Сьюзен Cтивенс - Королевский выбор

Эмили нахмурилась. Она была готова помочь, но только при условии, что Миранда понимает, во что ввязывается.

— А ты уверена, что в «Принц рекордз» войдут в твое положение? Они засудят тебя, если ты дашь им повод.

— Не волнуйся, они без труда найдут мне замену; ребята — прекрасные музыканты, и…

— Мне это не нравится, — откровенно призналась Эмили. — И я не вижу, что ты выиграешь, если подпишешь этот контракт.

— А деньги? — с надеждой в голосе спросила Миранда.

Эмили покачала головой:

— Ты не сможешь выполнять условия контракта, подписанного с таким человеком, как мистер Буззони, и одновременно заниматься с профессором Ивамото.

— Но это же ненадолго, — упорствовала Миранда. — Я все улажу.

И, прежде чем Эмили успела возразить, сестра выбралась из машины и направилась к дому. Эмили нагнала ее у входных дверей.

— Не делай глупостей, — сказала она, беря сестру за локоть. — Чем успешнее пойдут дела у оркестра, тем меньше шансов, что в «Принц рекордз» пойдут тебе навстречу и согласятся с твоими условиями. Я знаю, что гонорары будут высокими, но… — Выражение лица Миранды заставило Эмили замолчать. — Я знаю, ты все еще думаешь о той скрипке, которую мы видели в Гейдельберге, — после паузы заметила она.

Миранда вздохнула.

— Это была просто глупая мечта…

— Я не очень хорошо разбираюсь в скрипках, — призналась Эмили, — но помню, как ты играла на этом дивном старом инструменте.

— В любом случае на деньги, которые она стоит, можно купить маленькую страну. — Миранда небрежно взмахнула рукой. — Да ее наверняка уже продали.

Эмили сочувственно вздохнула и принялась подсчитывать, сколько она выручит, если продаст свою лондонскую квартиру. И Миранде незачем знать, откуда деньги. Слов нет, решение, продиктованное отчаянием, но это лучше, чем видеть, как гибнет мечта сестры.

— Если я смогу чем-то помочь, обязательно помогу, — пообещала она.

Миранда от расстройства стукнула по кнопке звонка.

— Ты и так стараешься изо всех сил. Даже не позволяешь мне платить за аренду…

— А если бы тебя не было рядом, кто бы вовремя пополнял запас косметики? — лукаво поинтересовалась Эмили.

В этот момент открылась входная дверь.

— Надеюсь, вы не спорите, — устало заметила мать, с укором глядя на дочерей.

— Просто обсуждаем важный вопрос, — сказала Эмили, закрывая дверь. — А где папа?

— Естественно, в кабинете.

Естественно. Эмили украдкой глубоко вдохнула аромат пирога, несшийся из кухни, и расслышала бульканье закипавшего чайника.

— Ты выглядишь усталой, — мягко сказала мать, касаясь ее руки. — А ты, Миранда… — В ее голосе появились материнские интонации. — Тебе надо выпить лекарство и пару чашек горячего чая…

— Поправьте меня, но я только что слышал волшебные слова?

— Папа! — одновременно воскликнули сестры; в ответ мистер Уэстон наградил их медвежьим объятием, потом взял за руки, и вслед за матерью они пошли на кухню.

— Эмили, ты гораздо лучше справишься с этим делом, — увещевала ее мать после того, как Миранда изложила свой план. — Ты не заинтересована в нем так, как Миранда, и, если что, сможешь поставить на место этого человека, когда он приедет подписывать контракт.

Эмили подумала, что во всей ситуации ее волнует совсем не то, о чем говорила мать. И в любом случае она отнюдь не собиралась ставить на место Алессандро Буззони. Главное ее беспокойство было связано с тем, каким непонятным образом откликалось ее сердце на одну только мысль, что Алессандро приедет в их маленький уютный дом. Мужчина с таким голосом мгновенно заполнит все пространство вокруг, не говоря уже о риске, что Эмили может случайно встретиться с ним…

— Эмили, ты уверена, что согласна с планом Миранды?..

Слова отца заставили ее отвлечься от размышлений.

— Да, конечно, папа. Предоставь все мне, — жизнерадостно заявила она. — Я справлюсь с синьором Буззони…

— Так он итальянец! — воскликнула мать, проявив удвоенный интерес к грядущей встрече, потому что сразу начала поправлять и без того безупречную прическу. — Как замечательно. И когда он появится?

Отец Эмили выглянул в окно.

— Судя по всему, прямо сейчас.

— О нет! — воскликнула Миранда и взглянула на сестру в ожидании указаний.

— Оставайся наверху, — велела Эмили. — Я приду за тобой. Мама, папа, ведите себя, как обычно.

— Хорошо, дорогая, — едва слышно ответила миссис Уэстон, обменявшись с мужем обеспокоенным взглядом.

— И не волнуйся ты так, — крикнула Эмили вслед сестре. — Обещаю ничего не делать без твоего разрешения.

Сестры посмотрели друг на друга и кинулись к окну. Оставаясь на безопасном расстоянии, Эмили осторожно отдернула занавеску.

— О боже, — пробормотала она, глядя, как из черного, обтекаемых форм авто выбирается высокая, одетая в темное фигура.

— Ты же говорила про три горба, — укоризненно произнесла Миранда.

— Я сказала, что так может быть, если судить по тому, что я видела, — вся, напрягшись, прошептала Эмили.

— Похоже, на этот раз вы обе ошиблись, — прокомментировал отец.

Глава вторая

Алессандро дважды перепроверил адрес, который передал ему личный секретарь, и с каждым разом ощущал все большее волнение. Он не привык ждать, и в данном случае восемнадцать часов составляли слишком долгий срок.

Но с другой стороны, он не привык разговаривать с собеседником, который прячется за ширмой, или соглашаться на чьи-то условия, помимо, своих собственных. Он улыбнулся. На его памяти еще не было случая, чтобы женщина устояла перед ним, а тем более что-то решала за него…

А за белоснежными занавесками семейство Уэстон в безмолвном волнении наблюдало за идущим к дому гостем.

— Он совершенно потрясающий, — пробормотала Миранда, а мать смогла только прошептать: «О боже!»

— Иди, прежде чем он увидит тебя, — подтолкнула Эмили сестру.

— Но твой макияж… — возразила Миранда, переминаясь с ноги на ногу, не зная, идти или остаться.

Эмили автоматически поднесла руку к лицу.

— А что такое?

— У тебя, его нет! — озабоченно воскликнула Миранда.

— Ну что ж теперь поделать. Он все равно решит, что я — это ты. В любом случае ты тоже не накрашена, — возразила Эмили.

— Это потому, что я болею. — Миранда сорвалась с места и побежала наверх. — Я переоденусь, — крикнула она по пути, — а потом сменю тебя.

— Нет! — воскликнула Эмили, но было уже слишком поздно. Ей оставалось только глубоко вдохнуть и взяться за ручку двери…

— Милая, ступай наверх и успокойся.