай поужинаем сегодня... В семь часов? Замечательно. Да, я знаю это кафе... Хорошо, буду.

Господи, уже легче. Все-таки адвокаты приятные люди, что бы там ни говорили. Деловые. Ну почему, почему я должна встречаться с каким-то адвокатом, которого видела всего-то два раза? А не с тобой, Тим? Почему? Теперь можно звонить Мэг. Ей ничего говорить не нужно. Она и так поймет.

– Мэг, послушай, какую запись мне оставил Тим...

– Говно какое! Вот гадина! Я сейчас приеду к тебе! Ты в порядке? Слушай, давай я с Корой приеду... Ладно? Она сейчас у меня в офисе...

Кора Мортон была их новая подружка. Доброжелательная, изящная афроамериканка, дизайнер по интерьерам, а заодно и агент по продаже своих и чужих интерьеров. И еще она по воскресеньям пела в церковном хоре. Бедная Мэгги! Испугалась, что одна не справится.

Девицы привезли сандвичи с тунцом и беконом.

Кора немного была смущена, но сочла своим долгом извиниться за приход и выразить соболезнование. Мэг тут же закурила и начала рассуждать:

– Видишь, он тебе деньги обещает... Все-таки не совсем подлец, квартиру делить не будет. Значит, так – или он получил Нобелевскую премию за свои опусы, или ушел к богатой бабе. Откуда у него деньги? Или просто временно смягчает удар, дескать все оставляю... бла, бла, бла... Я хороший, ты хорошая, только на тебя не стоит, прости, любимая...

– Но ведь были какие-нибудь тревожные звоночки? – спросила Кора. – Например, запираясь в ванной, вел долгие разговоры с кем-то по телефону...

– Я не помню, я сейчас ничего не помню... Он все время с кем-то говорил по телефону. Я никогда не слушаю, ему звонит уйма народу. Особенно перед экзаменами.

– Но где он бывал без тебя? Где он ее подцепил? – Мэг была полна решимости во всем разобраться.

– Мэгги, это так просто, – вдруг разгорячилась Кора, – где угодно: на конференции, в метро, в кафе, на парковке, на экзаменах. В гостях. Если что-то возникает, то все так быстро случается... А может, это какое-то колдовство? Можно, кстати, пойти к ясновидящей. У меня есть адрес.

– Кора! Ты в это веришь? Кому нужен ее муж – без денег, да и красотой не блещет? Кто его будет привораживать?

– Подожди, Кора... Я согласна, давай пойдем к этой ясновидящей... Только завтра... А сегодня вечером я встречаюсь с его другом-адвокатом...

– Учти, этот друг на его стороне. Он правды не скажет. Хочешь, я с тобой пойду?

– Нет, Мэг, я хочу пойти одна. Тогда он мне все-таки скажет что-то правдивое, хоть что-то...

– Бедная Линии, держись! У нас время ланча кончается. Я тебе буду звонить каждый час, хорошо?

А ты снимай трубку, чтобы я знала, что ты жива!

– Линда, я тебе позвоню вечером насчет этой ясновидящей, надо к ней записаться... Не сдавайся.

Мы на твоей стороне.

Подруги ушли. А Линда вдруг почувствовала страшную слабость. Она легла в постель, которая еще пахла Тимоти, и начала перебирать подробности их совместной жизни, время от времени впадая в полудрему.

Они познакомились с Тимоти в библиотеке Принстонского университета. И сразу между ними что-то возникло, какая-то удивительная легкость в общении. Линда обычно была немногословна, уставала от необходимости поддерживать разговор, если это было ей неинтересно. От многих молодых людей ей просто хотелось спать. Но, прощаясь с новым знакомым по имени Тимоти Раймон у дверей своего общежития, она вдруг загрустила. Тимоти тоже загрустил.

– А завтра ты пойдешь в библиотеку? – спросил он с надеждой.

– Вообще-то завтра воскресенье, – ответила Линда. И я собиралась постирать вещи и наконец-то убраться в комнате, подумала она.

– А что ты делаешь в воскресенье? – тотчас спросил Тимоти.

– А ты?

– Можно пойти... погулять, – предложил Тимоти.

– То есть ты меня приглашаешь? – радостно поинтересовалась Линда.

– Да, если ты не против или там других планов нет... А может, мы сейчас пойдем куда-нибудь, если, конечно, ты не против...

Линда была не против.

Прощаясь ночью, они поцеловались, потом еще и еще раз. И договорились пойти куда-нибудь в воскресенье.

Воскресная прогулка была упоительная. Ручеек их беседы не пересыхал. Тимоти занимался политологией, прочел уйму книг, и их мнение об авторах удивительным образом совпадало. В отличие от Фила Тимоти любил и умел слушать и смотрел при этом так благодарно понимающе, словно ему открывали неведомые миры. Через месяц их разговоры стали настолько доверительными, что они поделились своим нехитрым сексуальным опытом и решили его расширить. А заодно и обогатить свое общение на словах общением на деле.

Через некоторое время Тимоти предложил Линде провести каникулы с ним у его родителей.

– А что ты им скажешь? – спросила обрадованная и встревоженная Линда.

– Я скажу, что ты моя герлфренд, нет, моя невеста... – И он серьезно посмотрел на Линду.

– Это правда? – спросила она. – Правда, что я твоя невеста, или это такой прикол для предков?

– А ты не против, чтобы это было правдой?